Главная страница | Регистрация | | Вход Приветствую Вас Гость | Steam ВКонтакте Twitter RSS
[ Новые сообщенияПравила форумаУчастники •  Поиск ]
Страница 3 из 8«1234578»
Модератор форума: Source 
Форум » Ролевые игры » Свободные ролевые игры » Часть 6. Белый Город
Часть 6. Белый Город
ИнтелДата: Воскресенье, 2011-10-16, 3:28:15 | Сообщение # 31
Ordo Rolepleus
Группа: Проверенные
Сообщений: 16
Репутация: 1703
Статус: Offline
    Малик, Заэль,Мортарион.
    [Селефаис. Квартал прокажённых]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Мёртвый гон летел по утренним улицам к сердцу города. Несущиеся наравне с отрядом маэглици пугали всадников даже сильнее чем лошадей. Животный страх сковал почти всю свиту эмиссара. В руках себя держал лишь Малик и без того много повидавший на своем веку. Неожиданно перед гнедой Малика на дорогу вылетел странно одетый наемник. Всё произошло слишком быстро – вставший на дыбы конь с силой ударил передними копытами в грудь незнакомцу и тот рухнул на дорогу без призраков жизни.

- Аккуратнее нужно быть.
- Заткнись, – бросил Малик, всё пытаясь успокоить испугавшегося гнедого.
- Он не похож на местного. Обыскать его. – Воины империи послушно спрыгнули с коней, сразу приступив к осмотру незнакомца.

Тот был жив, хоть и потерял сознание от удара головой об камни. Меч, кинжал, ножи – всё исчезло, как только было обнаружено. Стоявшие маэглици одновременно бросились по кровяному следу. Солдаты не церемонились и просто взрезали одежду чужестранца, обнаруживая под ней многочисленные шрамы. Больше всего трудностей доставила перчатка. Она не желала сниматься даже под усилиями трёх мужчин. В воздухе сверкнул один из скимитаров Анкель, но солдат не успел нанести удар, остановленный окриком Мортариона. Из переулка появились маэглици, волокущие два тела в характерной экипировке. Скимитар Анкель замер у кадыка незнакомца, оставив на нём начавшую кровоточить царапину.

- Посмотрим кто же ты такой, чужак. Я хочу знать всё, что знали вы.

С трудом удерживаемые седоками кони начали в ужасе брыкаться, люди стали шептать защищающие, как они думали, наговоры. Тень стала ещё гуще, утопив всё вокруг в могильном холоде. Перед ними появились два призрака, мужчины и женщины.

    Малик, Маира,Мортарион.
    [Селефаис. Дворцовый комплекс]
    [9-ое июня 1001-ого года]


В тёмных покоях витал аромат ладана и фимиама. Шелестя широкими рукавами белоснежных одежд, Маира металась по комнате, увлечённая призраком Исмаила. Мортарион стараясь не выделяться из интерьера, развалился на пышном ковре с изображением каких-то райских земель.

Тронувшаяся умом магичка спокойно приняла те встречи, что предложил ей некромант. Раз за ра-зом она встречала призрака погибшего возлюбленного, что являлся ей по ночам, сливаясь с её об-разами прошлого и играми треснувшего сознания. В эти моменты вуаль печали слетала с неё, обнажалась солнечная сущность, лучившаяся в иллюзии счастья. Иллюзии всё больше отрывавшей её от реальности.

«Нет ничего страшнее, чем поставить у власти человека с личными проблемами».

И тем больше раздавленной она казалось после таких свиданий. Казавшиеся невидимыми шрамы проступали, будто только нанесенные; казалось, даже температура вокруг ощутимо падала. Маира сразу старела на несколько десятков лет, а из темных провалов глав смотрел взгляд смертельно больного человека. Сколько всё-таки горя и тоски умещается в маленьких пятнышках, которые можно прикрыть одним пальцем - в человеческих глазах.

Ольи не любил такие моменты и привычно исчезал на балконе. Из выделенных Маире покоев открывался неплохой вид на город. Селефаис. Город костей и памяти. Пронзающие небеса башни Имана, укромный храмовый комплекс, иноземная четверть и четверть прокажённых. Но всё это было лишь приманкой по сравнению с Хеле-Ксераш.

Хеле-Ксераш! Они даже не смогли сохранить настоящее название крепости. Опять переделали под свои языки.

Остатки чёрных шпилей поблёскивали в лучах луны. Город-фантазия древнего шаха вставал перед глазами Мортариона – зрелище, достойное подлинных авторов запретных руин. Наркотическая мечта безызвестного шаха. Белый Город костей и песков. Мечта, о которой давно слагали поэмы трубадуры. Слова сами всплывали в памяти ольи.

На десять миль оградой стен и башен
Оазис плодородный окружён,
Садами и ручьями он украшен.
В нем фимиам цветы струят сквозь сон,
И древний лес, роскошен и печален,
Блистает там воздушностью прогалин.
Но между кедров, полных тишиной,
Расщелина по склону ниспадала.
О, никогда под бледною луной
Так пышен не был тот уют лесной,
Где женщина о демоне рыдала.
Пленительное место! Из него,
В кипенье беспрерывного волненья,
Земля, как бы не в силах своего
Сдержать неумолимого мученья,
Роняла вниз обломки, точно звенья
Тяжёлой цепи: между этих скал,
Где камень с камнем бешено плясал,
Рождалося внезапное теченье,
Поток священный быстро воды мчал,
И на пять миль, изгибами излучин,
Поток бежал, пронзив лесной туман,
И вдруг, как бы усилием замучен,
Сквозь мглу пещер, где мрак от влаги звучен,
В безжизненный впадал он океан.
И из пещер, где человек не мерял
Ни призрачный объем, ни глубину,
Рождались крики: вняв им, каждый верил,
Что возвещают праотцы войну.

И тень чертогов наслажденья
Плыла по глади влажных сфер,
И стройный гул вставал от пенья,
И странно-слитен был размер
В напеве влаги и пещер.
Какое странное виденье —
Дворец любви и наслажденья
Меж вечных льдов и влажных сфер.


Слова ещё разлетались эхом в полуночный город, но морок слетел, оставив лишь луну. Райские кущи не могли прижиться на костной муке, слипшейся от крови. С каждым шагом всё дальше уходил мир от того идеала. Всё исчезло, подобного отраженьям в ручье, куда бросили камень. Раздался шорох ткани.

- Маира аль-Хайма, я догадываюсь, что ты хочешь мне предложить и даже что желаешь ещё сильнее этого. Последнее время ты слишком громко думаешь и говоришь о нём. Пока твой друг правит городом. Всё дальше от цели что ставила ты. – Мортарион нетерпеливо стучал по перилам, произнося эти слова размеренно как падающие капли воды.
- Цель близка как никогда, - сказала Маира, всматриваясь в желто-оранжевое марево на горизонте. - Курьер передал мне сообщение из лагеря воинства. Даже просьбу. Ты знаком с Растом Ваал-тером, Мортарион?
- Нет.
- Он один из тех из-за кого умер Исмаил. И теперь он просит о переговорах. Дипломатия, представляешь? Прибежище в случае поражения воинства и еще несколько интересных пунктов. Но это не важно. Главное, что этой твой шанс выполнить свою часть договора.
- Аль-Хайма... де Васса... Много имён и много лиц. Ты хочешь его голову или ты хочешь переговоры с ним? Или может его голову по итогам переговоров?
- Его голову по итогам переговоров, - Маира рассмеялась. - Головы его спутников мне не нужны, если только... если только с ним не появятся те, кто был тогда в Хазре. Эскехераль. Сандро.
- Головы... А если не будет возможности сразу добыть? Я могу говорить от твоего имени?
- Можешь, некромант. Что-то еще?

Хеммерлинг помедлил, но ответил спустя мгновение:

- Тебя ждёт Гедаалд, его оружие здесь. На том ковре, где я лежал. Он попался нам случайно. Убить двух Клинков в одиночку не так уж и просто, потому я решил забрать его в местные казематы. Да и Малик обещал позаботиться о столь важном госте. В этом городе слишком многие тайны и следы прошлого стали всплывать. Зря это всё.

Мортарион развернулся лицом к магичке.

– Посмотри на луну. Послушай, как она шепчет, - Мортарион сделал шаг навстречу женщине. - Но луна никогда не приблизится настолько, чтобы тронуть её рукой… Когда волшебство так близко, что кажется, будто можно схватить, - поверх закрытого платком лица, проступили призрачные черты погибшего от рук демона иманима. - Это сводит людей с ума. Ты точно этого хочешь? – последняя фраза прозвучала лишь в голове Маиры и её голубые глаза утонули в золотых очах ольи.

Когда Мортарион вывалился из покоев Маиры, он сразу уткнулся в наглую ухмылку Малика. Тот развалился на топчане прямо рядом с её покоями, полностью игнорируя даже намёки на соблюдение этикета.

«Самодовольное животное».

- Ибн Рад, если ты приставлен ко мне – собирайся. На закате встретимся у выезда из города.
- Мне плевать. С этим разберись сам. Хотя если вдруг не сможешь, кричи, может кто и услышит. – Поведя плечами, Малик поднялся с топчана и с тем же выражением лица пошёл наверх, к своему покровителю.

    Мортарион.
    [Селефаис. Иноземный квартал]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Отряд Мортариона въехал в торговый квартал, погрузившись в океан ароматов и звуков, царивших вокруг развёрнутого там войскового лагеря. Под жарким солнцем все спешили по своим де-лам. Интенданты, маркитанты, следящие за порядком солдаты, караульные, проститутки, священники, загулявшие офицеры – жизнь била ключом.

Анкель уверенно вела отряд через людское море, остановившись перед маленьким, но массивным, более похожим небольшое укрепление домом. Ещё недавно жилище принадлежало виноторговцу с севера, растерзанному озверевшей толпой, а теперь стал временной лабораторией вернувшегося. Анкель спрыгнула, сразу подхватив под узду коня Мортариона. Остальные с привычно скучающим видом передали коней подбежавшим слугам.

Ольи последним зашёл в дом, сразу направившись к бывшим винным погребам, ныне частично разграбленным, частично заброшенным.

- Предупреди Витторио, что я вернулся. И мне нужен будет он. Ты знаешь где. И быстрее. – Анкель кивнула головой и сразу исчезла в перекрестье коридоров.

Мортарион же привычно двинулся в подвал. С каждым шагом становилось всё темнее и темнее. Редкие факелы почти не освещали дороги. Наконец вернувшийся остановился перед одной из целого ряда дверей и стал со скучающим видом ждать. Минуту спустя коридор залился ярким светом. По звуку и теням, появившимся на полу и стенах, можно было понять кто идёт.

Рядом с высокой, мужеподобной, спрятанной в балахон Анкель шёл маленький, сухой и абсолют-но не выделяющийся старик Витторио. Потерявший ещё восемьдесят лет назад правую руку адепт Серебряного консульта, не обладающий особыми талантами вряд ли мог рассчитывать на достойную старость, если бы не интерес к мёртвым языкам, изучение которых ему феноменально давалось. Это спасло его от участи быть на третьих ролях одним из многих мелких помощников в консульте. Но и вынудило ехать, разменяв вторую сотню лет, когда кровь уже сама не греет кости, на войну. Консульт не собирался выпускать из своих цепких когтей возможную добычу любого свойства. В обитом железом замке провернулся ключ и дверь в темноту отворилась.

– Анкель, - Мортарион жестом остановил Клинка. - От консульта мне нужно несколько специалистов по кинетике и воздуху. Высококлассных специалиста. Обернись за час и подготовь людей к поездке за город. Нас ждёт серьёзное мероприятие, но надеюсь, прибегать к цивилизованным переговорам не придётся.
- Как прикажете, ваша светлость. – Она легко улыбнулась, обнажая чуть кривые зубы. Ольи не нравилось подобное обращение, но окружение Маиры, не догадывающееся о его сути, усиленно считало его очередным посланником императора и относилось подобающе.

Тьма, заполнявшая помещение, резко расселась, открывая взгляду достаточно просторную, сухую комнату. Обстановку составляло несколько столов, забитых инструментами, колбами с разными жидкостями и порошками, пара полупустых книжных полок, укрытых картами, исписанными алхимическими формулами и достойная палача падишаха подборка инструментов. Это то, что мог увидеть непосвящённый взгляд. Но стоило лишь чуть разобраться в том, что здесь есть - как любой из консультов, любое из государств отдало бы что угодно за право обладания этими знаниями.

Или сделало бы всё чтобы больше никогда не всплыло подобное. Секреты пулвиса, драконариса – или как его звали давно невежды драконий огонь, способный прожечь металл и гореть на воде, чертежи наиболее известных крепостей Ойкумены и редчайших механизмов, рецептура редчайших сплавов, бестиарии вымерших животных, среди этого богатства невзрачно выглядела заполненная вытянутыми металлическими трубками стойка для оружия. Те знания, что уже один раз были уничтожены варварами как не стоящие даже бумаги, на которой они были написаны.

«Когда весь мир был библиотекой».

Поодаль у стены, поверх которой стояло огромное зеркало был стол на котором лежал огромный, под два метра, вскрытый от паха до горла труп. Висящий под потолком шар света сам подплыл к ольи, зависнув у него за левым плечом пока он готовился к операции.

– Витторио, ты будешь мне ассистировать…все разговоры сегодня, ну-у-у, допустим на древненамалийском. Ты плохо его знаешь. – Мортарион привычно улыбнулся глазами.

«Вещи, над которыми я работаю, действительно чудовищны, но они так интересны, так совершенны технически, что становятся привлекательными вдвойне».

Через несколько часов операция была закончена. Замок вновь скрипнул, запирая дверь. Из подвала их вышло уже трое. Вслед за Мортарионом и Витторио ковылял огромных размеров маэглици, плотно замотанный в различные тряпки, укрытый сверху глухим балахоном. Ольи был горд своим новым герольдом, достойной заменой Эскхе.

«Превосходное сочетание магий и технологий. Жаль что не тех которые нужны по-настоящему. Можно создать самое совершенное оружие, но оно не победит голод, болезни и нищету. А без это-го никогда не прекратится, нужна в нём».

– Витторио, ты забудешь все, что видел сегодня здесь. Во-первых, это тебе не поможет, а во-вторых, это абсурдно. Быть солдатом абсурдная профессия – браться за оружие, чтобы убедить всех, что наниматель обладает абсолютной истиной просто глупо.

Кавалькада уже несколько раз была вынуждена тормозить, чтобы не столкнуться с группками людей. Почти выехав из квартала, Мортарион резко дёрнув поводьями, остановил свою лошадь.

Под созвучья гуслей сонных,
Многопевных, многозвонных,
Ливших зов струны к струне.
О, когда б я вспомнил взоры
Девы, певшей мне во сне


Почти сразу свита некроманта увидела причину остановки. Прямо на земле, подложив под себя свёрнутый плащ цвета молодой травы вышитый геральдическими львами, сидел бренчащий на мандолине бард. Один из тех кого занесло жарким южным ветром вслед за войсками императора в эту ловушку. Белый город мавзолей. Успевший зарасти бородой, светловолосый мужчина в потёр-той одежде опирался спиной на бордель, летящие звуки которого почти заглушали его слова.

Дух мой вспыхнул бы в огне,
Все возможно было б мне.
В полнозвучные размеры
Заключить тогда б я мог
Эти льдистые пещеры,
Этот солнечный чертог.
Их все бы ясно увидали
Над зыбью, полной звонов, дали,
И крик пронесся б, как гроза:
Сюда, скорей сюда, глядите,
О, как горят его глаза!
Пред песнопевцем взор склоните,
И этой грёзы слыша звон,
Сомкнёмся тесным хороводом,
Затем что он воскормлен мёдом
И млеком рая напоен!


- Анкель, дай магистру монет. Он заслужил. Мало кто-то, особенно в имперском университете Кайма, знает стих о виденье шаха. Это далеко не уровень тривиума и квадривиума. – Черноволосая телохранительница Мортариона с кошачьей грацией небрежным движением кинула на колени барду небольшую кошну. – Люблю образованных людей. Лучше прячь свой перстень. Мало кто поймёт что значит Petrus ubique pater legum, но все поймут что он из серебра. Спроси у магов в этом квартале Хеммерлинга если захочешь чего-то большего чем петь на улице – не слушая отве-та, Мортарион тронулся в сторону ворот.

    Анкель, Мортарион.
    [Недалеко от Селефаиса. Заброшенный форт]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Громада форта возвышалась над старым перекрёстком дорог.

«Только идиот мог построить форт в низине. Меж двух холмов».

Свита посланца Маиры, в которой на время поездки стало на несколько адептов больше, оккупировала подножие восточного холма, стараясь не быть замеченной. Сопровождающих другой стороны также не было видно, даже если они были. На холм поднялись лишь трое – Анкель, Мортарион и его герольд. Ольи показательно слез с коня и поднял руки вверх, продемонстрировав, что в них нет оружия. После чего доселе стоявший спокойно огромный маэглици, одетый в глухой белый балахон, подпоясанный красным ремнём, бросился вниз к темнеющему форту и несколько минут спустя скрылся в его чреве. Ихримсу же взобрался вновь на коня, с несколько скучающим видом стал изучать окрестности, укутанные светом утреннего солнца, в ожидании подвоха.


Сообщение отредактировал Интел - Воскресенье, 2011-10-23, 6:25:25
 
RiDДата: Вторник, 2011-10-18, 10:48:10 | Сообщение # 32
Группа: Проверенные
Репутация: 692
Статус: Offline

    Садро, Назар, Раст.
    [Недалеко от лагеря Священного воинства. Заброшенный форт]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Стоявший у входа Сандро снял из-за плеча арбалет и присел у разбитого камня. Уперев его в землю, он вложил в паз один из стальных болтов и начал вращать рукоять.
- Тебе нужно охранять лошадей и быть готовым к быстрому отступлению, если что случится – Произнес инквизитор, не поднимая головы.

Наемник кивнул и отошел в тень, прислушиваясь к звукам. Стреноженные лошади не паниковали, хотя присутствие живого мертвеца их нервировало.
Назар прокручивал в голове слова Раста, пытаясь понять, какую же кашу заварил маг. Слишком мудрено, но время покажет, что будет.

Закинув арбалет за спину, инквизитор вошел в форт и скрылся в одном из окутанных тьмой коридоров. Подъем наверх не занял слишком много времени. Инквизитор, словно призрак крался по давно покинутым и заросшим паутиной галереям, и на пути ему попадались лишь худощавые пустынные крысы и чьи-то истлевшие кости. Наконец, он был у цели. Укрывшись за одной из поваленных колон, он поставил арбалет на упор и укрылся плащом, слившись с окружающим интерьером.

Вокруг было тихо. Этажом выше Скрипач разговаривал с неведомым посланником (или посланниками?). Инквизитор мог бы магически сделать свой слух более чувствительным, чтобы слышать каждое слово, но вместо этого он предпочитал наблюдать за происходящим вокруг. Например, следить из высокого стрельчатого окна за восточным холмом, на вершине которого два всадника явно ожидали окончания переговоров. Только вот что они сделают, когда дождутся? Уберутся восвояси, или отдадут приказ к атаке вместе с остальными, которые скорее всего прячутся за холмом?

Прикинув расстояние, Сандро подумал, что если они попытаются приблизиться, то он сможет застрелить отсюда человек пять. Этого должно хватить, чтобы у Раста было время сбежать.

Как всегда в такие моменты, ожидание казалось бесконечным. Инквизитор был на взводе не меньше, чем его арбалет.

Солнце ещё не скрылось за горизонтом, когда одинокий всадник направился от форта к товарищам на восточном холме. Сандро уже думал предупредить Раста, но тот сам спустился к нему. Молча братья смотрели, как кавалькада объединилась и ускакала.

Всё в том же молчании апостолы вернулись к Назару, оседлали коней и двинулись в сторону лагеря. Лишь когда форт скрылся за холмами и погасли последние лучи солнца, Скрипач пересказал разговор с посланницей.

Когда он закончил, Назар проворчал что-то насчёт мертвецов, а Сандро спросил: "Что ты будешь делать?" В ответ Раст лишь мрачно посмотрел на него. В его глазах ясно читалось: "Ну а что остаётся?"


    Раст, Мортарион. «Дипломатия»
    [Недалеко от лагеря Священного воинства. Заброшенный форт]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Падающего из окна багрового света хватало, чтобы осветить лишь центр затхлого зала, некогда служившего столовой.

Там, закутанная в белое, стояла посланница Маиры. Солнце играло на спускающихся из-под капюшона прядях рыжих волос, просторные одежды, скрывая фигуру, подчёркивали красоту хозяйки. На лице, скрытом в тени, смутно угадывалась улыбка.

Всё это было бы заманчивой и будоражащей воображение картиной, не будь у Ваалтера за плечами долгих лет тренировок и опыта работы в Терроре. Его черное одеяние полностью сливалось с мраком старины, но глаза светились в темноте напряжённым вниманием.

- Ты уполномочена слушать и говорить от имени Маиры де Вассы? - Холодно спросил Раст.
- Я уполномочена говорить, слушать и слышать от её имени и именем её творить законы империи на всей территории под её юрисдикцией, Скрипач. - вкрадчивый женский голос отскочил эхом от камней солдатской столовой.

- Тогда слушай и услышь. Я предлагаю твоей госпоже свои услуги, и прошу от неё в обмен того же. - Раст замолчал, оценивая реакцию собеседницы. Ни единого движения.-Алебастровый Консульт планирует организовать покушение на жизнь Патриарха. Маги планируют после его смерти перехватить контроль над воинством. Но... у них получится сделать это не сразу. Некоторое время будет царить хаос. Серебряный Консульт может использовать этот момент, чтобы прибрать воинство к своим рукам и убрать Алебастровых агентов при нём. Я могу провести ударный отряд Серебряных магов вглубь воинства, откуда они нанесут свой удар. В обмен на это Маира де Васса должна предоставить мне убежище в Селифаисе. Убежище, а не тюрьму. – Уточнил Скрипач. – Где моё и моих спутников пребывание где будет зависеть только от моего желания. Также де Васса гарантирует безопасность мне и моим спутникам, предоставит нам деньги, охрану и экипировку, а также полную свободу действия и передвижения. Пусть она вспомнит о том, что должна мне. А за долги надо платить. Если вы согласны на эти условия, о времени встречи и проведения операции будет сообщено дополнительно.

- Это звучит так заманчиво, Скрипач. Семерых одним ударом просто. Но объясни, зачем это тебе. - высокая посланница, медленно пошла навстречу Расту, но остановилась, оперевшись на остатки каменного стола. - Какая тебе выгода со стольких смертей?

Раст, сохраняя дистанцию и ощущение пространства, двинулся вокруг собеседницы, стараясь, чтобы шаги выглядели неосознанными, а рыжеволосая могла ощутить себя хозяйкой игры.

- Я хочу остаться на стороне победителя. Также у меня есть кое-какие счёты с бывшими коллегами из Алебастрового Консульта и нынешним магистром воинства, он направил демона, чтобы тот убил нескольких человек. В том числе и меня.

- Ты бежишь от меня? Можешь не бояться. Я вовсе не маг и не воин, как ты можешь увидеть по моей ауре или рукам. - посланница поднялась и продолжила идти за магом, сохраняя при этом избранную чуть раньше дистанцию. - Ты сбежал от неё. Почему? Сразу не было ясно кто победитель?

Раст проигнорировал замечание насчёт бегства.

- Не было. Это решит твоё согласие... или отказ. - Скрипач чётко видел, что рыжеволосая пытается занять доминирующее положение. Ему не нравилась пустая трескотня, но он принимал правила игры.

- Не надо меня игнорировать Ваалтер. Моё согласие или отказ также могут зависеть от этого.- Посланница повела плечами и начала своё преследование. Со стороны постоянное движение её вперёд и Раста назад могло напомнить танец. - Ты уверен, что судьба похода решается в этом форте между мной и тобой? Такое ощущение, что этот удар уничтожит всю церковную и магические структуры. Может и мне поставить тебе какие-то условия? В качестве гарантий дееспособности и воли.

- Уверен, ты знаешь мою историю. До того, как я стал послушником, у меня ничего не было. Алебастровый Консульт дал мне всё, заместил в моём сознании родину, семью и бога. Я был предан Алебастровому Консульту, я был... его посланником, его волей. Я и такие как я - сам Консульт. Не зацикленные на своём безумии демонологи и развращённые властью лидеры, а воины, отдающие свою жизнь во имя Консульта и самоотверженные теоретики, первопроходцы самых тайных областей магии, чья не менее реальная кровь проливается вместе с потом в подвалах Алебастра. Подвалах, а не роскошных покоях. Но заговорщики - они убили почти всех, кто был верен делу. Остался я... и ещё совсем немногие. Не больше пары десятков. Все остальные - ничтожные создания, неспособные задуматься о чём-либо кроме собственной выгоды. Я должен их жалеть? Да, если судьба может их разбить, уничтожить, то она решается прямо здесь. Говоришь, будет уничтожена церковная структура? Многие солдаты погибнут, а остальные... остальные вернутся в свои дома и семьи, которые они должны защищать, вместо того, чтобы идти на край света по слову какого-то фанатика. Да, судьба решается здесь и сейчас. Ставь свои условия, посланница. Ставь, а я скажу, смогу ли я их выполнить. - Ни разу за всю речь Раст не повысил голоса, но тон отдавался оттенками стали.

- Условия просты. Как и причины. - она негромко рассмеялась. - Как думаешь, почему начался этот поход? Почему люди были оторваны от домов и брошены в пекло битвы на наковальню войны? - Её голос контрастировал с тоном Скрипача как тепло с холодом.
Раст припомнил древнюю истину: "Не знаешь, что сказать - молчи."

- Ну же. Ты слишком скован для человека бегущего за отблеском победы. Нужно уметь рисковать. Иначе бы ты не выжил от удара демона.

Раст криво улыбнулся.
- Не умей я рисковать, мы бы сейчас с тобой не разговаривали, женщина.

- Я рада, что ты понимаешь меня, Ваалтер. - посланница сдёрнула с головы капюшон, открывая магу рыжие как жидкий огонь, густые волосы упавшие ей на плечи. - Я должна верить в твою способность это организовать. - Она с лёгкостью уселась на каменный стол, прекратив танец преследования, и начала болтать ногами в такт своих слов. - Во-первых, ты расскажешь всё что знаешь о великих покровителя. Во-вторых, доставишь несколько занятных вещиц из воинства. Добудь кассум Амри де Кара. Слабой женщине хотелось бы иметь защиту в окружении могучих магов. А в-третьих...это касается тебя, Раст. В городе Ашк-Адар, откуда я родом, среди банд есть интересная традиция. Подведший своего благодеятеля должен извиниться перед ним. В частности речь о твоём мизинце. На любой из рук. Как тебе эти три компонента моего доверия?

Раст подошёл ближе, сдвинул на шею черную ткань, закрывавшую до этого лицо, опёрся на стол рядом с посланницей. Близко. Слишком близко, чтобы не убедиться окончательно в том, о чём у него уже были подозрения: его собеседница - труп. Синюшные губы, бледная кожа и полное отсутствие биения сердца (жилы на шее полностью неподвижны) ясно говорили об этом.

- Хорошо. Если я провалюсь, то ты получишь мой мизинец. А насчёт великих покровителей... я знаю немного. Намного меньше, чем хотелось бы мне. И тебе.

- Держи дистанцию. - дева несильно оттолкнула ногой от себя мага. - Если я хочу общаться с тобой, это вовсе не значит раздеваться передо мной. Во всяком случае сразу. - она снова тихо засмеялась. - Встретимся через 24 часа. Обменяемся информацией. Лучше держаться приземлённых сущностей. Итак, информация, кассум и твой мизинец, лучше отрежь его заранее. Я не люблю вид крови. Следующий закат. - она слезла со стола, оказавшись так близко что он мог ощутить её дыхание. - тебе повезло. Всего лишь мизинец. Не голова. А ведь, к несчастью, не все ошибки могут быть прощены. Передай своим друзьям что они вполне могли придти с тобой сюда. А не прижиматься к земле в холмах. - Она обернулась и двинулась к выходу, элегантно виляя широкими бёдрами, что было заметно было даже под балахоном. - И не пытайся сделать выводы по итогам этой встречи, красавчик. Ты никогда не узнаешь всей правды. Это не нужно ни мне, ни особенно тебе. - взмахнув копной рыжих волос, она направилась прочь.

Когда она выходила из комнаты, Раст произнёс:
- Нет. Я предлагаю сделку, и она состоится либо на моих условиях, либо не состоится вообще. - В этот раз он не смог сдержать эмоций. В его голосе ясно слышался оттенок презрения. - Кассум ты получишь, когда ваш отряд вторгнется в лагерь. Тогда ты сможешь лично снять его с трупа де Кара. Мой мизинец ты получишь, только если ваш отряд потерпит поражение. Информация. Всё, что я знаю, это три слова. Ты услышишь их сейчас, если согласишься.

- Нет, Раст, я буду здесь через 24 часа. Там мы и увидим есть ли тебе интерес. Любой интерес к возможным предложениям. Может, я снижу планку. Например, не буду требовать кассум. Это даст тебе время подумать. Ведь если между твоими благородными убеждениями, твоей надеждой, твоём желании очистить Церковь и Консульт стоит какая-то мелочь навроде одного из двух десятков пальцев...вряд ли ты окажешься нужным нам человеком. Вопрос чести. А теперь не держи меня. Эта ночь у меня занята. В отличие от следующей. - Она улыбнулась одними глазами и коснувшись платка, закрывающего лицо, на месте где должны быть губы, отправила ему воздушный поцелуй.


Сообщение отредактировал RiD - Вторник, 2011-10-18, 10:50:19
 
TrialДата: Суббота, 2011-10-22, 9:28:22 | Сообщение # 33
Ранетка Воитель
Группа: Проверенные
Репутация: 618
Статус: Offline
    Малик, Маира, Мортарион.
    [Селефаис. Дворцовый комплекс]
    [9-ое июня 1001-ого года]


«Гостевые покои созданы такими как я и для таких как я», – думал Малик, приложившись ухом к дереву. Тонкие двери с кучей микроскопических дырок, для более удобной «разведки». Конечно, в соседней комнате были и классические, для подобного рода заведений, дырки для подглядывания, но иманиму не нужно было использовать глаза, чтобы знать о происходящем за стеной. Жрец чувствовал каждое движение находящихся за дверью.

«Очень мило, некромант, пытаешься манипулировать сумасшедшей шлюхой, а сам всего лишь пешка, как и я». - Малик ухмыльнулся, продолжая слушать.

«Значит переговоры. Должен ли я пойти с ним? Нет. Слишком опасно. Если я умру, то будет проблематично заполучить себе место в высших эшелонах» - Малик отпрянул от двери и одним ловким прыжком оказался на топчанах. Через мгновение двери распахнулись, и из покоев де Вассы вышел некромант.

«Опять этот запах».

- Ибн Рад, если ты приставлен ко мне – собирайся. На закате встретимся у выезда из города.

«А потом твои дружки из воинства решат убить не только тебя, но и доброго и милого има-нима, в лице меня. Нет, спасибо. Я, пожалуй, побрезгую».

- Мне плевать. С этим разберись сам. Хотя если вдруг не сможешь, кричи, может, кто и услышит. – Поведя плечами, Малик поднялся с топчана и с тем же выражением лица пошёл наверх, к своему покровителю.

    Малик, Ихримасу.
    [Селефаис. Дворцовый комплекс]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Ибн Рад молча шёл по ступеням, обдумывая что следует сказать Неверному, при этом не вызвав его гнева. Ведь, в конце концов, иманим нарушил данный ему приказ.

«Сказать всё как есть и надеяться, что меня поймут? Приврать? Нет. Врать Неверному не самая удач¬ная идея Малик, лучше, скажем так, немного исказить факты».

Жрец шёл по богато обставленным коридорам, и встречающиеся на пути слуги низко кланялись, зави¬дев слугу Имана. Ибн Рад не замечал ни богатой мебели, ни головопреклонных слуг.

- Стой, жрец. – Голос охранника вывел Малика из состояние задумчивости, в которой он и прошагал до самых покоев Ихримасу. Малик не остановился и продолжил шагать к двери, по бокам которой стояла элитная гвардия шаха.
- Повелитель отдыхает и не хочет никого видеть, – сказал второй стражник.
- Заткнись, – коротко отрезал Малик и через мгновение челюсти говорящего сомкнулись с такой силой, что стук зубов был слышен по всему коридору. Охранник в панике завертел головой, кидая взгляд то на иманима, то на своего коллегу. Тот молча открыл дверь, не рискуя возразить жрецу снова.

Ибн Рад зашёл внутрь и двери за ним сразу же закрылись. Неверный всё так же восседал на троне, неспешно наблюдая за десятком полуобнажённых танцовщиц. Казалось, что богатое убранство и дорогая мебель мелькнут, по сравнению с красотой и грацией изгибающихся женских тел. А туша Ихримасу, одетого скорее на западный манер, совсем выделялась из общей картины.

Усилием воли Малик оторвал взгляд от танцовщиц и спешным шагом проследовал к трону. Поклонившись на восточный манер, почти до самого пола, жрец поднял взгляд на Неверного.

- Мой господин. Я принёс вам вести, они тревожат меня. – Ибн Рад придал своему лицу вид крайней степени озабоченности.
- И что же беспокоит тебя, юный иманим? – продолжая наблюдать за танцовщицами, спросил Ихримасу.
– Маира, мой господин, она отправляет своего некроманта на переговоры с эмиссарами воинства. – Ихримасу медленно перевёл свой взгляд на жреца, пытаясь не выдать свою заинтересованность. – И ещё одно, – Малик сделал паузу, – по пути во дворец мы встретили некого Гедаалда, и мне показалось, что Маира интересуется и им.

Неверный подпёр голову кулаком и свободной рукой махнул в сторону танцовщиц. Те мгновенно перестали танцевать и вместе с другими слугами отправились к выходу.

- Хорошо, очень хорошо. Ты отправишься на переговоры, разузнаешь и сделаешь всё что смо-жешь. Но перед этим, у нас есть одно неотложное дело…

Тяжёлая дверь закрылась за последним из слуг.


Сообщение отредактировал Trial - Воскресенье, 2011-10-23, 9:00:48
 
GiksДата: Пятница, 2011-10-28, 1:11:57 | Сообщение # 34
Употребитель назначений
Группа: Проверенные
Сообщений: 354
Репутация: 864
Статус: Offline
    Азгейм
    [Убежище Северных Псов; горы]
    [19-ое мая 1001-ого года]


Сказать, что мага испугал внезапный громкий голос, пророкотавший сквоз метель, значит, приуменшить то, что он на самом деле испытал. Пожалуй, Азгейм бы даже испачкал штаны. К счастью, это паническое предположение так и не осуществилось на деле, то ли благодаря волевому усилию ренегата, то ли из-за желудка, который пустовал неопределенно долгое время.

Разум мага метался, стараясь как можно скорее выбрать вариант действий, в то же время, Азгейм пытался всмотреться в чудище, парившее где-то над ним, не так далеко, но и, хвала фортуне, не настолько близко. Снег и ветер, колючий морозный воздух, всячески старались пресечь все действия ренегата.

Пожирателя Звезд было трудно разглядеть. Маг не видел смысла сомневаться в его словах, как бы фантастически они не звучали. В конце концов, чему тут уже удивляться? Постоянные неожиданности потихоньку сглаживались до состояния вполне обыденных, привычных вещей. Говоря коротко, он начал подлаживаться под новый ритм. Мысль близкой встречи с не просто драконом, а одним из величайших некогда представителей драконьего племени, будоражила разум и тело, пробирая до самых костей, хотя последнее, скорее, в большей степени являлось заслугой холода.

Несмотря на ограниченность обзора, проглядывавшийся через снопы слепившихся в бешеном танце снежинок, силуэт Пожирателя молчаливо подтверждал то, в чем сам драконий повелитель ограничился одним словом. Он, Пожиратель Звезд, не мог дожить до сегодняшних дней, он и не дожил, сраженный самим Арумой. Здесь сияла печать магии нелюдей, навевавшая воспоминания о некоем загадочном Хеммерлинге и его неживых марионетках.

Очередной взмах широких крыльев, отчетливо слышимый даже через вой ветра, породил волну, едва не сбившую мага с ног. Поверхность под ногами оказалась предательски податливой. Чтобы не укатиться в белеющую мглу, пришлось вцепиться в ближайшую скалу и оцарапать себе пальцы – мелочь, в сравнении со сломанными конечностями. Дракон приблизился к земле, чересчур близко для Азгейма. Ренегат живо прикинул свои шансы в случае борьбы с огромным зверем. В такой ситуации любой резкий маневр мог стать самоубийственным, даже без учета агрессии со стороны огромного умертвия. Испытывать свою природную ловкость магу сейчас не хотелось. К счастью, в трудную минуту, о себе напомнила одна вещица, о которой сам Галабарт уже было забыл.

Напоминание пришло, с растекающимся по груди теплом, исходившего из амулета, точнее инкрустированного в него камешка. О силе предмета, покоившегося на цепочке, обволакивающей шею, как будто бы невзначай поведала Ноэми, пока они вместе коротали часы отдыха, после очередного марш-броска через туннели. Насколько давно это было? Случайность ли? Тепло приятно ласкало кожу, изгоняя холод из задубевших мышц, и даже придавало уверенности. Однако негу подпортила малоприятная реальность. Азгейм понял, что позволяет себе опасное промедление.

По крайней мере, у него есть управа, которой по силе даже Пожиратель Звезд… быть может. Какая-то часть его души стала упираться, жалея великую силу, нашептывая накаченному адреналином и страхом мозгу, что ей могло бы найтись лучшее применение. К счастью или сожалению, инстинкт самосохранения преобладал над сдержанным и педантичным исследователем, живущим в ренегате.

- О, великий Пожиратель Звезд! – Галабарт пытался выиграть время, пытаясь резво извлечь амулет из-под покровов одежды, мысленно ругаясь на чересчур плотную тунику, скрывавшуюся под покровами плаща. Получалось не очень, маг опасался, что пугающе длинные и толстые драконьи когти опередят его. Эмиссар присел на одно колено, продолжая опираться всем весом о скалу.
- Я…я..зашел сюда чтобы сообщить…сообщить о намерении госпожи. Она подумывает отпустить тебя в скором времени, она осознала свою ошибку.
- АААРРГХХХХ! ПОДУМЫВАЕТ?! Издеваешься, грязный ЧЕРВЬ?!!! Довольно с меня этого лепета, Пожиратель Звезд УСТАЛ ЖДАТЬ!! – Теперь свою ошибку осознал Азгейм, но в отличие от Сифеллы, по-настоящему. Ренегат успел нырнуть за камень, и, на благо своего здоровья, запнуться о неровный камень, скрывающийся под сугробами. За опустившейся лапой следовал, как шлейф песка за ветром в пустыне, резкий свист, звучащий как похоронная молитва для всякого, кому случилось попасть под траекторию ужасных когтей. Удар с легкостью, достойной легендарного оружия, раскрошил скальную преграду, прошел через самую сердцевину, и снес почти половину глыбы. Не припади ренегат к земле, вместе с каменным крошевом, с отрогов полетела бы и его собственная половинка тела.

Теперь дракон стал ещё ближе к своей жертве, наконец-то впившись своими титаноподобными конечностями в земную твердь. Азгейм, валявшийся на спине, имел счастье видеть уродливый потертый череп, венчавший не менее усохшее, но все ещё массивное туловище с мумиеобразными мышцами. Глаза драконьего лорда, облаченные в жидкое, темно-пурпурное пламя, смотрели прямо в лицо эмиссару. Свет аметистовых глаз Азгейма смотрелся совершенно блеклым и слабым на фоне той силы, которую источал взор древнего хищника, всем своим видом демонстрировавшего абсолютное превосходство над человеческим племенем и веками тлена, некогда терзавшими его.

К тому моменту, Азгейм уже сжимал амулет в хорошенько прогретых руках.
- Готово
- Замри Пожиратель Звезд, повинуйся моим приказам! – Азгейм никогда прежде не работал с подобными артефактами, но интуитивно вложил в камешек свое намерение, едва ли не истерично требовавшее захватить контроль над драконом, подкрепленное желанием выжить, выжить, во что бы то ни стало.

Один удар сердца превратил непримечательный, похожую на отшлифованный кусочек янтаря вещицу в эпицентр магического всплеска, локального колодца истока. Камешек сиял почти как Солнце. Ошеломленный потоком необузданной силы, Азгейм продолжал лежать на снегу, зажмурившись насколько мог. Он было захотел отшвырнуть от себя амулет, но рука не слушалась его.

Скальная поверхность начала дрожать. Испуганный разум, предоставленный сам себе, рисовал пляшущую гору, посреди мрака. Меж тем, сияющие полосы чистой энергии, двигавшиеся сродни живым змеям, покидали неистовый круговорот, вращавшийся в самом сердце камешка. Природа как будто сошла с ума. Ветер удвоил свою ярость. Особенно сильный порыв заставил качнуться самого мертвого дракона. Склоны горы оголились, сбрасывая с себя тонны снега, чьи крупицы почему-то превращались в куски глины, чтобы затем, продолжить полет в перерожденном виде на дно глубокой пропасти. Ещё немного и световые змеи налетели на монстра, закружились вокруг мертвой туши с бешеной силой, сковывая её невидимыми цепями. Другая стайка образовала нечто вроде цепи, коснувшись своего былого пристанища, пульсировавшего под носом Азгейма. Если бы глаза мага смотрели на происходящее, они бы увидели в нем буйство красок, среди которых преобладали желтый и белый цвета. Создавалось впечатление, что сам воздух обзавелся аурой.

Сложно описать те чувства, которые испытывал в тот момент Галабарт, он сам потом помнил лишь их невероятную силу, да и ещё, странное покалывание во всем теле. Кажется, это длилось минуту-другую, а то и полчаса, трудно считать время, когда пребываешь между бессознательностью и явью.

Азгейм открыл глаза, только после того как утих вой. Все выглядело как всегда, почти. Холод стал возвращаться в конечности, а с неба продолжал падать снег, ветер просто успокоился, но не исчез. Единственное физическое подтверждение творившегося магического сумашествия заключалось в заметно поредевших сугробах, которые местами отсутствовали вовсе, да порошкообразная масса, оставшаяся на одежде мага, в соседстве с потускневшим амулетом, и серое, тягучее…что-то, обильно налипшее на одежду. Что более странно, она до боли напоминала ту жижу, в которую обращалась материя под действием одного из заклинания основ преобразований.
- Хорошо хоть, что не затвердела, как происходит в финальной стадии сотворения
С такой благодарной мыслью, маг поднялся, смахивая с одежды особенно крупные ошметки смеси. Весь верхний слой камня, где он лежал, представлял собой одну большую лужу.

Эмиссар встал, но не до конца, всего лишь на корточки, становиться в полный рост ему не хотелось, поэтому он помедлил, убедившись для начала, что опасность миновала. Вой давно стих, но Пожиратель Звезд об этом и не подумывал, периодически бросая полный злобы рык, сопровождавшийся скрежетом когтей об породу.
Дракон стоял в каких-то десяти метрах. Его грозный ореол ярости никуда не исчез, а даже напротив. От Пожирателя буквально разило ненавистью и желанием убивать.

Азгейм оценил, что опасность, с которой он столкнулся прежде, теперь отсутствовала. Самое приятное, пожалуй, за все те минуты страха и тяжелого напряжения - он чувствовал это, опасности действительно больше не было. Тварь продолжала демонстрировать, как мечтает сблизить свои лапы с магом, а ещё лучше – челюсти, однако не могла этого сделать, насколько бы сильно его не гложило это желание.

Сморгнув, ренегат поднялся, теперь уже полностью, и сделал пару шагов вперед, охваченный внезапным приступом хладнокровия.
- Получилось, невероятно – Он понемногу осознавал что сотворил здесь, в неизвестном месте, с легендарным зверем.
- Что ты со мной сотворил, червь?! Как ты смог, как ПОСМЕЛ, откуда у тебя эта сила?!! КТО ТЫ ТАКОЙ?!! – взвыл Пожиратель Звезд
- Азгейм Галабарт из Алебастра, твой хозяин и твоя новая цепь. Очень рад знакомству.



Yeshimal delendam esse


Сообщение отредактировал Giks - Пятница, 2011-10-28, 1:21:06
 
AurikДата: Понедельник, 2011-10-31, 3:09:53 | Сообщение # 35
Темный Принц
Группа: Проверенные
Репутация: 1932
Статус: Offline
    Ролланд «Гвардия Скорби».
    [Лагерь Священного воинства; шатер великого магистра]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Вернувшись в свой шатер,Роланд не смог заснуть, обдумывая как выбраться из этой непростой ситуации. Патриарх убил своего, у рыцаря не было сомнений и теперь десятки различных планов и действий роились в его голове, отметаемые словно мухи. Будучи великим магистром, обязательства связали его по рукам и ногам.

Решение пришло вместе со сном.

Роланд де Роэм проснулся еще до рассвета. Быстро умывшись и одевшись, он призвал дежуривших у входа воинов Сотни Столпов и попросил их призвать своих доверенных адъютантов. Когда они вошли, магистр передал им устные поручения, а сам взял меч и вышел из шатра, чтобы попрактиковаться немного и привести в порядок мысли.

Он вернулся в шатер с первыми рассветными лучами, осветившими пыльный лагерь Священного воинства и десятки пестрых замен, трепетавших на ветре. Отовсюду прибегали слуги и приносили комплекты черных доспехов, оставив их на полу. Для чего они, знал лишь великий магистр. Как только слуги ушли, в шатер начали входить воины.Каждого из них он знал, многим был другом, некоторых знал лишь по слухам.

Всех их объединяло три вещи, и именно по ним де Роэм отобрал этих людей: каждый из них был человеком чести, и каждый же был рыцарем Белой Розы. Помимо этого все они были искусными бойцами, одними из лучших в воинстве, именно те кто мог составить конкуренцию Сотне Столпов. Мужчины и женщины разместились полукругом вокруг импровизированного помоста, где стоял Роланд, удивленно переглядывались между собой. Они не понимали, для чего их вызвали, но, несомненно, осознавали, что здесь они собраны не для дружеской беседы.

Вперед вышел Эрхард – один из мудрейших рыцарей Белой Розы, и произнес:

- Великий магистр, не соизволите ли пояснить, для чего вы нас здесь собрали?

Ролланд улыбнулся одним уголком рта, затем вздохнул и начал декламировать речь:

- Каждый день совершая различные поступки, вы, как и я, руководствуетесь принципами рыцарской чести и собственным жизненным опытом! Вы поступаете не как советует честолюбивый эгоизм, а так, как должен поступать настоящий воин! Рыцарь! – Ролланд де Роэм оглядел слушателей, подмечая настроения. - Вы прибыли в воинство, потому что думаете, что сражаетесь за собственные идеалы, и это место способно воплотить ваши стремления в реальность!Но что, если я скажу… - он сделал паузу, - что на самом деле все так? Что, если лидер воинства связан по рукам и ногам, а к нему приставлены убийцы? Что, если эти убийцы посланы тем, кто направил Священное воинство? О том, что патриарх А’Рэль убивает одного из Сотни Столпов, а потом просит великого магистра обвинить в этом ни в чем неповинного человека, лишь бы убрать препятствия для собственной власти?!

В шатре повисла тишина.

- И теперь я хочу спросить: к этому вы шли?! К этому?!

Де Роэм сделал еще одну паузу. Рыцари смотрели на него ошеломленно, оценивая сказанное и делая предположения, выводы.

- Я знаком с большинством из вас. Может кто-нибудь сказать, что я когда-либо клеветал?! Может ты, Эрхарт? Лгал ли я, поступал ли я не по чести, когда внимал твоей мудрости в крепости ордена? Может ты скажешь, Лилит? Вспомни, через что мы прошли! Был ли я бесчестен тогда?

Рыцари кивали в знак согласия. Каждый соглашался в том, что он не может быть бесчестен.Ролланд глубоко вздохнул и продолжил:

- Я созвал вас сюда, потому что хочу попросить у вас помощи, и предложить вам свою помощь взамен, братья. Я прошу вас стать моей гвардией, - тут он взглянул на подаренный Братством клинок. – Гвардией Скорби и перестать быть рыцарями Белой Розы. Вместе мы сможем объединить это воинство в единое целое, и оно станет инструментом для достижения того о чем мы мечтали. Что скажете!!?

    Ролланд. «Собрание»
    [Лагерь Священного воинства; шатер великого магистра]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Вечером в шатре де Роэма стал собираться высший командный состав воинства: главнокомандующие легионов союзных войск и их заместители в количестве двух десятков человек. Каждый из них заметил перед шатром небольшое изменение. Теперь вместо двух бойцовиз Сотни Столпов, стояло четыре воина в вороненых доспехах, с неопределенными знаками различия.

Войдя в шатер, они заметили еще четверых воинов в тех же доспехах, однако хмурое лицо великого магистра пресекло расспросы в корне. Сам Ролланд был одет в новый вороненый доспех и находился при полном вооружении. Его лицо было осунувшимся и полным решительности. Командоры поражались изменениям как во внешнем виде, так и в поведении магистра и каждый из них гадал, что де Роэм будет делать дальше.

Бывший рыцарь ордена Белой Розы сделал знак слугам, и они внесли тело мертвого бойца Сотни Столпов, бросив его под ноги удивленным гостям. Ролланд стал говорить, прежде чем рыцари успели прийти в себя:

- Этот воин погиб предотвращая мое убийство.

Затем он сделал еще один знак и слуги внесли еще один труп. Его лицо было обезображено кучей шрамов, так что невозможно было определить личность мертвеца.

- Этот человек пытался забрать мою жизнь, - с яростью произнес Ролланд.

Совет командующих буквально взорвался. Кто-то требовал найти заказчика, кто-то справлялся о здоровье лидера воинства, ряд человек требовали возмездия. Возгласы медленно переросли в крики, и, наблюдая за ними, Ролланд улыбался уголком рта. Все шло по его плану.

Ролланд поднял руку, прекращая разговоры и утихомиривая споры.

- Убийца не достиг цели и я здесь - жив и здоров. У него нашли это, - он кинул на стол письмо, - на нем стоит личный герб императора. Я не знаю, зачем императору понадобилась моя голова, но он не только не поддерживает воинство в нашем священном походе, но и всячески пытается помешать ему! Учитывая складывающуюся обстановку мне необходима ваша личная преданность! Мы не должны допустить раскола воинства, а потому этот случай не должен выйти за стены шатра.
Я надеюсь, что это очевидно. Однако хочу попросить вас всех провести собственное расследование и вычислить всех имперских шпионов в наших рядах! Провести проверку боевой готовности всех наших отрядов. Я лично объеду воинство и, надеюсь, к моему приезду солдаты будут приведены в подобающий вид. Ваши тактические планы на предстоящую осаду передадите через слуг, мы рассмотрим их на генеральном заседании. Я начну с отрядов почтенного лорда Саура. А теперь не смею вас задерживать лорды, у вас много работы.

Подождав пока командоры покинут шатер, а слуги вынесут трупы, Ролланд подозвал к себе Эрхарда.

- Отряды лорда Саура – это самый дальний аванпост воинства. Мы бежим от кого-то? – спросил некогда рыцарь, а теперь гвардеец, и по совместительству доверенный советник великого магистра.
- От цепких лап А’Рэля и не мы, а я. Для тебя есть особое задание: патриарх интересуется неким живым мертвецом в Истинной Церкви. Если он интересен патриарху, значит он… важен. Узнай про него, предложи ему встречу. Для тебя это будет просто учитывая твои знакомства в истинной церкви.

Эрхард кивнул.

- Что-нибудь еще?
- Да. Пошли кого-нибудь к Алебастрам, мне нужно с ними переговорить. И тайно собери тридцать человек из моей гвардии. Сегодня вечером мы должны миновать посты Сотни Столпов, покинуть мою ставку и уехать к лорду Сауру. Пусть ждут меня севернее командных палаток после наступления темноты. Остальных разошли в разные концы воинства. Мне нужно знать общие настроения в воинстве. На этом пожалуй все.

Ролланд сделал знак об окончании разговора. Эрхард вновь кивнул и пошел в сторону выхода; уже наполовину выйдя из палатки, он развернулся и произнес сакраментальное: «Великими не рождаются, великими становятся».

Губы де Роэма тронула легкая улыбка.

    Ролланд. «Подарок Братства»
    [Лагерь Священного воинства; шатер великого магистра]
    [9-ое июня 1001-ого года]


С наступлением темноты Ролланд вооружился, заключил кассум в небольшой сферообразный защитный кулон и спрятал его в полах плаща. Затушив очаг, что обозначало его отход ко сну, он прошел в дальний конец шатра и сделал там небольшую прореху кинжалом. Переждав проходивший патруль Сотни Столпов, де Роэм сконцентрировался на маячащем неподалеку пыточном столбе. Ролланд обнажил меч, и мысленно представил себя разрубающим верхушку столба В это же мгновение магистр моментально переместился к столбу, ударившись об него и рухнув на землю.

Чертыхаясь, Ролланд подумал, что подарок Братства все-таки работал, но требовал-таки тренировок с ним. Магистр отряхнулся и, стараясь быть незаметным, побрел к месту где его ожидали гвардейцы. Через несколько шатров он достиг нужного места. Лилит подвела ему коня, и, вскочив в седло, Ролланд знаком отдал приказ ехать за ним. В полном безмолвии отряд всадников поехал к краю растянувшегося вокруг Селефаиса воинства.


Сообщение отредактировал Aurik - Среда, 2011-11-02, 9:40:16
 
TugrДата: Среда, 2011-11-02, 9:13:14 | Сообщение # 36
Bad White Wolf
Фракция: Тираниды
Группа: Проверенные
Репутация: 1092
Статус: Offline
    Анкель, Маира.
    [Селефаис; дворцовый комплекс]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Маира принимала кого-то из знати Селефаиса, когда Анкель сообщила страже об аудиенции и тучный мужчина в роскошных расписных одеяниях вышел из покоев Маиры. Она вошла внутрь. Покои освещались естественным освещением – сквозь ведущую на балкончик дверь в залу проникали закатные лучи, оставлявшие множество темных ниш и углов и, тем самым, раскрашивавшие комнату в кроваво-черные тона. В прохладном воздухе витали приторные, как считала Анкель, ароматы масел и трав. Маира выглядела спокойной и невозмутимой в своих белых одеждах.

- Госпожа де Васса, я пришла сообщить о...
- Я знаю, зачем ты пришла, - резко оборвала её Маира.
- Почему он не пришел лично, а прислал тебя?
- Госпожа?
- Я хотела бы видеть его лично! - её тон не терпел возражений.
- Разве госпоже неприятно будет услышать о результатах переговоров из уст верной слуги императора? – нарочито спокойно и слегка улыбнувшись своей кривозубой улыбкой, ответила Анкель. - Впрочем, я не могу поведать госпоже что-либо конкретное. Переговоры продолжаться завтра. По своим собственным словам Исмаил прощупывает их желания.
- Прощупывает их желания, - словно пытаясь попробовать слова на вкус, с легким отвращением повторила Маира. - Что ж, пусть так. Отправляйся к нему. Мои желания остаются прежними. И пусть в следующий раз он приходит лично, - слегка помедлив, наконец, закончила разговор Маира, отводя взгляд в сторону балкона и давая понять, что более не желает видеть Клинка. – Пусть принесет с собой головы.

Анкель слегка наклонила голову в знак почтения, а затем развернулась и вышла из покоев Маиры.

    Анкель.
    [Селефаис; дворцовый комплекс; оперативная квартира Клинков]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Запах. Она обожала этот запах. Пустой длинный коридор, по которому шла Анкель, не освещался и был темен, как ночной Семпис. Темен и пропитан этим ароматом. Хотя обычный человек не смог бы его даже уловить, но Анкель ощущала его столь же ясно, как видела свои руки солнечным днем. Это был запах Слез. Слез Проклятых. Только человек на протяжении долгого времени принимающих их, мог почувствовать этот аромат. Колбы с ингредиентами обычно хорошо закупоривали, но не что не могло остановить распространения запаха во время их дистилляции. С обеих сторон коридора были двери в покои Клинков. Только они и их самые доверенные агенты могли проникнуть сюда, и один из подручных Анкель должен был находиться в её покоях.

Когда она вошла в свою маленькую аскетично обставленную комнатушку, он покачивался на единственном стуле. Одежда подмастерья ничем себя не выдавала в юноше агента.

- Я уж вас заждался, честно говоря, - сразу заговорил он, ехидно улыбаясь, когда она вошла.
- Будешь ждать столько, сколько потребуется, - ответила Анкель, снимая балахон и бросая его на кровать. - У меня для тебя новое задание. Ты должен снять неприметные апартаменты в Селефаисе, чем беднее и ближе к кварталу прокаженных они будут, тем лучше.
- И что же я должен сделать в подобном жалком месте?
- Сидеть, быть тише воды, ниже травы и ждать.
- Ждать чего?
- Конца осады, вне зависимости от её результатов. Когда она закончится, ты должен смешаться с толпой, проникнуть сюда и забрать вот это, - Анкель осторожно отцепила фрагменты черепицы под кроватью и достала небольшую грубую книжицу в кожаной обложке.
- И что же мне с этим делать? – Он невзрачно посмотрел на книжицу и хмыкнул.
- Как я сказала, смешайся с толпой. Покинь город, и как можно быстрей доставь её в Семпис. Я уже инструктировала тебя, как можно связаться с Клинками в этом городе. Воспользуйся моими инструкциями. По прибытию тебя щедро вознаградят.
- Слушаюсь.
- И еще кое-что, с этого момента больше не выходи со мной на связь. Просто жди. Этих денег тебе должно хватить, - она бросила на стол не большой позвякивающий кошель. - А теперь ступай.

Он взял кошель и молча удалился из комнаты. Конечно, не стоило говорить, что это будет последнее его поручение, в конце которого он умрет от рук её коллег. Наконец Анкель могла заняться тем, что должно и чего она желала уже больше двух часов. Слезы. И витающий в воздухе аромат лишь усиливал её желание.

«Нет, с начало закончить дела».

И взор её упал именно на ту самую книжицу. Сев за стол и пролистав уже несколько записей, она остановилась на первом же чистом листе, макнула перо в чернильницу со стола и начала записывать:

«12-ый день осады Селефаиса. Мои подозрения на счет нежданных помощников Маиры де Вассы усиливаются. Сегодня Исмаил, о котором я уже писала, был отправлен во главе тайных переговоров со Священным воинством, смысл которых остается мне неясным. Однако по прибытии на переговоры со странной женщиной, на них поехала именно она, а не он сам. Когда же я была отправлена сообщить о результатах переговоров, Исмаил сообщил мне о них, даже не переговорив и слова с этой женщиной. Видит Творец, я чувствую в этом магию, несвойственную людям. Сам его омерзительный запах, как у разлагающегося трупа, говорит о его нечеловечности. Давеча в его присутствии мне казалось я видела призраков. Я не могу в это поверить до сих пор. Это просто омерзительно отрывать душу человека от Посмертия.

Маира все меньше похожа на ту Маиру, к которой я была приставлена магистром Аркемми Нором. Она стала слишком эмоциональной и несдержанной, все больше её настроение зависит от появления этого Исмаил. Все больше желает видеть его подле себя. Чему я смогла стать свидетелем сегодня. Меня терзают сомнения: направлены ли её действия на процветания нашей великой империи? Боюсь, что нет.

Мой господин, я и дальше буду продолжать этот дневник о полученной мной информацией в надежде, что он дойдет до вас».

На этом она отложила перо.

«Я клинок. Мы глаза и уши императора. Мы первые кто приносит его гнев и кару».

Проведя еще некоторое время для подготовки новых Слез, Анкель решила не отказывать себе в удовольствии принять одну порцию. Большинство Клинков принимала их по старинке, выпивая колбочки. Анкель и сама так делала в пылу сражения и при отсутствии других возможностей. Но именно то, что она сейчас собралась сделать, ей нравилось больше всего. Она отодвинула рукав рубашки на правой руке до локтя и осторожно прочищенным над свечой кинжалом срезала кусок кожи. Это было больно, чертовски больно, но затем Анкель промокнула ткань в наркотике и положила на открытую рану.

Резкая колющая боль. Удовлетворение и обострение чувств. А затем пьянящая волна силы, в которую окунаешься с головой.


Сообщение отредактировал TUGR - Среда, 2011-11-02, 10:57:28
 
TillienДата: Суббота, 2011-11-05, 1:48:25 | Сообщение # 37
Костоправ
Группа: Проверенные
Сообщений: 3
Репутация: 1233
Статус: Offline
    Заэль. «Пути».
    [Селефаис; дворец шаха]
    [9-ое июня 1001-ого года; вечер]
    [Дальнейшее действие рассчитано вплоть до утра 10-ого июня]


Место, где он очнулся, не шло ни в какое сравнение с просторными и роскошно обставленными залами особняка аль-Селифы и больше походило на келью: одинокая кровать в углу, напротив которой стоял столик с чашей и светильником. Его пламя едва разгоняло влажную темноту и давало разглядеть покрытую потеками и полустертыми надписями каменную стену, а также дверь – обитую металлом и тяжелую, очень тяжелую. Через узкое окошко в ней до Заэля доходили оранжево-желтый свет и голоса.

- Не лучшая идея держать здесь раненого. – Первый голос был хрипловатым и тихим; беглец даже из-за стены без труда понял, что говорил старик. – Сырость, кровь, крысы…

Гедаалд поморщился. Он ощущал пропитавшиеся кровью бинты, которые несколькими слоями перетягивали его раны, и чувствовал зуд, словно под кожу заползли муравьи. Еще он чувствовал приятный холод, идущий от перчатки – единственного, что было на нем помимо рубища. Ллаис молчала.

- Тебе-то что? – Второй голос. Грубый и низкий, выдающий во владельце солдата, привыкшего говорить коротко, рублеными фразами. На памяти ренегата большинство Клинков, кроме него самого, были из таких.
- А если он помрет? Мне же эта имперская сучка голову откру…

Заэль расслышал глухой удар и стон, а затем поток ругательств, которым могли бы позавидовать даже Верриские наемники. После пары мгновений тишины голоса раздались снова.

- Не забывай, кто мы!
- Клинки... - прошипел старик.
- В общем-то он прав. – Холодный, сдержанный, привыкший повелевать и принадлежащий немолодой женщине голос – понять это можно было по общему тону и отдельным проскакивающим интонациям.
- Эта кривозубая? Мало ли...
- Ладно, хватит об этом, - оборвала его женщина. – Ты знаешь, кто сидит у тебя в камере, тюремщик?
- Н-нет…
- Йешимальский мясник. Тот с кем не отказался бы повидать ни наш великий магистр, ни император. Заэль Гедаалд. – При этих словах старик встрепенулся, словно услышал что-то знакомое и важное. – Предатель, убивший полторы сотни людей, из которых двенадцать были моими братьями и сестрами по гвардии. Он убегал от нас шесть лет.
- И… и как вы его поймали? – не удержался тюремщик.

На мгновение в воздухе повисла тишина; Заэль представил, как женщина окатила тюремщика холодным взглядом, а мужчина сжал кулаки. Заэль улыбнулся. Его все еще мутило, голова болела, но тело постепенно приходило в норму, а он все пытался добиться ответа от Ллаис.

- Его привел этот тип в балахоне…
- Мортарион, - кивнул Клинок.
- …и один из жрецов, - ответила третья. – Случайность. Ирония судьбы. Его не смогли остановить двое моих собратьев, но с этим прекрасно справилась лошадь – он выскочил прямо под едущую повозку.

Ее соратник рассмеялся, а старик осторожно улыбнулся. Заэль вновь поморщился, восстанавливая в памяти начало дня. Касима. Двое Клинков. Лошадь. Столкновение. И его бесчувственное тело, которое перетаскивают в повозку.

- Ты сделаешь так, чтобы только мы могли к нему прийти. Только мы. Ни Маира, ни жрецы, ни кто бы то ни было еще. Даже если перед тобой появится пророк, а за его спиной – Творец, ты заставишь их подождать. Все, что сейчас при нем есть должно при нем и остаться. И сам он должен дожить до нашего прибытия.
- Это… предательство?
- Это дело людей, верных императору. Не твое, - бросила женщина, тем самым одернув спутника. – Да и предательство витает здесь в воздухе, старик. Лучше следи за узником.

Через десять минут, когда двери тюрьмы под дворцом громко захлопнулись и он остался наедине с узником, старик достал из кармана поношенного халата связку ключей, долго выбирал нужный, а затем вставил его в замочную скважину двери. Что-то щелкнуло. Дверь открылась.

- Великий покровитель давно хотел тебя видеть, Заэль.


    [1] Заэль. «Старые знакомые».



Сообщение отредактировал Tillien - Воскресенье, 2011-11-06, 7:08:31
 
Sin-rДата: Воскресенье, 2011-11-06, 6:37:14 | Сообщение # 38
Пророк
Фракция: Хаос
Группа: Проверенные
Репутация: 1821
Статус: Offline
    Заэль. «Пути».
    [Селефаис; дворец шаха]
    [9-ое июня 1001-ого года; поздний вечер]


Убийца улыбнулся. За прошедший день он уже второй раз проснулся в какой-то крайне тесной дыре, при этом одетый в убогое тряпьё и даже не осознавая сути происходящего. Молчание Ллаис, несвойственное ей, не слишком помогало – её бесконечный трёп хотя бы помогал отвлечься от боли. Правда, сейчас убийца старался просто не обращать внимания на боль. Получалось не слишком удачно.

Прослушав диалог тех, кто находился за дверью, убийца улыбнулся ещё раз. Конечно, он всегда знал, что его, когда-нибудь, поймают, доставят к Кайму, а затем казнят распятием, но… он никак не ожидал того, что старый тюремщик окажется не так прост, как может показаться на первый взгляд.

- Покровитель, говоришь? – с вопросительной интонацией усмехнулся Заэль, - Да уж – наверное, мало кто не замешан в его делах, раз уж он начал даже таких как ты привлекать к своим интригам. Как тебя звать-то, «спаситель»?
- Это и не важно, - произнёс старик с явным нежеланием отвечать на вопрос, - Важно мое послание.
- Ну, тогда я слушаю, - произнёс Гедаалд.

Выслушав рассказ старца, Клинок задумался. Пускай всё то, о чём говорил тюремщик, и напоминало лишь краткий пересказ того, о чём ему поведал Неверный, но этого было достаточно, дабы убийца понял – с этим придётся что-то делать.

- Хорошо, я всё сделаю. Но мне нужно оружие, одежда и вообще всё, что при мне было.
- Принесу, что найду.

Через пару минут старец внёс в келью мешок, внутри которого была грубая одежда, сапоги, ряса с капюшоном, маску и кинжал.

- Ты шутишь, да? – спросил от удивления Заэль.
- Нисколько, - старик пожал плечами, – Тебе лучше притвориться каким-нибудь прислужником. Так ты точно сможешь проникнуть туда, куда тебе прика…
- Мне никто не смеет приказывать, старый дурак! – озлобленно произнёс Клинок, после чего ударил тюремщика в грудь со всей силы. Тот упал, как подкошенный, и сплюнул кровь на пол тюремной камеры, - Не стоит учить меня делать то, на что даже чёртов магистр не был способен в свои лучшие годы. А сейчас и подавно.

Одевшись и спрятав кинжал, убийца понял, что он не может оставить столь много знающую персону, то есть этого старика, в живых. Если его начнут допрашивать, то он с лёгкостью может всё выдать. Рисковать было нельзя.

- Я передам Неверному, что ты сделал всё как надо, - прошептал Заэль, после чего создал энергетическую дугу ограниченной длины, больше похожую на меч. Наверное, это был новый трюк Ллаис. Правда, прежде чем слуга покровителя погиб, Клинок успел сказать ему несколько последних слов, - Мне очень жаль.

«Клинок» вошёл в верхнюю часть левой руки стоящего на коленях старца, после чего, пройдя по диагонали, вышел через плечо левой, рассекая тело на две неравные части. Крови не было – луч, наверное, испарил её, одновременно прижигая раны. Положив куски тела на кровать, убийца вышел, закрыл за собой дверь и положил ключи в карман. Если за ним придут, то, по крайней мере, пройдёт некоторое время, прежде чем чёртовы Клинки поймут, что их… перехитрили.

- Плевать на месть. Сначала нужно сделать то, о чём просит Неверный, - подумал За-эль, после чего покинул помещение.

Первым пунктом его плана было исполнение просьбы Ихримасу. Затем нужно будет на-вестить его самого. И только потом можно будет приступать непосредственно к мести.

Но сначала нужно воспользоваться ситуацией и создать отвлекающий маневр – на случай, если стражи будет слишком много. Поняв, что в коридоре, кроме его камеры, есть ещё девять, убийца медленно, переходя от одной к другой, начал открывать их.

- Вы свободны. Это побег, - усмехнулся Заэль, после чего покинул помещение, надеясь, что заключённые смогут сделать то, что от них требуется. В любом случае даже если по-бег обнаружится, – а это обязательно произойдёт, – то его камера закрыта. Так что все за-висит от тупости имперских шавок.

Как не странно, но путь из подземной темницы занял не так много времени, как должен был бы. Наверху Заэль понял, что дворец буквально заполнен охраной – причём если язычники ещё могут не узнать потенциально опасного человека, то слуги императора… впрочем, если уставить глаза в пол и говорить, что дал обет не показывать своё лицо до искупления грехов, то… впрочем, лучше проверить это на практике.

Через пару шагов Заэль понял – он истекает кровью. Тот, кто использовал бинты и пытал-ся как-то лечить убийцу, явно не имел ни малейшего представления о том, как надо ле-чить людей. Был лишь один выход – найти целителя. Правда вряд ли имперские маги… а почему обязательно имперские? Можно ведь обратиться к жрецам. Впрочем, это не луч-ший выход – но альтернативы не было.

Вспомнив рассказ тюремщика о плане дворца, Заэль поднялся на один этаж выше главно-го входа. Путаясь в длинном лабиринте коридоров, он добрался до места, где собирались те из иманимов, что не рискнул променять богатство и удобство дворца на аскетизм ниж-них этажей Башен Имана.

Подойдя к первому попавшемуся жрецу, который сидел за столом и читал какую-то книгу, Заэль произнёс лишь одно имя, на которое он мог надеяться.

- Касима… – но жрец лишь отмахнулся – видимо чтение было слишком увлекательным, а её имя не слишком весомо среди…
- Подойди, - сказал жрец, сидящий чуть подальше, - Говоришь, ты от аль-Селифы?
- Да, – понимая, что это может быть ловушка, Заэль доверился язычнику. Тот, вздохнув, выслушал короткую историю и сделал то о чем его попросили.
- Все это не мое дело, - прошептал жрец, пока раны убийцы медленно затягивались, – Ес-ли кто-нибудь спросит, ты заставил меня угрозами, – произнёс он, улыбнувшись.

Поклонившись, убийца отправился дальше – на следующий этаж. Чем ближе он был к ис-комому помещению, тем больше вокруг становилось стражников и имперских солдат. Лишь чудом Клинку удалось избежать разоблачения и спокойно пройти через множество залов. Хотя пару подозревающих взглядов он, всё же, ощутил.

- По крайней мере, теперь я смогу хоть как-то защитить себя, - подумал Заэль, уско-рив шаг. Очевидно, что жрец мог схалтурить или сделать эффект лишь временным, но на лучшее рассчитывать не приходилось.

На следующем этаже Гедаалда ждали интересовавшие его покои шаха. Охрана была почти на каждом углу – скорее всего они не обратили внимания на монаха лишь потому, что среди имперцев были такие… или же и у язычников были свои отшельники. В конце концов, он добрался до той двери, что его интересовала. Правда, двое стражников возле неё не способствовали облегчению задания Клинка.

- Стоять! Тебе нельзя сюда! Никому нельзя сюда! – произнёс молодой вспыльчивый стражник.
- Да успокойся ты. Вряд ли этот старик что-то сделает тебе, - сказал своему напарнику второй стражник, который, как не странно, был несколько старше Заэля.
- У меня есть личное дело к шаху, - сухо прошептал убийца.
- Да? Ну и что?
- Меня послали жрецы…
- Ну и что? – повторил свой вопрос молодой человек, который явно вот-вот стал совер-шеннолетним.
- …по просьбе одного очень уважаемого…человека…
- Ну и что? Откуда нам знать, что ты не подосланный убийца? – судя по всему, тот моло-дой стражник был либо глуп, либо слишком хорошо знал своё дело.
- Мне нужно пройти. И это не просьба, - ответил Клинок, подойдя к двери и встав между стражниками. Когда он по ошибке положил правую руку на ручку двери тот второй стражник, увидев перчатку, тоже почувствовал, что что-то не так.
- Какого…

Но не успел он закончить, как молодой стражник положил руку на плечо Заэля. Это стало его главной ошибкой. После удара перчаткой в нос, встречи лица со стеной, полёта в ста-рого стражника и оглушения второго ударом ноги по лицу, тот молодой наглец явно сме-нил гнев на милость. И, всё же, всё было не так просто - теперь Гедаалд мог привлечь не-нужное внимание. Времени оставалось всё меньше.

- Надо действовать быстро и чисто, - прошептал Заэль, взяв кинжал в левую руку и при-слонившись плечом к двери.

Закончив, Заэль, выдохнув, открыл плечом дверь. Эффектнее было бы выбить её – однако это было не лучше время для излишнего шутовства. Если что, перчатка и кинжал помогут ему.
 
TillienДата: Воскресенье, 2011-11-06, 6:45:50 | Сообщение # 39
Костоправ
Группа: Проверенные
Сообщений: 3
Репутация: 1233
Статус: Offline
    Мортарион, Анкель, Малик. «Неугодные».
    [Селефаис; храмовый квартал]
    [10-ое июня 1001-ого года; утро]
    [Дальнейшее действие рассчитано вплоть до вечера этого же дня]


Малик ибн Рад заговорил перед самыми дверями укрепленного дома, который Вернувшийся превратил в убежище и лабораторию. Лучи утреннего солнца освещали высокую фигуру жреца в одежде песочного цвета и нелюдя, закутанного в темно-синий халат. Желтые глаза Мортариона внимательно смотрели на иманима из-под свисавшей ткани тюрбана.

- Пожелание от Ихримасу, - начал жрец, оценивая заинтересованность собеседника. Тот осторожно кивнул. – Мой хозяин желает увидеть некоторых людей мертвыми, но прежде неплохо было бы от них кое-что узнать.
- Почему он не сделает это сам?
- Потому что он… занят, - ответил Малик. – К тому же знания в наше-то время никому не помешают, верно?

Там, где они стояли начал ощущаться неприятный запах разложения, который невидимым спутником следовал за некромантом и заполнял любые места, где Мортарион оставался больше пары минут. Даже в торговом квартале. Даже среди лагеря язычников.

- Вместе со мной пойдет Анкель.
- И только она, - ухмыльнулся Малик. – Тогда в путь. Первым на очереди у нас храмовый квартал и очередная предательница. В этом городе слишком много предателей, не находишь?


    [1] Мортарион и Малик. «По дороге».



    Описания ее дома можно найти в посте Синера (который «Десница»), а понадобившиеся диалоги можно обговорить в мамбле или отписать. Анкель будет ждать вас в храмовом квартале. Как проникнуть в дом, как действовать и что делать потом – полностью на вас.


    Заэль.
    [Селефаис; дворец шаха]
    [9-ое июня 1001-ого года; поздний вечер]
    [Дальнейшее действие рассчитано вплоть до утра 10-ого июня]


Первым, что увидел Гедаалд ступив в личные покои шаха был летящий в него золотой поднос, который больно врезался в нос, а затем мягко упал на бурый ворсистый ковер. Лишь спустя мгновение Заэль понял, что настоящим цветом ковра был желтый, а бурыми были засохшие капельки крови, которые его покрывали. Сейчас ему было не до того.

Перепуганная служанка со страшным шрамом на лице с хрипом бросилась на него, зажав в руках второй поднос. Прежде чем Падший отправил девушку в нокаут, поднос съездил ему по лбу, который теперь покраснел, а и без того больная голова разболелась еще сильнее. Лишь после этого он увидел тело молодого мужчины, которое лежало в луже крови в дверном проеме, что вел к кровати шаха.

Этим мужчиной был Клинок. Тот самый, что разговаривал с тюремщиком. Видимо попытка выпытать у шаха информацию закончилась полным провалом. А аналогичная миссия Заэля была вот-вот близка к нему, что и подтвердил сиплый голос:

- Вырубил охранников, вырубил служанку… сколько сил потрачено зря, человечек. Мог бы действовать осторожнее. Как я.

Заэль отодвинул цветастый полог, перешагнул через труп и оказался один на один с тем, кто стоял возле кровати шаха – с низенькой лысой фигурой в рубиновой мантии. На обезображенном лице застыло недовольство, а маленькие синие глазки уставились на Заэля со злобой. Самого шаха скрывала ширма.

- Сначала этот сукин сын нелюдь, а теперь ты. – Человек нервно облизнул губы. – Решил поговорить с шахом, да? Разузнать все тайны?
- Ты кто такой, урод?
- Рубин, - хохотнул он. – А ты, осел? Кто тебя послал?


Сообщение отредактировал Tillien - Воскресенье, 2011-11-06, 7:08:20
 
Sin-rДата: Понедельник, 2011-11-07, 7:45:15 | Сообщение # 40
Пророк
Фракция: Хаос
Группа: Проверенные
Репутация: 1821
Статус: Offline
    Заэль.
    [Селефаис; дворец шаха]
    [9-ое июня 1001-ого года; поздний вечер]


- "Рубин"? А не слишком ли у тебя раздуто самомнение, дабы называть себя драгоценным камнем? - ответил Заэль соответствующим образом. Впрочем, нет смысла скрывать, что гвардейцу понравилась манера разговора таинственного незнакомца, - Особенно учитывая, что ты мало того что сам по себе уродливый ублюдок, так ещё и носишь мантию крайне убогого цвета, которая никак не скрашивает твоё очарование. А ещё говорят что я уродливый старик. Как же.

Выдержав небольшую паузу, Заэль добавил:

- Не принимай всё всерьёз. Я шучу. Наверное.

Незнакомец промолчал. Наверное, он был впечатлён ответом неизвестного. Кроме того, Заэль был не слишком удовлетворен тем, что он получил по лицу от какой-то чёртовой девки, да ещё и язычницы. В последнее время он довольно часто получал по лицу. Слишком часто. Слишком.

А времени оставалось всё меньше.

- В общем, мне плевать на то кто ты, и кто тебя послал. Этого же я ожидаю и от тебя. Я предлагаю тебе сделку: поможешь мне выведать всё, что знает шах – и я сделаю вид, что тебя вообще никогда не видел. Как и ты меня. Так у нас обоих будет необходимая информация, – Заэль подался чуть вперед, - Пойми - без взаимопомощи мы оба обречены. Впрочем, если ты не хочешь помогать, можешь просто постоять в сторонке и “встречать” всех тех, кто попытается помешать нам. Решай быстрее.

Было ли молчание мага согласием или отказом – неизвестно. В любом случае, пришло время узнать кое-какие секреты. Возможно даже с применением силы – если до этого дойдёт, конечно.

- Приступим, - прошептал Заэль, готовясь начать “допрос”.
 
TillienДата: Понедельник, 2011-11-07, 11:43:28 | Сообщение # 41
Костоправ
Группа: Проверенные
Сообщений: 3
Репутация: 1233
Статус: Offline
    Сандро, Назар и Ролланд.
    [Священное воинство; лагерь Саура]
    [10-ое июня 1001-ого года; утро]


Эрхард, посланник великого магистра, нашел Назара аль-Веррисия ранним утром в шатре одной из приближенных Седны, где он слушал двух апостолов, обсуждавших недавние переговоры с язычниками и их возможные последствия. Отдохнувшие Раст и Сандро, которым выпал редкий шанс отоспаться, и настроение которых было не самым отвратительным, встретили посланника и после недолгого спора согласились проследовать за ним на дальний край Священного воинства.

– Это лагерь лорда Саура. Эммет де Саур с дальнего юга, – пояснил Эрхард. Несмотря на то, что его целью было найти немертвого, и на это он потратил целую ночь, а также воспользовался помощью высокопоставленных знакомых, отказаться от общества Ваалтера и Келмаура он не смог. – Добрый лорд с радушием принял великого магистра Ролланда.

По лагерю скакала небольшая процессия, состоящая из немногочисленной свиты Эрхарда – все они были рыцарями ордена, отметил про себя инквизитор – и более многочисленной свиты апостолов. Мимо проносились светлые и темные пятна шатров и палаток, пестрые знамена, а рассветное солнце светило им в спину.

– С чего бы великому магистру куда-то уезжать? – спросил Раст.
– Это вынужденная необходимость, - отрезал Эрхард. – Он объяснит все сам, если захочет.
– И с каких пор вместо Сотни Столпов его окружают рыцари Белой Розы?
– С недавних.

Они затратили на дорогу неожиданно долгие и тягучие полчаса, которые были заполнены тишиной и мрачными размышлениями всадников. По прибытии в лагерь Скаура их сразу же отправили в шатер великого магистра. Свита обоих сторон осталась снаружи.


Сообщение отредактировал Tillien - Воскресенье, 2011-11-20, 2:03:04
 
AurikДата: Воскресенье, 2011-11-20, 0:15:49 | Сообщение # 42
Темный Принц
Группа: Проверенные
Репутация: 1932
Статус: Offline
    Ролланд и Назар. «Союз Воинов».
    [Окраина лагеря Священного воинства; шатер Эммета де Саура]
    [10-ое июня 1001-ого года, утро]


Великий Магистр Ролланд дэ Роэм стоял у шатра, в ожидании тех, кто был важен для его планов. И наконец, они появились – впереди всех шел тот самый живой мертвец, в двух шагах от него шагали целитель Воинства Раст Ваалтер и инквизитор Филипп Келмаур.

- Ваалтер и Сандро, у меня с вашим другом есть серьезный разговор, подождите немного возле шатра.

Скрипач и Филипп переглянулись, а Назар не задумываясь, вошел в шатер. Роланд стоял рядом со столом, и начал выжидающе смотреть на наёмника.

- Великий Магистр, - с неохотой сказал наемник, чуть-чуть склоняя голову. - Кажется, ты хотел меня видеть.
Легкая улыбка коснулась губ де Роэма. Варвар начинал ему нравиться своей грубостью.
- Хм... видеть? Нет. - де Роэм наслаждался видом удивленного наемника.

Назару с трудом хватило сдержать себя, что бы, не рвануть из шатра сразу.
- В таком случае, твой человек солгал мне. Чего тебе нужно?

- Солгал? Нет. - Ролланда искренне забавляла эта ситуация. Однако прежде чем гнев Назара успел дойти до предела, он добавил:
- Мне как магистру ордена любопытно узнать: зачем Патриарху А’рэлю голова живого мертвеца?
Наемник досадливо крякнул, и неохотно сказал:
- Все-таки прознали об этом... Ну, ты можешь потом найти своего Патриарха, и спросить его. Ты хочешь меня казнить, или отвести к нему?
Ролланд улыбнулся вновь. Затем жестом пригласил Назара сесть за стол. Не дожидаясь, его он уселся напротив него, и налил ему бокал вина.
- Моего Патриарха? Он такой же мой как и твой. Именно он и хочет найти тебя, и мне интерестно знать зачем? У тебя нет мыслей по этому поводу?
- М-м-м-м. Я не знаю. - Сказал Назар, вздыхая. - До недавних событий я был самым обычным наёмником из Верриса, и том, что я сейчас в Воинстве, знали только те двое, что стоят у шатра.
- Увы, Назар, но не то что двое, а достаточно большое количество людей знает о твоей деятельности в Истинной церкви. Тучи сгущаются над твоей головой.
Закончив таинственную фразу, Ролланд отпил из чаши.
- Вот как, да? - Хмыкнул Знаменосец Мертвых, удивляясь про себя как много он нем знают все окружающие. - И в чем твоя выгода из всего этого?
- Хм... видишь ли какое дело. У меня тут недавно появилась Гвардия, а ей совсем не хватает Капитана, - голос де Роэма сделался деланно капризным.
- И ты...хочешь что бы я возглавил ее? - Догадался Назар. - Извини, а с какой стати мне тебе доверять настолько? Не будет ли подвоха?
- Подвоха? Знаешь, я выхожу из дома, и мне может упасть на голову кирпич из недостроенной крыши. Не будет ли подвоха, если я выйду из дома? Или мне не выходить из дома, чтобы не боятся подвоха? - Ролланд нетерпеливо махнул головой.

Ролланд залпом осушил чашу с вином и поставил ее на стол, затем тыльной стороной ладони вытер губы. Его лицо резко приобрело серьезный вид и он произнес:
- Шутки в сторону. У меня есть для тебя, и возможно твоих товарищей долгосрочное предложение. Патриарх ищет тебя, а с некоторых пор я ему совсем не доверяю. Более того я считаю его своим врагом. Это воинство разваливается на части, а его глава связан по рукам и ногам.
Ролланд сделал паузу, а затем продолжил:
- Я предлагаю тебе свою гвардию, свой меч в решении твоих проблем и что не самое малое, свою возможную дружбу. Взамен прошу мне помочь сохранить это войско и уничтожить того кто хочет тебя убить. Что скажешь?
- Ну-у-у-у-у... - Уже крепко призадумался наемник, залпом выпивая чашу с вином. - Если ты выставляешь такие условия, то...я согласен. Но, у меня есть две просьбы. Первое: от меня не очень хорошо пахнет, ты заметил? Если ты как-то сможешь решить эту проблему, я с радостью помогу тебе. И второе - мне нужен маг. Любого ранга, на некоторое время. Нужен такой, которого сразу не хватятся. Убивать его не собираюсь, он нужен по...довольно личному вопросу. На пару часов, наверное.

Ролланд подозвал Эрхарда и шепнул ему несколько слов на ухо. Назар услышал слова "Алхимик" и "Лучшее зелье перебивающее запах"
Затем повернувшись к Назару, сказал:
- Доверие выстраивается на понимании. Зачем тебе маг?
- Он нужен моему...знакомому. - Осторожно сказал Назар. - Не беспокойся, ничего страшного с магом не случиться, он будет цел и здоров.
- Хм... хорошо, как Лорд-Командующий моей Гвардии ты можешь арестовать любого мага. Сегодня я подпишу Указ о высших полномочиях Гвардии Скорби, который в целом развяжет тебе руки. Но ты должен понимать, что мага ты захватываешь сам и аккуратно, таким образом, чтобы подозрения пали на кого угодно, только не на Гвардию и на тебя лично. Это понятно?
- Да, понятно. - Кивнул Назар.
- Отлично. Позовите Лилит.
В комнату вошла молодая девушка в черном доспехе. Немного ниже своего Магистра, но прекрасная ликом и телом. Каштановые волосы, выразительные аквамариновые глаза. На своего господина она смотрела с теплотой и любовью, но на наёмника она смотрела с подозрением.
- Познакомься Назар, это твой новый заместитель, она введет тебя в курс дел с гвардией. Капитан Гвардии Скорби Лилит.
- Ага, - ответил наёмник. - После того как я закончу разговор с Великим Магистром, у нас с тобой будет разговор, Лилит. Собственно, Магистр, я могу приступить к своим обязанностям?
- Да. Обсуди еще с Эрхардом твое новое положения, а также поговорить со своими товарищами положение дел и если они тоже захотят принять участие в нашем славном деле, я с радостью обсужу их принятие к себе на службу.
-А теперь если у тебя нет вопросов, то приступай к своим обязанностям Лорд-Командующий. - Ролланд ободряюще улыбнулся Назару.

- Лилит, за мной. – Сказал новый командир Гвардии Скорби.

Назар вышел из шатра, направился к Расту и Сандро, которые уже начинали скучать:

- И о чем же ты говорил с Великим Магистром, Назар? – Спросил инквизитор, осматриваясь вокруг себя.
- О многом. Если сказать кратко, то Судьба наконец развернулась к нам лицом, и возможно, объединение Воинства станет более реальной задачей. Идите, вас ожидает Магистр. А я пойду, у меня теперь на плечах еще больше дел и забот. Лилит, отведи меня к Эрхарду.

Сводные братья переглянулись и сделали шаг в сторону шатра.


Сообщение отредактировал Aurik - Суббота, 2011-11-26, 1:09:13
 
ИнтелДата: Четверг, 2011-11-24, 6:25:39 | Сообщение # 43
Ordo Rolepleus
Группа: Проверенные
Сообщений: 16
Репутация: 1703
Статус: Offline
    Малик, Мортарион.
    [Селефаис. Иноземный квартал]
    [10-ое июня 1001-ого года]


- И только она, - ухмыльнулся Малик. – Тогда в путь. Первым на очереди у нас храмовый квартал и очередная предательница. В этом городе слишком много предателей, не находишь?
- Главное чтобы они не отомкнули врата. Я сейчас.

Ихримсу с силой захлопнул за собой дверь. Он так и не смог отделаться от соглядатая своего бывшего соплеменника и теперь тот как тень следовал за ним повсюду, не отходя ни шагу прочь. Благо удалось удержать его от посещения лаборатории.
Мортарион ленивым взглядом окинул подземную лабораторию, задержавшись лишь на появившемся этой ночью исполине, прислоненном к стене. Долгий труд магов и кузнецов наконец подошёл к концу и осталась лишь завершающая деталь, могущая запустить механизм. Деталь, требующая большего, чем мог дать любой маг, любой покровитель, любой механик – души. Достойной и крепкой, способной выдержать сращивание. Жаль только владельцы таких душ против эксперимента.



    Анкель, Малик, Мортарион.
    [Селефаис. Дворцовый квартал]
    [10-ое июня 1001-ого года]


Анкель стояла рядом с воротами в Храмовый квартал. Она ждала их. Исмаила и Малика. Облокотившись спиной на стену рядом с воротами, она из под капюшона черного балахона наблюдала за улицами Иноземного квартала. Была тишина. Большинство воинов наверняка спало, снова изрядно выпив и подравшись вчера вечером. С другой стороны им нечем больше было заняться в ожидании битвы за город. Мимо периодически проходили патруль в два человека, которым не посчастливилось или из-за провинностей пришлось нести ночной дозор. Вот прошел дозор с новыми лицами.
«Новая смена», - мысленно подчеркнула Анкель. И как будто специально ожидая этого с одной из улиц появилась большая транспортная конструкция.
Караковый иноходец плыл по улицам, раздвигая с пути одним внешним видом немногочисленных жителей храмового квартала. Немёртвая свита Мортариона, не отставая от хозяина, несла несколько небольших ящиков из которых, время от времени сыпался песок.

- Эта Касима... - Малик загадочно улыбнулся - Она не похожа на обычного жреца.
- Тем что она женщина?
- Как продажная, возможно. - Иманим хохотнул. - По крайней мере большинство служителей Иманам думают именно так. Но я хорошо её знаю. Даже слишком.
- Хорошо знать женщину больше чем другие. Это позволяет избежать проблем - Мортарион покачал, укрытой головой. - И какова же она ?
- Великолепна наверное, я дружил с её мужем. Когда-то давно. - улыбнулся Малик.
- Мужская дружба это надёжнее чем продажность женщин. Наверное. Так почему её считают продажной? - ихримсу не собирался умерять любопытство.
- Всё дело в её роде. Вобщем-то история не особо интересная, её предки помогали чужеземцам, что в итоге вылилось, скажем так, в наёмничество. Насколько мне известно, Касима забросила активную деятельность после появления детей. Но, как считает наш добродушный хозяин, не полностью. - вздохнул Малик.
- А правильно ли он считает? Может несчастная вдова, обременённая детьми, зарабатывая на жизнь, помогает не чужеземцам? Почему она тогда может рисковать семьёй?
- У неё и спросим, в конце концов, я не прорицатель.
- Но ты её знаешь. Как близкий друг семьи. Мог бы предположить. Не думаю что ему нужно уничтожать простую жрицу. А если и нужно - то зачем? Чем может быть опасна она?
- Я знаю не больше тебя и ,уж поверь, совсем не хочу её убивать. В своё время наша дружба была более близкой, я ценю то время. Да и в конце концов, разве мы можем оставить детей без матери?
- А мать без детей ты будто можешь допустить?
- По крайней мере в этом варианте все останутся живы. А это уже неплохо. - Малик криво ухмыльнулся.
- Допустим. А чем именно она зарабатывала?
- Она покровитель плоти. – лишь на секунды Малик замялся, чуть не сбив выскочившего перед ним солдата из патруля.
- Она может сделать что угодно с плотью? – с нескрываемым интересом в голосе Мортарион продолжать вопросы.
- Как и я с костьми. – бросил Малик
- Я чую вы были хорошими друзьями при таких способностях изменять тело. Верно?
Малик ничего не ответил, лишь чуть ускорив шаг лошади.
Полу заброшенный особняк с засохшим белым деревом возник в среде ухоженных, богатых домов.
- Не торопитесь. Сперва проверим. – бывший фехт среди ихримсу Флавий Амулий Мортарион Валент Квирин достал из своего подсумка небольшой флакон со свежей порцией духов и обильно полился ими, скрывая запахи мёртвого тела, после чего замер сложив руки на груди, наблюдая за смутными очертаниями призраков, что мог увидеть случайный прохожий, устремившимися к дому.



Люблю Россию, она похожа на постапокалиптический мир. У всех планшеты, гарнитуры и прочие гаджеты, а вокруг говно и плохие дороги.
 
RorschachДата: Суббота, 2011-11-26, 2:12:46 | Сообщение # 44
Темный Апостол
Группа: Пользователи
Репутация: 2237
Статус: Offline
    Сандро, Раст и Роланд
    [Священное воинство; шатер великого магистра]

    [10-ое июня 1001-ого года; утро]


Раст со скучающим видом осмотрел обстановку шатра и вороные доспехи стражников, в то время как его брат внимательно наблюдал за магистром, словно пытаясь угадать его будущие намерения. Стоит отдать должное Роэму - он не только не смутился, но и вообще проигнорировал взгляд инквизитора, на что способен не каждый.

- Скажу вам то же самое, что и Назару. Необходимо прекратить тиранию Патриарха. Если всё продолжится так, как есть сейчас, то воинство просто-напросто расколется и потеряет боеспособность.

Братья оживились: взгляд Сандро враз стал острее. Скрипачу вроде бы было всё так же скучно, но в воздухе ощутимо запахло озоном. Оно и понятно - враг, или, по крайней мере, марионетка врага, знает о том, о чём ему знать не стоит. А именно - Магистр явно прекрасно понял роль апостолов в этой игре. Интересно, знает ли он о "переговорах"?..

Инквизитор не мог не отметить, что Роэм изменился, и изменился далеко не так, как он предполагал. Он рассчитывал увидеть человека, раздавленного грузом вины за многочисленные смерти невинных, растерянного от множества обязательств, запутавшегося в паутине тайн и мерзких союзов, где далеко правда стала одним целым с ложью.

Магистр вел себя так, как будто и не было дороги мертвых от Хазры до Селефаиса, усеянной черепами сотен казненных людей. Что ж, попытки примериться с этим помогут ему удержаться на нынешнем месте. Он научиться жить со своими демонами, или же сойдет с ума.

Размышления Сандро прервал голос Магистра:
- Чтобы доказать свои намерения, я сразу же дам вам все карты в руки. Этот указ - Магистр взял со стола и продемонстрировал бумагу с массивной красной печатью - закрепляет за отцом Сандро все полномочия наставника инквизиции.

Забрав протянутый документ, апостол даже не взглянул на него, прекрасно зная, что там написано. Новая должность, присвоение особых полномочий, вернее, снятие всех ограничений и, конечно же, размашистая подпись Роланда, выведенная дорогими чернилами.

Отложив бумагу в сторону, Сандро произнес:
- Тебе известно, что властью принимать такие решения обладает лишь Патриарх?
- Здесь, в священном воинстве, руководит Магистр, то есть я. – Спокойно отозвался Роланд. - Патриарх имеет право только советовать Магистру. А тот ещё подумает, следовать этим советам или нет. Возможно, настоящего веса этот указ не имеет, я не законник. Но вокруг нас только воины, и никто не будет разбираться в легитимности.

- Но после войны начнутся разбирательства, и до правды докопаются. - Отметил Раст, намереваясь чуть лучше прощупать почву.
- После войны будет после войны.

Этими словами Магистр почти выразил буквально витавшее в воздухе ощущение - уже никакого "после" не будет. А если и будет, то совсем не такое, как кто-нибудь может себе представить.

- Раст Ваалтер. Так вышло, что я осведомлён о некоторых деталях твоей биографии, и потому передаю тебе информацию о всех явках и паролях наших шпионов и разведчиков. Здесь - Роланд взвесил в руке тяжеленную папку - находится всё необходимое. В том числе, материалы, компрометирующие множество именитых участников нашего похода. К сожалению, Патриарха и Амри де Кара среди них нет.

- Ближайшие к нашей верхушке исполнители уже осведомлены о твоём назначении. - Продолжил Роланд после паузы. - На этом всё.
- Ты хочешь прекратить тиранию Патриарха. Конкретный план у тебя есть? - Спросил Раст.
Роланд покачал головой.
- Пока нет. Потому я сам и не справлюсь.

- Я рад, что ты счел благоразумным встать на нашу строну, Роланд. – Произнес Сандро, сворачивая документ и убирая его во внутренний карман плаща. Закончив, он поднял взгляд на магистра и добавил:
- Осталось лишь одна деталь. Твое членство в рядах Истинной Церкви, Роэм. Когда придет время идти на стены Селефаиса, все мы, от мала до велика, должны быть связанные неразрывной цепью – и ею станет вера, настоящая. Истинная. А не ложь морально разложившихся жрецов, искажающих и попирающих слова Пророка. – Инквизитор говорил вкрадчиво, позволяя словам самим литься из его уст. Его выдавал лишь холодный блеск мраморно-серых глаз, где проницательный ум мог увидеть хорошо скрытое коварство.

- Хм... вступление в Церковь. Вы говорите так, как будто меня должно это истинно заботить. - де Роэм улыбнулся, наслаждаясь уколом в гордость Инквизитора, как отместку за нарушение субординации. - Но я уступлю вашим притязаниям и вступлю в эту вашу Истинную Церковь. Однако у меня будет одно условие...

Сандро подался чуть вперед:
- Тебе следует проявлять больше почтения, магистр Роэм. Или ты считаешь, что вступая в ряды праведных, делаешь одолжение нам и Пророку?

Ролланд расхохотался, что стало удивлением для всех окружающих, ибо ранее спокойный магистр редко проявлял так бурно свои эмоции.
- Тебе тоже инквизитор Сандро. Но раз мы закончились мериться полномочиями, сочтешь нужным спросить что за условие моего вступления в вашу церковь?

Инквизитор едва заметно выгнул бровь.
- Условия? - Нет никаких условий, Роэм. В знак наших добрых намерений тебе сделали щедрое предложение - возможность оказаться среди приближенных Пророка. И ты рассмеялся нам в лицо. Похоже, что нынешних рыцарей не слишком-то учат дипломатии, как и состраданию. – Сказав последнее, Сандро усмехнулся.

Де Роэм зевнул.
- Вы нуждаетесь во мне, так же как и я в вас. И не вам напоминать мне о сострадании Инквизитор. - Ролланд сделал упор на сане Сандро. - А что говорить на счет дипломатии, я смотрю, вы не обладаете необходимыми навыками, раз считаете, что можно выдвигать свои условия, не выслушивая условия собеседника.

- Мы не ставим условия, Роэм. Мы сделали тебе предложение, как нам казалось, дружеское. Но сдается мне, ты привык слушать лишь себя.

- Странно, я считал, что это я сделал вам предложение. И, несмотря на то, что моим условием являлось всего лишь официальная церемония вхождения в Истинную Церковь, для увеличения сплоченности меня с моими воинами. Ты отвергаешь меня? - де Роэм деланно вздохнул. - Как я вижу ограниченность твоего ума, не позволяет тебе инквизитор видеть дальше собственного носа.

Ролланд нарочито положил руку на рукоять меча.
Гвардия Скорби сделала тоже самое.

Улыбка не сошла с лица инквизитора. Он всегда находил показушную игру мускулами весьма забавной.

Расту всё это основательно надоело, особенно этот выпендрёж рыцарей. Неужели они действительно думают, что смогут причинить вред истинному магу? Да самим Творцом ему дана сила спасать и убивать! Их не спасёт даже Кассум - в конце-концов, он у них один, а Роэма братья забьют клинками.
Усилием воли Ваалтер подавил гнев - на лице ничего не отразилось.
"Такие вещи так не решаются. От этого будут только проблемы."

Сандро хотел добавить что-то еще, когда в разговор вступил Раст.
- Спокойно. Давайте не будем горячиться. Сир Ролланд дэ Роэм, если ваше предложение действительно так важно, то вы согласитесь... принять новую веру. Посмотрите на происходящее с нашей стороны. Нам, подпольщикам, предлагают власть, но при этом отказываются принять нашу правду. Думаю, вы сами прекрасно понимаете, как подозрительно это выглядит. Так что давайте отбросим это ребячество, - Раст явно имел в виду невербальные угрозы рыцарей - и будем вести разговор конструктивно.

Ролланд улыбнулся и сделал знак успокоиться Гвардейцам.
Я вижу хоть у кого то в Истинной Церкви есть голос разума. Но мое условие остается в силе. Вы принимаете его?
- Правильно ли я понял ваше условие - вы хотите, чтобы ваша... инициация была произведена соответственно требованиям, со всеми необходимыми ритуалами посвящения?

-Да. – Ответил магистр. И чтобы как можно больше воинов узнала о моих намерениях и прочем, уже после инициации.

- Не переживай, Роэм, это будет известно. - Инквизитор встал из-за стола. - Надеюсь, все твои решения согласованы с Патриархом?

Дэ Роэм во истину засомневался в умственных способностях инквизитора.
- Эм, я похож на самоубийцу? Естественно нет.

Сандро усмехнулся.
- Попробуй на досуге узнать что такое сарказм, магистр.

-Я надеюсь, мы пришли к согласию. Когда будет проведен ритуал, у вас есть для этого какой-то храм или еще что-то?
- Согласно нашим догмам, никто не должен знать подробностей до самого ритуала. Через несколько часов к вам прибудет наш посланник, который сообщит время и место.

Ролланд кивнул.
- Значит, буду ждать вашего посланника. Все остальные вопросы обсудим уже после инициации, а теперь я вынужден вернуться к собственным делам. Не смею вас задерживать.

Дождавшись пока его гости ушли, Ролланд подозвал Эрхарда и передал ему письма с поручениями по его новым перестановкам, Лорд-Командующему и Алебастровому консульту.

Затем решив, что до прибытия посланника Истинной церкви еще несколько часов, он решил проехаться с новым Лорд-Командующим за пределы воинства.

Быстро собравшись, де Роэм вышел из шатра отправившись на поиски Назара.


Сообщение отредактировал Rorschach - Воскресенье, 2012-01-08, 4:03:25
 
TillienДата: Суббота, 2011-12-31, 6:10:49 | Сообщение # 45
Костоправ
Группа: Проверенные
Сообщений: 3
Репутация: 1233
Статус: Offline
    Мортарион, Малик, Анкель и Касима.
    [Селефаис; храмовый квартал]
    [10-ое июня 1001-ого года; утро]


– Они выходят. Торопятся. – Сказал нелюдь, когда потусторонний холод вместе с призраками растворился в городской духоте. – Вперед!

Всадники пришпорили лошадей и, опередив свиту, приблизились к одному из особняков, составлявших главную улицу храмового квартала. Трехэтажный дом из темного камня выглядел пустынным и задумчивым, а росшее рядом белое дерево – засохшее и от того казавшееся мраморным изваянием – одиноким.

Двери особняка распахнулись и на солнечный свет суетливо вышли люди – слуги, отметил Мортарион глядя на их потрепанную одежду – тащившие пузатые тюки. Вслед за ними появилась черноволосая женщина в облегающем зеленом платье, красоту которой мысленно отметил даже ихримсу. Она вела двоих детей, но увидев всадников - мгновенно оттеснила сына и дочь за спину. Малик почувствовал, как жрица напряглась, готовясь выплеснуть в реальность нечто неприятное и смертоносное. Иманим поспешил разрядить атмосферу.

– Касима! Отрада глаз моих! Красотой ты затмеваешь прославленный сераль достопочтимого падишаха, о моя полногрудая гурия! – На лице ибн Рада застыла победоносная ухмылка.
– Малик? – брови женщины поползли вверх. Нефритового цвета глаза, под которые и было подобрано платье, зло сверкнули. – Что ты здесь делаешь? И кто это с тобой?
– Меня зовут Флавий Амулий Мортарион Валент Квирин и я фехт среди ихримсу, женщина, – представился нелюдь. – Нас послал Ихримасу.

За спиной Флавия раздалось вычурное имперское ругательство из уст Анкель, а затем некромант ощутил приближение своей немертвой свиты. Спустя пару мгновений их близость ощутили и другие:

– Чем это пахнет, мама? – спросила девочка из-за спины Касимы.

Пытливый взгляд Мортариона подметил очевидную схожесть Эсме – так ее звали – с Маликом ибн Радом. Глаза девочки были серыми, а волосы темно-коричневыми, да и магический дар теплился в глубине тщедушного тельца. С другой стороны, эти восточные псы были похожи друг на друга как два финика, и различать их удавалось с трудом.

– Трупами, дочурка, - мрачно сказала женщина, но затем неожиданно усмехнулась: – Эх, если бы длина имени была сродни длине мужского достоинства половины бед можно было бы избежать. Ну, так чего вы хотите? Как видите, я собираюсь уезжать, а у меня еще куча неотложных дел!
– Ихримасу… - начал Флавий, но его сразу перебили.
– Наш хозяин хочет узнать, кто приходил к тебе в последнее время, Касима, - протараторил иманим. – Это очень важно.
– От этого зависит судьба Селефаиса?
– Что-то вроде, - кивнул Малик.
– В общем, ты видела кого-нибудь или нет?! – ввязалась в разговор раздраженная Анкель, которая обильно потела под темным балахоном и обычной гвардейской экипировкой.

Вокруг них медленно и неумолимо собиралась разномастная толпа. Где-то за углом улицы возница остановил повозку, решив не показываться на глаза незнакомцам и заодно не давить десятки людей. Толпа же сужалась вокруг посланцев и их необычной свиты, и даже Мортарион с легкостью чувствовал, что среди них есть жрецы. И не из слабых.

– Никогда не делала из этого тайны, - пожала плечами Касима аль-Селифа. – Вчера ко мне приходил Заэль Гедаалд, которого послал… один наш общий знакомый. Довольно неплохой малый этот Гедаалд. Сноровистый.

Малик нахмурился. Анкель же приоткрыла рот от удивления. Последние годы наставники Клинков частенько поносили предателя Гедаалда, как они его называли, а кровавая репутация опережала ренегата на тысячи километров. Смерть же предателя от рук Анкель могла дать женщине мощный карьерный толчок: наставник, ментор, Первый Клинок… Если она, конечно, переживет штурм.

– Только он? - уточнил фехт.
– Еще был м-м-м… - аль-Селифа замялась, окинув взглядом толпу. – Думаю, нам будет лучше зайти в дом. Давай, Эсми, в домик, в домик! А вы, - обращаясь уже к слугам, крикнула Касима, - найдите этого возницу и вбейте в его тупую башку мысль, что опаздывать – вредно для здоровья! Давайте!

Они вшестером расположились в обширной прихожей из которой вели десятки проемов, закрытых от любопытных глаз пестрыми занавесями. В воздух стоял терпкий аромат чая. Мортарион же почувствовал едва различимый запах разложения, идущий откуда-то из подпола. Наконец, Касима аль-Селифа заговорила.

– Он назвался Гаем Октавианом Марцеллом. То еще имечко, да. От него за километров воняло гнилью и вокруг постоянно вились мухи, а лицо… ну, даже покровителю плоти редко удается найти что-то более отвратительное. Тем не менее, сделка прошла хорошо. Хотя я и не знаю, как он на меня вышел.
– Сделка? – переспросил Хеммерлинг. Для него тоже настало время удивляться.
– Я продала ему редкий яд. Побочный продукт той магии, что вот-вот начнет рушить мой город, выглядит как рассыпчатый полупрозрачный наркотик, нечто вроде гашиша. Эффективная и довольно эффектная штука.
– Откуда он у тебя?
– Подарил один знакомый, - отрезала Касима. – Ну так что, все? Дети уже устали от этой болтовни.
– Где теперь этот Гай? – спросил ибн Рад. – И куда ты собираешься уезжать?
– К знакомому. Детям будет безопаснее. – Касима мельком посмотрела на чад, которые понуро стояли рядом. – А нелюдь в единственном месте, где подобный колдун будет хорошо себя чувствовать - внизу. Тоннели под кварталом прокаженных. Их там немного, так что если приложите усилия, то найдете его быстро. Это все?

Малик и Мортарион переглянулись. Им предстояло сделать выбор.

    Сиорос. «Откровение»
    [Священное воинство; сторона ортодоксов]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Ворона сидела на вершине воткнутого в землю походного знамени. Черная точка на фоне заволоченного облаками неба. Под цепким взглядом птицы простиралось кипящее людское море: лагерь воинства тянулся во все стороны и в нем ключом била жизнь. Строились осадные башни, маршировали сотни солдат, дымили костры, а воздух пропитался вонью походной жизни. Но ворону это не заботило.

Она размышляла.

Планировала.

Это было не в духе Сиороса. Еще в прошлой жизни нелюдь отличался импульсивностью, но после перерождения видовая черта достигла предела и теперь – в самые тяжелые моменты – подобная непредсказуемость раздражала его самого. Что он сделает в следующий момент? Кого убьет? Вотчиной Сиороса была боль, а не хаос.

– Патриарх собирает людей! - раздался грубый окрик снизу, обращенный к одному из ортодоксов, царивших в этой части лагеря.
– Иду!

Между солдатами завязался разговор, на который великий покровитель не обратил внимания. Все его мысли роились вокруг череды вопросов и стойкого желания отомстить, которое было сравнимо разве что с похотью. Со встречи с инквизитором прошел день. Шетаар ничего не знал и твердил лишь одно: «Шепчущий», приводя Сиороса в бешенство. Теперь бледная кожа колдуна дополняла одежду нелюдя.

Птица взмахнула иссиня-черными крыльями и плавно опустилась на утоптанную землю, подняв в воздухе необычно много пыли. Вокруг топали люди, покидая шатры и палатки и направляясь в негласный центр Священного воинства, в ставку патриарха. Ворона прошмыгнула мимо ног торопившегося солдата, еще одного и оказалась в тесной палатке. Внутри пахло дешевым элем и воинской сбруей.

– Эй, гляди! – хохотнул сидевший за столиком пьянчуга.
– Мой эль?! Нет!? – рявкнул другой, не обернувшись. – Тогда пусть валит отсюда на хер!
– Смотри же!

Крохотная птица, едва видимая в здешней полутьме, подернулась рябью и превратилась в густую черную дымку, разросшуюся до размеров высокого человека. Теперь обретшее плотность и фактуру существо пристально смотрело на людей двумя фиолетовыми немигающими глазами. Сквозь подступающую тошноту тот из мужчин, что смотрел на вход в палатку, почувствовал странный запах. Запах тлена и застарелой смерти.

– Да кто там, Эс?!
– Почему вы не ушли со всеми? - тихо спросил Сиорос, разглядывая скромную обстановку.
– Кранд! – выкрикнул тот, кого назвали Эсом.

Из-за стола встал второй обитатель палатки. Кранд был из тех ветеранов, что своими огромными двуручными мечами пробивали строй легкой пехоты и сеяли в ней хаос, а после за кружкой пива показывали друзьям свои новые шрамы. Когда Кранд разглядел гостя, губы вояки исказила презрительная усмешка, обнажившая прорехи в зубах. Рука мужчины потянулась к поясу, где на бедре висел кинжал. Такие использовались в пьяных поножовщинах как последний аргумент и были страшным оружием в умелых руках.

– Ты вообще кто такой?! – бросил Кранд. – Эй! Я с тобой говорю!
– Кранд! – только сейчас Эс разглядел нечто на плечах существа и подавился криком. Тонкая морщинистая ткань тремя полосами – одной широкой и двумя небольшими – ниспадала со спины до ступней. Человеческая кожа.

Ещё будучи собой, Сиорос от скуки сделал занимательное наблюдение: некоторым думалось лучше, если они ходят, словно мысли старались поспеть за ногами, а другим порядок в голове наводила добрая порция алкоголя. Его же мысли торопились вслед за взмахами скальпеля. Вот только теперь вместо скальпеля были когти. Рот Кранда распахнулся от удивления, когда кинжал без усилия и последствий вошел в горло незнакомца. Мелькнули когти. Губы солдата зашевелились, однако если Сиорос что и слышал, то только податливое чавканье плоти. Ну конечно же, человек умолял. Ну конечно же, скулил. Конечно же, визжал. Что еще ему оставалось? Сиорос знал людей и ему не было до них никакого дела.

Он ждал откровения.

И оно пришло.

Внезапно, как грохот искромсанного тела, опрокинувшего столик. Руки мертвеца были неестественно вывернуты, живот распорот, а в тусклом солнечном свете, пробивавшемся сквозь плотную ткань палатки, поблескивали внутренности. Где-то рядом заплакал Эс.

– Шлюха! - понял Сиорос, выдергивая из горла кинжал и отбрасывая в сторону. – Ну конечно же, шлю-ю-ха!

Оставшийся в живых застыл от ужаса. Слезы застилали его глаза. Будучи простолюдином он никогда не видел ни подобной жестокости, ни магии, тем более в столь отвратительном проявлении. Его стошнило. И этим обратил на себя внимание.

– Че-е-ловек, - протянул Сиорос и на его темном морщинистом лице, напоминавшем древнюю маску, расцвела улыбка. – Когда-то я пытал вам подобных годами, но сейчас… сейчас у меня нет времени! И я готов сделать одолжение. Редкий шанс! Через минуту я воткну коготь тебе в глаз, и смерть твоя будет быстрой. Или я растяну ее на час. Ты ведь выберешь первое?

Эс кивнул, мысленно молясь всем кому ни попадя: Аруме, Иману, Творцу и даже матери, которая была за тысячу километров отсюда.

– Тогда расскажи мне…
– Эй! Какого хера?! Что здесь случилось?! - полог палатки откинулся и все залил солнечный свет, отчасти перекрываемый чьей-то фигурой.
– … что ты знаешь о Седне?

    Ноэми. «Кто я?»
    [По дороге в лагерь воинства]


Их было трое.

Они скакали уже вторую неделю, останавливаясь лишь на то, чтобы пополнить запасы в разоренных деревнях и переждать холодные угольно-черные ночи. На этот раз эмиссар разбил лагерь неподалеку от сожженного поселения, в тени полуобвалившейся каменной стены и окружении растрескавшихся булыжников. В двадцати шагах вглубь стояли уцелевшие бревенчатые дома, но селиться в них они не рискнули.

Закат еще не наступил, а маг развел костер, свалив в кучу десяток камней и сотворив несколько базисов преобразования. Оранжево-красное пламя горело неровно, отбрасывая причудливые тени, превращавшие сидевших за костром в мрачные подобия самих себя. Соратник Ноэми ускакал на разведку, оставив их наедине.

«Кто я?»

– Такое здесь часто? – нарушил тишину Азгейм.
– Что?
– Снег. Сейчас только июнь.

Голос колдуна вывел Ноэми из задумчивости. Со смурного неба падали редкие снежинки, мокрыми пятнами оседавшие на развалинах домов и пожухлой траве, на всем увядающем мире и на них самих. Одна снежинка упала девушке на кончик носа и тут же растаяла, заставив ее вздрогнуть и смахнуть помеху. Гончей показалось, что на лице Азгейма промелькнула улыбка.

– Не знаю, - сказала Ноэми, заставив Галабарта обернуться и отвлечься от созерцания застывшей природы. – Когда мы только приплыли, эмиссар говорила, что в последние недели знамения будут появляться все чаще и сильнее. Столько времени прошло… может, началось?
– Последние недели? Знамения? – переспросил маг и кинул в костер камушек, который тут же вспыхнул и обратился в пепел.
– Ты был в Веррисе, - сказала она.
– Комета, – догадался Азгейм, и с его лица исчезло даже подобие улыбки.

Багряная полоса перечеркнула небосвод над вольным городом, повергнув в изумление язычников и верных. Изумление переросло в панику, когда предатели открыли ворота авангарду Священного воинства, и началась бойня. Галабарту до сих пор слышались отголоски того грохота, когда минарет обрушился на дома и погреб под обломками сотни. Два месяца назад.

– Первое из знамений, – кивнула Ноэми. – Эмиссар рассказывала, что они предвещают последние недели мира. Она послала меня в Веррис следить за имперским астрологом, который вел наблюдения. Астролога – Антре де Карта – кто-то перехватил, и я потеряла его в толпе. Потом было сражение, потерявшаяся в переулках горящего города магичка, а остальное ты знаешь. – Зародившиеся чувства сползли с ее красивого лица как смытая тушь, оставляя за собой бесстрастную маску.
– Что с другими? Со знамениями?
– Эмиссар ничего не говорила. Может быть, хозяин расскажет. – Пожала плечами Ноэми, прежде чем оставить Азгейма и идти спать.
– Хозяин… - протянул за ее спиной колдун. В наступающей темноте его глаза сверкнули аметистовым.

Ноэми клубком свернулась на импровизированном ложе, спасаясь от холода под толстой накидкой и надеясь погрузиться в забытье. В голове мелькали образы: кроваво-красные, светло-серые, черные, они сливались в безумный калейдоскоп видений безо всякой логики и последовательности, как это часто бывает во снах. А еще был вопрос.

«Кто я?»

Он выплыл из тьмы прошлого, как корабль выплывает из тумана навстречу не чаявшим вновь его увидеть берегам. Но ликование сменяется сомнениями. Забытые тревоги встают на первый план, а вопросы множатся, цепляясь друг за друга. Кто помог ему вернуться? Чем он грозит? Что предвещает? И не остается ли ничего иного, кроме как… искать ответы в прошлом?

Дымящиеся руины и алая полоса, разрезающая бледные небеса как чье-то горло; восторг и страх и холодные пальцы, вцепившиеся в глотку. Резкий отвратительный хруст и теплое чувство, как чья-то жизнь утекает сквозь пальцы, выходит с последним сиплым вздохом. Ноэми. Кроваво-красный. Как руки тех, кто жег город.

Духота и крики за спиной. Жирный дым заволакивает проходы, поднимается к искусственному солнцу и на миг исчезает даже оно. Снова хруст, но сначала мольбы. Знакомое тепло крупными каплями течет по лицу, по шее стекает вниз, в ложбинку между грудей, наполняя доселе неизвестными чувствами. Сайк Сар. Светло-серый. Как осеннее небо, которое он любил.

«Я – это они?»

Злобные слова, срывающиеся с растресканных губ. По телу разливается боль, а из вспоротого живота вытекает еще пугающе-незнакомая влага. Пронзительно-голубое небо уходит куда-то вверх, а вместо него нависает лицо: отвратительное, воняющее, покрытое струпьями, с горящими глазами-аметистами. Губы на лице шевелятся, но она не понимает. Она. Лаэль. Черная. Как выжженный колдовскими словами континент.

«Или я – Лаэль?»

Ночью к их костру пришли трое. Уцелевшие северяне, притаившиеся в развалинах с целью поживиться добром немногочисленных беженцев. Грабители. Ноэми убила всех троих. Когда Азгейм проснулся вокруг потухшего костра лежали бездыханные тела: одному разбили голову камнем, двое других были растерзаны. Гончая стояла рядом, слизывая кровь с губ. Ее одежда была влажной.

– Я уже и забыл на что ты способна, - хмыкнул колдун, когда магический свет озарил убитых.
– Я человек. Лаэль, - сказала девушка в ответ. Азгейм не обратил внимания.
– Обыщи дома, не хочу никого оставлять за спиной.

Гончая кивнули. Обход начался с первыми лучами рассвета.

    Азгейм и Ноэми. «Священное воинство»
    [Священное воинство; сторона ортодоксов]
    [10-ое июня 1001-ого года; утро]


В запустелом трактире Ноэми обрела прошлое. В одной из комнат – когда-то принадлежавшей дочке трактирщика – под толстым слоем пыли лежал шарф. Когда девушка подняла его, казалось что он вот-вот рассыплется на выцветшие серо-фиолетовые завитки, но время пощадило вещь; вместо этого на пол посыпались сухие частички кожи.

– Ты в порядке?

На Галабарта посмотрело незнакомое девичье лицо. Оно должно было принадлежать невинному ребенку и на взрослой статной женщине смотрелось… неправильно, словно кто-то надел чужую маску. Незнакомка окинула колдуна взглядом больших голубых глаз, а потом накинула шарф на шею. Блеклые цвета тут же слились с грязной одеждой, будто утонули в болоте.

– В порядке, Азгейм.
– Вот и прекрасно. Только что приехал твой друг. – Между пальцами правой руки маг нервно крутил два металлических шарика – одна из привычек, которая помогала ему сосредотачиваться. Ноэми многое знала о колдуне. – Лагерь воинства рядом. И не только он. Там есть на что посмотреть.

Они вышли к дороге через пару часов. Три всадника, проделавшие тяжелый путь от убежища в горах до лагеря воинства. День выдался мрачный, ветер был северным и пробирал до костей, а солнце не выглядывало из-за туч. И на их фоне нестройной очередью до горизонта простирались пики с насаженными на них головами.

Дорога Мертвых.

Ноэми затаила дыхание. Подобное воплощение холодной жестокости вызывало благоговейный трепет даже у нее. Она слышала рассказы первого эмиссара, но слышать и видеть – разные вещи. Залитые смолой лица смотрели в небеса и гончей казалось, что она слышит их молчаливые молитвы, причитания и проклятия. Такие места обладали тем, что обычные люди называли атмосферой, а подобные Азгейму – магией. Дорога Мертвых имела свою атмосферу. Свою магию. Темную, но притягательную.

Ноэми улыбнулась. Она бы не удивилась, улыбнись головы ей в ответ.

– Эмиссар рассказывала, что среди этих голов есть и голова знаменитой Джоанны Ло. И чуть менее знаменитой Катерины Грей. Слышал про них, Азгейм? – Ноэми сделала ударение на его имя.
– Не приходилось.
– Кое для кого они стали мученицами, - пояснила девушка. – Из-за их смерти все началось, из-за них мы здесь. Не убей их хозяин руками этого нового великого магистра, ему не пришлось бы призывать нас. Жаль, что ничего… не исправить.
– Для меня это возможности. То, чего я был лишен в бегах от консульта, Ноэми.

Конный разъезд наткнулся на них спустя час и уже через два их лошади мерно вышагивали среди палаток, шатров и костров. Азгейм Галабарт показал сопровождающим грамоту, подписанную лично патриархом, и на входе в покои последнего их вела уже гвардия А’Рэля – Сотня Столпов. К тому времени вторая гончая приняла вид мужчины, тогда как Ноэми вернулась к старому облику.

Ауранг встретил их сидя за резным столом из темного дерева. Образ скромного мужчины в расцвете сил давался ему с легкостью, но под обезоруживающей личиной святого отца скрывалось нечто темное. Мудрые голубые глаза заметно контрастировали с нарочито воинственной внешностью, придавая нелюдю ореол загадочности. Погладив лысину, словно выискивая изъяны в маскировке, Ауранг заговорил уверенным спокойным голосом:

– Прошу, Азгейм, садись! Не стоит вести себя так будто я король или того хуже! – на его лице расцвела доброжелательная улыбка. – Ты тоже, дитя. – Галабарт и Ноэми последовали совету, и теперь они втроем сидели за круглым столиком как старые друзья. – У нас так мало времени, а я даже не знаю с чего начать! Моя дорогая Сифелла и дети посвятили тебя в дела воинства, Азгейм?
– По большей части, посвятили, - кивнул Галабарт, который иначе представлял Ауранга и теперь чувствовал себя неуютно.
– Тогда опустим вступление. Назревает буря, Азгейм. Буря, которую мы могли бы избежать. Я интересовался твоим прошлым до побега из консульта, Изувер Сияющих Залов или как тебя прозвали в Алебастре?
– Именно так.
– Я даже понимаю из-за чего ты сбежал, Азгейм Галабарт. Двенадцать с лишним лет отдать месту, которое тебя вырастило и не получить ничего особенного. Ты подумал, что расплатился по счетам? Как и я в своем время. Но ты еще остался верен Алебастровому консульту в таком виде, каким он был когда-то, ведь так?

Колдун промолчал. Однако даже Ноэми понимала, что хозяин прав или крайне близок к правде.

– Я мог бы дать тебе возможность возродить достойные стороны этой организации, когда все закончится. Я ведь не стремлюсь к тотальному геноциду, нет, мир будет существовать и после нас, пусть и в другом виде.
– Почему вы просто не прикажете? – спросил маг.
– Потому что мне нужны союзники, а не марионетки. Буду с тобой честным, эмиссар. Пару месяцев назад все воинство было в моих руках, но потом появилась Истинная Церковь да и новый великий магистр оказался неспособен понять мой замысел. Ты ведь видел Дорогу Мертвых? Все эти жертвы изменили его, а теперь… даже марионетка настроена против меня. Хотя, конечно, он надеялся скрыть это.
– Истинная Церковь настолько сильна?
– Ее образование – чистая случайность. Череда решений, которые привел к появлению Церкви были спонтанны. Тысячу лет назад мне стоило лишь пошевелить пальцем и ублюдков Аосорна сбросили бы со скалы. Пять лет мне нужно было отдать приказ агентам в ордене и никакого великого магистра Ролланда и великомученицы Катерины не стало бы. Две месяц назад моему слуге стоило бы убить Роэма. И ничего бы не было. Разве организация, построенная на случайности, может быть сильной? Нет, конечно нет. Даже теперь достаточно убрать лишь одну фигуру, чтобы ее развалить. Не подумай, что я сожалею, что не сделал этого раньше. Нет. В моем возрасте разучиваешься сожалеть.

Внешность нелюдя начала меняться, приобретая нечеловеческие черты: цвет глаз и кожи, форма лица, тембр голоса… человек внутри эмиссара содрогался от противоестественного отвращения к нелюдю, но сам Азгейм был хладнокровен. Он обратился в слух.

– Я хочу, чтобы ты мне помог. Стал моим союзником. Совсем скоро за голову отлученного великого магистра будет назначена награда, а затем очередь дойдет и до Истинной Церкви. Но это второстепенно. Скажи, ты знаешь, кто находится за стенами Селефаиса?
– Армия падишаха?
– Там находится великий покровитель. И с ним жрецы, демоны даже некроманты. Вот главная проблема воинства и меня.
– И чем я здесь могу помочь?
– Я хочу попросить тебя найти оружие. Ты ведь не считаешь меня очередным или самым главным Злом, Азгейм? – Ауранг улыбнулся, но понять была ли эта улыбка жестокой или снисходительной Галабарт не смог. – Вижу, что не считаешь. Среди нас ходит гораздо большее зло. В конце концов, разве клин вышибают не клином?

Спустя пятнадцать долгих минут разговор последнего из намали и его второго эмиссара подходил к концу. Ноэми уже вышла из шатра, когда Ауранг неожиданно спросил:

– Ты встречал Пожирателя Звезд, не так ли?
– Случайно.
– Я чувствую, что с ним что-то не так. И надеюсь, когда придет время, ты поступишь правильно, Азгейм Галабарт.

    [1] Азгейм. «Конец разговора».


    Сандро. «Предчувствие».
    [Священное воинство; сторона истинно-верующих]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Уже выезжая из ставки южного лорда – занятно, подумал инквизитор, что он слышит о Сауре впервые – Келмаур почувствовал легкое недомогание. Его тренированному организму было не привыкать к подобному, но сейчас… сейчас все было как-то иначе. Сандро пришпорил лошадь, которая резко остановилась посреди многолюдного лагеря другого южного лорда – тоже истинно-верующего.

– Что с тобой? – спросил сводный брат, который ехал рядом.
– Ничего. Ты езжай.

Инквизитор не был мастером Слов Прорицания и получил от них лишь легкую рассеянность, но теперь составляющие слоги рвались быть высказанными. Сандро прошептал их. А потом его разум поглотили тревожные видения.

    [2] Сандро. «Видения».


    Тиалар. «Дела».
    [Священное воинство; лагерь Алебастрового консульта]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Новое тело стало для великого покровителя второй одеждой. Молодой неопытный послушник не привлекал внимания, а способности Тиалара позволяли скрыть магическую природу такого противоестественного «союза» и грязную серую ауру. Жаль, конечно, что подлинная личность послушника мертва, но на что не пойдешь ради дела?

Тиалар прошел в лагерь внутри лагеря – место, отведенное высшим чинам и самому члену Совета, демонологу Симасу де Борджи. Истинные маги были здесь повсюду, снуя между черными шатрами, как муравьи и каждый из них что-то делал – ожидание штурма слишком затянулось, все нервничали и нередки стали даже краткие магические дуэли. Тиалар стал свидетелем одной. Его не впечатлило. Поздоровавшись с миловидной магичкой – как давно он не был в женском теле, со времен давнего сотрудничества с аль-Веррисием?! – которую когда-то знал носитель, великий покровитель откинул занавесь и вошел в огромный и вошел в огромный черный шатер, расшитый алым и золотым.

На него никто не обратил внимания. Кроме стража покоев, которого он не надеялся встретить – чешуйчатый демон преградил ему путь. Длинный острый хвост твари нетерпеливо бился о ворсистый ковер, напоминая таковой у возбужденной кошки. Демон жаждал отмашки, насилия. Тиалар предоставил ему это, вырвав существу глотку. Ткани и вещи вокруг окрасились в красный.

– Эстераальд! – раздался тяжелый голос колдуна. – Где ты? Кто к нам вошел? Эстераальд!
– Он не может ответить, - сказал великий покровитель, входя походное подобие спальни. Щуплый морщинистый старик лежал на кровати, слепо уставившись в проход; на полу вокруг Симаса валялись пустые бутыли. – Без горла это довольно тяжело.
– Ты убил Эстераальда? – хохотнул маг. – А еще ты точно не человек. И, наверное, собираешься убить меня? И я не успею вызвать слуг, позвать соратников? Сотворить образ? Симасу де Борджи пришел конец?
– Что-то вроде. Ничего личного, просто так нужно для дела.
– Тогда я могу попросить об одолжении?
– Конечно, - пожал плечами Тиалар в обличье хрупкого послушника. Он никуда не торопился.
– Маира де Васса. Я был бы рад, последуй она вслед за мной, - на испещренном каньонами морщин лице появился страшный изгиб улыбки.
– Как скажешь, человек. В течение недели, быть может.

А затем Тиалар прошептал несколько слов на древнем языке и тело старика выгнулось дугой, упало с кровати. Бутылки под магом захрустели, стекло впилось в кожу. Полилась кровь. Великий покровитель уже уходил из шатра. Тело найдут совсем скоро, а есть еще столько дел… столько дел!

Продолжение в следующем году. Всех с наступающем/наступившем.


Сообщение отредактировал Tillien - Четверг, 2012-01-05, 11:32:56
 
Форум » Ролевые игры » Свободные ролевые игры » Часть 6. Белый Город
Страница 3 из 8«1234578»
Поиск:

Copyright dawnofwar.org.ru© 2010
Используются технологии uCoz