Главная страница | Регистрация | | Вход Приветствую Вас Гость | Steam ВКонтакте Twitter RSS
[ Новые сообщенияПравила форумаУчастники •  Поиск ]
Страница 5 из 8«12345678»
Модератор форума: Source 
Форум » Ролевые игры » Свободные ролевые игры » Часть 6. Белый Город
Часть 6. Белый Город
GiksДата: Понедельник, 2012-02-06, 10:04:00 | Сообщение # 61
Употребитель назначений
Группа: Проверенные
Сообщений: 354
Репутация: 864
Статус: Offline
    Малик, Трифий и Касима.
    [Селефаис; дворец]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


В облике Ихримасу Неверного он громко постучал в тяжелую дверь, за которой послышались возня и ругань. Наконец, замок громко щелкнул и дверь распахнулась. Толстяк, сложив руки на приличных размеров мамоне, скептически посмотрел на появившегося перед ним небритого молодого мужчину в халате.

– Что за кусок свиной вырезки?! Я ждал грудастых девок с минимумом одежды, а не жирного писца или кто ты там! – Трифий собрался дать наглецу хорошего пинка, однако тот щёлкнул толстыми пальцами и кости Трифия затрещали и замерли, удерживая его в неподвижности.

Покровитель убийц открыл рот, но тот с силой захлопнулся. Верхняя и нижняя челюсть срослись в единое целое, а тело, следуя движению костей, отодвинулось, давая пройти незваному гостю. Продолжая манипуляции с собственными руками, Малик прошёл в комнату Трифия. Особым богатством она не отличалась: заваленный бутылками стол, пара стульев, занавеси, гобелены, стойки для доспехов и оружия и небольшая дверь в такую же небольшую спальню.

– Мило, – коротко рапортовал толстяк и взмахом руки отправил Трифия к столу. Взмах - бутылки полетели на пол. Ещё – вор с овечьей покорностью лёг на стол. Толстяк улыбнулся, показав тридцать два белоснежных зуба. – Вот и хорошо. Не хочется превращать это в клоунаду с прыжками и перекатами.

Малик ибн Рад не спеша подошёл к стойке, где было разложено оружие Трифия. Пробежав взглядом по «арсеналу» вора, Малик выбрал один из клинков и бросил его покровителю убийц. Трифий, повинуясь взмаху руки иманима, схватил кинжал.

– Не знаю, чем ты насолил Ихримасу, но твоя смерть неплохо мне послужит, – покровитель костей взмахнул рукой.

Трифий перерезал себе горло. Кровь залила стол, потекла вниз и теперь красной лужей разливалась на полу. Убедившись, что вор мёртв, Малик опустил руки и глубоко вздохнул. Обойдя стол и посмотрев на истёкшее кровью тело, толстяк достал из мёртвой руки кинжал и, повертев его в руках, стал освежевывать тело. Сняв кожу с груди Трифия, иманим повернул голову в сторону двери и заговорил:

– Не могли бы вы прикрыть дверь? Становится прохладно, – толстяк холодно улыбнулся. В дверном проёме появилась служанка, трясущаяся от страха, и тихо плача затворила дверь.

Касима аль-Селифа уложила детей в одной из многочисленных спален великого покровителя предательств и теперь наслаждалась редким в эти неспокойные времена покоем. Хоть жрица и выглядела умиротворенно, в ее прекрасной голове был хаос. То, что она и ее дети до сих пор живы уже можно было назвать чудом, однако большое желание Ихримасу сохранить их жизни пугало намного больше, чем смерть.

Великий покровитель никогда не был популярен среди иманимов Селефаиса – весь вольных в своих действиях – да и немногие слухи, что доходили до жрицы, ничего не сулили. Касима не хотела этого признавать, но намного больше её волновал Малик. Каждый, кто когда-либо видел ибн Рада и Эсме, не питал иллюзий по поводу отца девочки. Последний раз жрица общалась с Маликом ибн Радом почти десять лет назад, когда тот вместе со своим учителем остановились в Селефаисе, родном городе обоих жрецов. А потом он исчез, и вер-нулся только по пришествию десяти лет.

– И всё что он сказал, это какой-то бред. - Прошептала себе под нос Касима.

«Неужели он так сильно изменился, что увидев свою дочь, не проявил ни капли эмоций? Неужели тот человек, которого я когда-то знала и возможно любила, изменился настолько сильно?» Мысли жрицы оборвала распахнувшаяся дверь. В зал зашёл тот самый толстяк с копьём наперевес. Некогда зелёный халат пропитался тёмной кровью, волосы были взъерошены и тоже заляпаны кровью. Толстяк прошёл в середину зала, уставившись на Касиму бешеным взглядом.

Крупные капли падали с его рук и подбородка, образуя небольшую лужицу на полу. Жрица ошарашено вжалась в пуфики. Ей не надо было объяснять, что сделал стоящий перед ней мужчина. Он только что убил и съел человека. Или даже нечто большее. Покровителя. Малик с силой сжал копьё, так что под слоем крови побелели костяшки. Ноздри сжимались и разжимались, вторя бьющемуся об ребра сердцу. Диким взглядом человек обвёл помещение, задержавшись лишь на Касиме. Через мгновение толстяк захрипел и, выронив копье, упал на колени.

Малику стоило неимоверных усилий не заорать на весь дворец. Из дико сжимающихся лёгких вышел лишь наполненный болью тихий стон. Казалось, тело жреца окунули в домну с расплавленным металлом. Ибн Рад схватился за лицо, и оно спало, рассыпавшись пеплом на полу зала. За ним последовала и остальная «плоть» толстяка. В отличие от Ихримасу, Малик крайне болезненно перенёс возвращение собственного облика.

- М… Малик? – дрожащим голосом выдохнула жрица.

Покровитель костей тяжело встал и измученным взглядом посмотрел на женщину. От пропитанного кровью халата не осталось и следа, казалось всё, что сделал жрец, осталось с «песчаным толстяком».

- Давно не виделись, Касима.

Малик глубоко вздохнул и попытался придать своему лицу обыденный вид. Получалось плохо. Повисла пауза. Жрица всматривалась в стоящего перед ней мужчину, пытаясь рассмотреть настоящий это ибн Рад, или злая шутка Неверного. Малик же просто пытался успокоить собственное скачущее сердце и подобрать нужные слова для разговора с Касимой.

– Прежде чем ты что-либо скажешь. Эсме. Она моя дочь? – Малик пристально посмотрел в глаза более или менее успокоившейся жрице.
– А ты как думаешь, чёртов идиот?! Или, по-твоему, я нашла местного пьянчугу и с помощью известной самому Иману магии превратила его в твоё подобие? – Касима вскочила с пуфов и буквально хлестнула Малика гневным взглядом. Тот лишь улыбнулся. Улыбнулся так, как не улыбался уже почти десять лет. Касима ещё несколько мгновений буравила взглядом глупо улыбающегося Малика, а потом тоже улыбнулась.

– На секунду я подумала… что тебе всё равно. Вернее не тебе, а…
– Это был Ихримасу, – угадал мысли жрицы Малик.
– Почему же я жива? – уже более деловым тоном сказала Касима и плюхнулась обратно на пуфы.


Сообщение отредактировал Giks - Воскресенье, 2012-02-19, 0:42:08
 
TillienДата: Понедельник, 2012-02-06, 10:08:29 | Сообщение # 62
Костоправ
Группа: Проверенные
Сообщений: 3
Репутация: 1233
Статус: Offline
    Заэль, Малик и Касима.
    [Селефаис; дворец]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Шах знал все.

И от него решили избавиться.

Руками отступника, который потом отправится вслед за шахом. Ничего не было случайным: ни одна из встреч, ни одна из брошенных фраз, ни одно из сражений. Полторы тысячи лет они шаг за шагом претворяли в жизнь план столь тщеславный и опасный, сколь и безумный. Даже сквозь непрестанный шепот Ллаис и жжение – казалось, магический яд выжигал вены и артерии – он понимал, завесу над чем приоткрыл.

– Зачем им убивать шаха? - спрашивала Ллаис. – Он ведь один из них!
– Чем ближе к цели, тем больше помех.
– А колдун?
– Нельзя было дать ему уйти. Он знал все, что знаю я.

Одной рукой ренегат держал меч, другой – отрубленную голову уродливого мага. Лысая макушка не позволяла схватить ее за волосы, и Гедаалду пришлось подцепить голову за горло, просунув пальцы в гортань – кровь окропляла полы, красной линией следуя за ренегатом. По дороге к Ихримасу он убил нескольких слуг просто, чтобы унять охватившую его дрожь. Действовал ли так яд или это было… отчаяние?

– И теперь ты идешь к Ихримасу?! – бесновалось заключенное в перчатку существо. – Он убьет тебя, а затем и меня!

Стражник, попытавшийся его остановить, лишился руки и лица. Жужжание энергетической плети еще стихало, когда Заэль пинком распахнул дверь и оказался в зале, служившем подобием гостиной. Там уже были двое и они о чем-то разговаривали. Касима и Малик обернулись. Остальное случилось в секунду. Отступник почувствовал, как затрещали кости; в ту же секунду вспыхнули ярко-желтые дуги образов. Заэль разжал онемевшие пальцы, и на мраморный пол с глухим стуком упала отрубленная голова колдуна. Только сейчас ренегат заметил, что пол заляпан кровью.

– Касима?! – удивился Гедаалд. – Где Ихримасу? И кто это с тобой?
– Заэль, - пробормотала жрица, – что ты здесь…
– А! Тот, кого мы сбили в храмовом квартале! – Малик ибн Рад сделал молниеносный жест и Заэль ощутил, как начали прогибаться ребра. – Разве ты не должен был гнить в камере и ждать своей очереди?

Дуги энергии качнулись в сторону покровителя костей. Касима вскочила с пуфом, ухмыльнулся иманим, готовясь сделать очередной пасс рукой. Из коридоров донесся топот стражников и скрежет доставаемого из ножен оружия.

– Скажи, где твой хозяин и уйдешь отсюда живым.
– Заэль! – крикнула Касима.
– Можем, проверим?!
– Его здесь нет, Заэль! Именем пророка, прекратите! Оба! – аль-Селифа положила руку на плечо жреца. – Ихримасу сейчас с Флавием-как-его-там и одной из шавок Маиры де Вассы, они пошли проведать моего знакомого!

Слова жрица заставили Ллаис в его голове занервничать, опасаясь за Эскехераля - единственного источника противоядия – и предчувствуя недоброе. Громкий топот приближался – дворцовая стража шла по кровавым следам, шансы уйти без боя быстро уменьшались, а отсутствие великого покровителя только прибавляло проблем.

– Жаль. И что ты вообще здесь делаешь, Касима?
– Не твое дело, - она нахмурилась.
– Ну что ж, прекрасно. – Клинок натянуто улыбнулся. По его лицу текла тонкая струйка крови, падавшая с подбородка на грязные плиты. – Передадите Ихримасу, что приходил его старый знакомый – Заэль Гедаалд. И еще, Касима. Советую тебе и детям бежать из города. Быстрее, чем начнется штурм. И держись подальше от этих ублюдков. – Он пнул голову мертвого колдуна. – Рубиновый Консульт есть и в городе и за стенами.

Когда окровавленный и усталый Гедаалд ушел через ту же дверь, откуда пришел, Касима плюхнулась обратно на пуф, потянув за собой Малика. Черноволосая жрица улыбалась, разглядывая новые элементы декора, принесенные с собой мужчинами.

– Зачем ты дала ему уйти? – спросил ибн Рад, положив ладонь на ногу женщины и вспоминая бурную молодость. – Вряд ли Ихримасу обрадуется, когда узнает о его побеге.
– Его ждет мой знакомый, - пожала плечами покровительница плоти, поддаваясь на молчаливые уговоры жреца, – а еще моя прапрабабушка говорила, что договор важнее всего. Как и репутация. И, Малик, Заэль сказал правду. Мне с детьми лучше будет уехать отсюда. Куда-нибудь на юг. Или Запад. Эсме всегда хотела побывать на тех островах, в Ашк-Адаре. Ты можешь помочь?
– Надо подумать. Да и у меня здесь осталась пара незавершенных дел.

    Заэль и Эскехераль. «Перед ритуалом».
    [Селефаис; квартал прокаженных]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Селефаис бурлил. Широкие проспекты и площади были запружены народом: по кварталам разгуливали войска, звеня оружием и блестя начищенным обмундированием. Тут и там маршировали стройные ряды солдат, разительно отличавшихся видом – когорты смуглых рыцарей императора, хоругви белокожих ратников с островов, отряды загорелых восточных воинов – но не выправкой и свирепым видом. Впрочем, для находящегося в бегах гвардейца никто из них не стал серьезной преградой.

В духоте, под сокрытым тучами солнцем, он вернулся кварталу прокаженных, к демону и его свите через полтора часа быстрой ходьбы по тесным улочкам и переулкам, преодолевая патрули и любопытных жрецов, снующих повсюду.

И вот он вновь спускался в логово иномирцев. Солнечный свет уступил место трепещущему огню факелов и теням, а с каждым шагом вниз по ступенькам делалось холоднее – подвальные помещения и катакомбы под заброшенными особняками были надежным, но далеко не уютным и гостеприимным убежищем. Однако Гедаалду не было до этого дела – яд давал о себе знать все сильнее, не смотря на слова Касимы о нескольких днях.

– Разменная монета, которую я не чаял увидеть – вернулась! – голос демона звучал в голове Заэля, хотя само существо, озаряемое светом татуировок, молча шагало рядом. – Вижу, поход за рукой окончился чем-то большим, не так ли?
– Я занимался любовью с одной из жриц, попал под копыта лошади, побывал во дворце шаха, встретил пару интересных личностей и многое узнал. – Заэль не счел нужным говорить, что же именно он узнал. – И все же вернулся сюда. Вопросы доверия.
– Я сразу сказал, что ты не должен доверять нам, а мы – тебе. Яд есть следствие, ничего личного, - хвост существа описывал замысловатые дуги за спиной хозяина, словно выдавая волнение – как у кошки. – Мы спасли тебя и теперь ждем помощи. Решив заранее убедиться, что ты нам ее предоставишь.
– Какую именно помощь?
– Отчасти она схожа с твоей основной профессией, Заэль, - голос в голове звучал иронично.
– Профессией?
– Убийства.

Они оказались в одном из помещений, куда во время краткого пребывания здесь Гедаалда не давали пройти сводные братья Эскехераля. Круглый зал с неровными кирпичными стенами, к которым были прибиты люди – Заэль так часто видел насилие, что нисколько не удивился. Среди потеков и трещин, залитые светом десятков факелов, мятыми темными пятнами свисали язычники и церковники, маги и жрецы, рыцари и наемники. Эскехераль из Культа Первой Матери был на редкость демократичен – он не делал разницы между богатыми и бедными, здоровыми и больными, причастными и нет.

– Зачем все это? – просто спросил Заэль. Мысли его были занятны совсем иным.

С запозданием Гедаалд отметил, что в зале стоит тишина, изредка прерываемая лишь стонами пленных да шагами демонов. Между тем Ллаис не чувствовала ни капли магии – кроме поблекших аур плененных колдунов - о чем не преминула сообщить ренегату.

– Все в мире есть совокупность. Творение состоит из планов, как планы состоят из океанов и континентов. Так и магия. Чтобы призвать - нужно связать. Чтобы связать - нужно переместить. Чтобы переместить - нужно найти. Чтобы найти – нужны другие. Магические аксиомы, которым не одна тысяча лет, Заэль Гедаалд. Впрочем, мы нашли способ их немного обойти.
– И зачем нужен я?
– Все по порядку. Способ появился после исчезновения Королевы, когда ее слуги догадались, что именно произошло, кто в этом замешан и успели сбежать. А теперь те колдуны находятся в этом городе и есть огромная вероятность, что они вот-вот придут. Ты ведь знаешь, кто стоит во главе Селефаиса?
– Ихримасу?
– Маира де Васса, ставленница императора. Она ненавидит меня. Долгая история, Заэль, а времени у нас не так много. Не сомневаюсь, что колдуны придут. И тогда наши многочисленные спящие приготовления, - он обвел руками зал, - станут вопящим катализатором. Ты же сделаешь так, чтобы все прошло как надо.
– Почему нельзя провести… ритуал сейчас? Здесь ведь есть маги.
– Твоя подружка знает ответ, - отмахнулся Эскехераль.
– Они экспериментируют, - пробурчала Ллаис в голове, заменив иномирца. Заэль ощущал, как медленно подступают шизофрения и раздвоение или растроение личности. – И если что-то пойдет не так, то от квартала останется только руины. Впрочем, невелика потеря. Только вот нас двоих жалко. С другой стороны, конечно, шансы на успех всегда есть. Нужно лишь начать убивать этих людей на стенах. Будто нажимаешь на спусковой рычажок арбалета.


Сообщение отредактировал Tillien - Понедельник, 2012-02-06, 10:35:19
 
Sin-rДата: Понедельник, 2012-02-06, 11:45:01 | Сообщение # 63
Пророк
Фракция: Хаос
Группа: Проверенные
Репутация: 1821
Статус: Offline
    Заэль. «Перед ритуалом».
    [Селефаис; квартал прокаженных]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Убийца был в замешательстве. Проще рассказать о том, о чём он и думал и чего не чувствовал, нежели передать все его мысли и ощущения в тот момент, когда Ллаис произнесла то, от чего Заэлю стало не по себе. От её слов зрачки гвардейца сузились, дыхание стало частым и прерывистым, сердцебиение участилось. В какой-то момент даже началась отдышка.

Заэль понимал, что выхода нет. Довериться демонам, использовавшим его? Или так называемым «колдунам», являющимся неизвестно кем? Нет. Он прекрасно понимал, что у данной ситуации может быть лишь два исхода – либо всё получится, либо тело убийцы никто никогда не найдёт, так как шанса быть спасённым руками Ихримасу не существовало как такового.

- Стоп! – воскликнул убийца, когда морально подготовился начать одну из самых безумнейших вещей в его жизни, - Мы не будем ждать никаких «колдунов» - мы начнём всё сейчас.

Молчание Эскехераля и его спутников могло означать только одно – вряд ли они были согласен с подобным.

- Ты…Идиот… - произнесла Ллаис, начав изучать план «хозяина», зарождавшийся в глубинах его разума. Когда она осознала всю картину, ей стало ещё хуже, чем гвардейцу буквально пару мгновений назад, - Ты этого не сделаешь…ты не посмеешь…
- Да неужели? А кто меня остановит? Кучка жалких демонов, изображающих из себя невесть что? Или ты, Ллаис? – убийца уже не стеснялся говорить «с самим собой», да ещё и так, как будто в паре метров от него не было ни единого демона, - Они изображают из себя вершителей судеб жителей этого мира, хотя…хотя постой – что-то не сходится. Ах да – они же даже ритуальных жертвоприношений ради этого совершить не могут! Ради этого они отравили меня, прекрасно понимая, что добровольно я вряд ли стал бы участвовать в подобном. Стоит отдать им должное – это сработало. Я помогу им, но делать все всё будут так, как я скажу. Ты меня поняла, тварь?

Ллаис ничего не ответила. То, что демоны до сих пор не содрали кожу с гвардейца, одновременно вырывая его сердце и позвоночник, можно было объяснить лишь чудом. Казалось, что их обманчиво пустые, безжизненные глаза, смотрящие прямо на «жалкого» человека, скрывают за собой пламя истинной, первобытной ярости…но они не могли ничего сделать – человек был нужен им. И он был прав.

- А вы что уставились? – произнёс Заэль, обратив внимание на демонов. Падшего уже ничто не волновало – он даже не стал ограничивать себя в выражениях, - Встаньте в центр комнаты и окропите пол своей кровью…живо!

Через некоторое время раздумий демоны покорно выполнили указание убийцы.

- И только попробуйте не дать мне противоядие…если мы выживем, - прошептал Заэль, попытавшись создать несколько энергетических дуг, дабы убить трёх первых жертв. Но это была лишь попытка – Ллаис не стала выполнять указание «владельца», - Какого…это что – шутка? Ну уж нет, Ллаис – мне нужен результат.

Гедаалд попытался снова. И ещё раз. И ещё. Ничего не удавалось.

- Да…давай…же…работай… - гвардеец молотил левой рукой по перчатке и использовал выражения, характерные скорее для сапожников, но это не помогало. Как оказалось, Ллаис была женщиной не только в плане голоса, звучавшего в голове убийцы, - Ладно…прости, что...оскорбил тебя. Клянусь, если ты поможешь мне, то, если мы выберемся, я позволю тебе в полной мере насладиться агонией одного-двух уб…

Ллаис не дала убийце договорить. Видимо, извинения и обещание сладостной феерии эмоций убедили её в необходимости этой небольшой жертвы. Заэль, непривыкший к использованию сразу нескольких энергетических дуг, был слегка ошарашен крайне необычной, жестокой, изуверской, извращённой красотой трёх смертоносных подобий молний, вырвавшихся из пальцев перчатки и направившихся точно к целям.

Несмотря на то, что маги, а именно ими были первые три жертвы, погибли почти одновременно, их смерти несколько отличались. Изуродованный жрец Имана лишился головы. Сердце мага из Серебряного Консульта, незадолго до смерти оставшегося без языка, было выжжено почти за секунду. Последнего мага, из Алебастрового Консульта, разрубило на две части – его ноги, а также обгорелые внутренности, с характерным звуком и соответствующим запахом «украсили» собой пол помещения. Впрочем, своей смерти он не увидил по причине отсутствия глаз.

Вслед за магами начали погибать воины. Наёмник, солдат армии шаха, имперский дезертир, два члена Священного Воинства…их судьба также была незавидна – особенно учитывая, что для их казни также использовалась помощь Ллаис. Отрубленная голова, перерезанное горло, четвертование и два «разделения» на две части – на ноги и верхнюю часть тела у первого и левую и правую половины у второго.

Их крики страха, а затем и боли, запах горелого мяса, агония…и всё это без единой капли крови. Если уж даже Заэлю понравилась эта симфония ужаса и смерти, то передать эмоции Ллаис не представлялось возможным. Впрочем, даже несмотря на её молчание, можно было сделать вывод, что свою компенсацию она получила.

Осталось лишь четверо верующих. Два человека, верящих в Имана, и ещё двое, но поклоняющихся Аруме. Все четверо были адептами бессмысленных религий, не несущих ничего, кроме страданий, боли и смертей. Смерть…именно она должна была стать наградой за веру и освобождением от страданий. Заэль же без малейшей тени сомнения разорвал их на куски.

Пол, возраст, раса, положение в обществе…Заэль, подобно Эскехералю, не делал исключений – всех пленников ждала жестокая, мучительная смерть. И всё ради неизвестно чего. Бессмысленная резня – вот с чего всё начинается и чем всё закончится.

Никакого смысла. Никакой жалости. Никаких сомнений.

- А теперь повторите то, что сделали в начале, - прошептал убийца, опустив голову в попытке отдышаться. Наверное, перчатка должна была бы давно уже расплавиться от всех этих выбросов энергии – но этого не случилось. В любом случае, Ллаис, наверное, утолила свою жажду крови. Наверное, - И молитесь, чтобы от нас хоть что-то осталось.

Возможно, в действиях Заэля был некий сокрытый, может даже сакральный смысл – а может это была просто резня, ставшая своеобразным способом «отдыха». В любом случае, действо подходило к концу – последние капли демонической крови упали туда же, куда и пару минут назад.

- Надеюсь, что Творец, несмотря на отсутствие веры, всё также оберегает меня…ну или хотя бы Ихримасу, - обнадёживал себя убийца, прекрасно понимая, что ему вряд ли удастся остаться в живых после того, как он, не обладая абсолютно никакими знаниями, совершил подобие сложнейшего, со слов Эскехераля, ритуала.

Впрочем, по мнению самого Заэля, вряд ли результаты заставили бы себя ждать.


Сообщение отредактировал Sin-r - Понедельник, 2012-02-06, 11:46:00
 
GiksДата: Суббота, 2012-02-18, 11:54:29 | Сообщение # 64
Употребитель назначений
Группа: Проверенные
Сообщений: 354
Репутация: 864
Статус: Offline
    Раст, Сандро и Азгейм.
    [Пустыня;вдали от лагеря]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Два десятка солдат вырвались вперед, оставив своего временного командира далеко позади, так быстро они продвигались к цели. Тактика действий была оговорена ещё на подходе к указанному патриархом месту. Азгейм только внес в неё кое-какие мелкие поправки. Он свистнул воинам Сотни Столпов, скакавших мимо мага, спешно обменявшего седло на твердую пыльную поверхность стоптанного песка, и отрывисто приказал присоединиться к нему. Обе гончие первыми приземлились рядом с эмиссаром.

В бою им не нужно было лишних слов, чтобы предугадывать желания своего командира. Их типичное боевое облачение людей воинства, кассидионы , чья бармица плотно защищала шеи, но не закрывала обзор, и сюрко поверх стальной кольчуги, несшее символы святой Церкви Святого Арумы, делала их похожими скорее на стражников мага, а не его телохранителей.
Мчавшийся на всех парах, отряд ортодоксов стремительно поменял построение, разбившись на три более мелкие группки.

Две начали обходить отряд противника с флангов, используя окружающие дюны как прикрытия, а самая большая часть отряда - восемь всадников, облаченных в хаубреки и покрытых отсвечивающими пластинами, ринулась напролом.

За ними, во втором ряду, шагал воин из Сотни Столпов, один из трех последовавших в атаку на еретиков, каждый в составе собственного отряда. Арбалетчики лихорадочно крутили рычаги, натягивали струны арбалетов, отметая привычные, коварные мысли, пробирающиеся в головы всех сражающихся застрельщиков: «Если не поторопиться, до второго залпа можно не дожить». Два младших командира непрестанно охаивали подчиненных, выкладывая суть этой мысли в самых смачных солдатских ругательствах.

Когда треть от прежнего расстояния отделяла центральный конный клин ортодоксов, Азгейм втиснул в подлинное полотно сильный кинетический образ, яркое кружево с вплетениями элементов созидательных основ. Два подготовленных воина Тысячи Столпов взлетели, движимые по диагонали относительно земли. Они крепко вцепились в широкие диски из слившихся в крепкий монолит песчинок. Для сотворения этого образа, Азгейму пришлось сдать в магической защите, сняв экранирование пространства, прикрывавшего его голову. Ничего кроме магии и шелка её не защищало. Сразу после запуска своих живых снарядов, маг погрузился в мысленные кадастры ассоциаций, короткие, но информативные формулы.

Живые тексты из ярких, но неподвижных красок, векторов, изгибов, доносившие до сознания нужный порядок действий. Заученная техника запоминания выкроила ему время на подготовку ряда боевых образов, позволив быстрее приблизить момент окончательной расстановки многоуровневой точечной защиты Гальвы. Один за другим вспыхивали бледно желтые полупрозрачные сферы, не больше монетки, постепенно создавая с виду неровную и хаотичную преграду из внешне никак не связанных эфемерных объектов.

- Прекратить огонь! Разомкнуть ряды! Живо, живо, живо!!! - Орал Сандро. Арбалетчики разбежались, так, что между любой парой могли проехать двое всадников, не задев их.
Раст и маги, ведя коней, двинулись в сторону линии солдат.
- Что там? - спросил Скрипач у коллег.
- У них есть один маг, господин. Но у троих аура необычная... темнее, чем должна быть. И ещё несколько из Сотни Столпов, судя по всему.
- Образы Защиты. - Продолжил другой, старше и опытнее. Они с Растом сражались плечом к плечу на невидимом фронте Консульта, и у Скрипача не было причин сомневаться в лояльности мага. - Почти наугад расставляет щиты по воздуху. Хитёр, засранец. Кинетика, к нам...
- Дерьмо, он кинул людей!
Раст пригляделся — действительно, к строю арбалетчиков летело две матерящихся кучи тряпья и железа, вдобавок обладавших аурами Сотни Столпов. Экстравагантно, однако.
- Так, взяли коней и живо разобрались с ними, потом назад ко мне! - Когда Раст договорил, маги уже сели на коней и помчались, каждый к своему снаряду, которые, сбив нескольких с ног, как кегли, уже успели оклематься после падения и кинуться на арбалетчиков. Засверкали клинки. Одна пара, сцепившись, как любовники, с рёвом, лязгом и руганью покатилась по песку. Никто не пришёл на помощь: Сандро приказал оставаться всем на своих местах, всё равно через несколько секунд маги всё закончат.

Три удара сердца инквизитора, отделили момент, когда маги начали взбираться на скакунов, от залпа второго эмиссара. Резкая атака после только что выстроенной защиты оказалась излишне поспешной. Треть снарядов, покинувших свои ниши, под грубыми шерстяными крепами, в крепкой тесьме кожаных наручей, благополучно потерялась в голубевшей темноте. Заряда из двух десятков игл хватило, чтобы свалить троих арбалетчиков. Хотя они сами по себе не повредили ничего жизненно важного, ртуть, смешавшаяся с кровью в ранах, сделала свое страшное дело.

Стрелки рухнули, корчась в агонии немилосердной боли. Что-же, хотя бы частично, он подсобил воинам, десантировавшимся на края вражеских рядов. Они обречены на смерть, как всякий расходный материал, но задеть их своим же огнем ренегат не рискнул, слишком мало они могли успеть унести с собой больше врагов, прежде чем до них дойдет очередь уйти в забвение.

Восьмёрка всадников приближалась к строю, неся смерть на остриях клинков. Тук, тук, тук — отсчитывали арбалетчики оставшиеся мгновения ударами сердца. Первый всадник поднял меч, но вместо боевого клича раздался голос Сандро:
- ОГОНЬ!!!
Многократный треск тетивы, звон ломаемых болтами кольчуг и доспехов. Крики, ругань, проклятия умирающих — обычная симфония войны. Мгновение — и остатки передового отряда истекают кровью, лежа в песке и пытаясь зажать развороченные животы. Никто не озаботился тем, чтобы добить раненых — арбалетчики деловито принялись перезаряжать оружие, проигнорировав даже два слившихся в один вопля — старший маг испепелил ставшего снарядом Столпа вместе с его противником.
Содержимое головы другого «снаряда» уже растекалось по песку — не мудрствуя лукаво, волшебных дел мастер просто раскроил череп «вектором» чистой энергии.

Фланговые группы вынырнули из неровных складок местности, будто из-под земли, почти добравшись до места, с которого апостолы руководили и сражались, насколько позволяли их магические возможности. В воздух летели боевые кличи, смешавшиеся с оскорблениями в адрес «лживых собак и коварных сектантов». Оба столпа полегли в неравной битве с арбалетчиками, обращенные в пепел истинными боевыми магами Алебастра.

Отрезки чистой энергии и потоки ярко-рыжего пламени не отличали друга от врага, убив вместе с воинами-колдунами церкви одного своего стрелка. Один из них успел убить ближайшего арбалетчика, располосовав его от уха до уха своим длинным мечом. Его напарник поймал слово плоти, отчего голова незадачливого бойца покорно покинула тело. Для главного ударного конного отряда, жребий безрассудной атаки оказался роковым. Выжил только один солдат, и только потому, что его придавило собственным, конем, сраженным бельтами.

Теперь, когда между маленькой свитой второго эмиссара и оставшимися стрелками лежала только голая, испаханная земля и трупы, Азгейм решился применить одно из самых опаснейших чудес в дисциплины кинетических сил. Не важно, если это вдруг скосит алебастровых мантий, исход будет просто отличным. Провал в этом сражении поставил бы под вопрос его жизнь, а это просто не допустимо. В воздух взлетела половина содержимого его мешочка. Подобно большинству боевых ситуаций, ренегат прибегнул к своим любимым железным шарикам. Шарики выглядели крупнее обычного, а когда они разорвались в паре метров над поубавившейся линией солдат, во все стороны и вниз на бешеной скорости рванулись десятки снарядов меньше. Град шрапнели проходил через плоть с оскорбительной вольностью, совершенно не предавая значения всей легкой и не очень броне, прикрывавшей тела мужей.

Земля ушла из-под ног Раста — Сандро, поняв, что сейчас произойдёт, схватил его за одежду и грубо повалил за тело павшей лошади. До того, как шрапнель достигнет их, оставалась лишь пара мгновений. Их как раз хватило Скрипачу, чтобы поставить защиту для не успевших укрыться магов.
- ...так вот смотрит он графа этого, с недугом! - Продолжали они прерванный разговор, пытаясь перекричать оглушительный свист шрапнели.
- Чего?!
- Говорю, осматривает лекарь больного этого!!! - Проорал старший маг. Посмотрел вперёд, прищурился. Над местом, откуда, судя по всему, разлетелась шрапнель, повисла дымка.
- А!!! Ну, и?!
- Говорит, вам, милсдарь, дрочить перестать надо!!! - Дымка расползлась, превратилась в густой, непроницаемый, тёмно-серый, почти черный туман.
- Почему?!
- Ну вот он так и спросил!.. - Закричал маг неожиданно громко — свист шрапнели успел стихнуть.
Раст хлопнул по плечу его собеседника.
- За отцом Сандро, живо, прикроешь наступление!
Чародей побежал к новообразованному отряду, остаткам эскорта, проводившим их на «святое место». Сандро и ещё пять мородоворотов на конях, чудом оказавшихся вне разброса шрапнели, собирались обойти врагов с фланга.
- А мы с тобой... - обратился было Раст ко второму магу. Между его пальцами засверкали искры разрядов.

Две трети вражеских воинов лежали на земле неуклюжими куклами, четверо выживших стонали и корчились, мир для них помутнел за пеленой острой боли и судорог. Коня одного из магов скосило касательными попаданиями по неприкрытым суставам. Результат получился даже лучше, чем ожидал напряженный маг. Правда позже, истинный маг поднялся, обвалявшийся в песке, пыли и конской крови.
Мерцания образов, вспышки, ленты огней. Пытаясь анализировать ходы своих противников по цветам их аур, волей случая, Азгейм зацепился за непонятный… след, иначе назвать было трудно. В воздухе, не так далеко от одного из, по всей видимости, апостола, воздух подрагивал. В этой точке повисли останки некой, почти незаметной субстанции, как куски одежды на суку. В практике консультов такие следы назывались «швы пространства». Они говорили о единственном явлении, следствием которого являлись.

- Телепортация, кто-то вошел внутрь пространства, и совсем недавно, следы такие свежие. – Несколько предположений вспыхнули в его голове одна за другой. Сейчас он совершенно ничего не видел, сквозь черную стену трижды клятой иллюзии. Солнце свободно проникало через неё, но не глаза. Уши до сих пор могли слышать, что происходит вне поля зрения, особенности мировосприятия через дар, не давали полностью потерять из внимания магов. Их ауры ощущались все также явственно. Сейчас там могло происходить все что угодно, ситуация недобро кренилась в противоположную от ренегата сторону. Она требовала переходить к запасному плану.

- Стоять! – Голос, пропускаемый через сито кинетического базиса, с утроенной силой оглашал местность, но только в одну сторону, чтобы не разнести его по всем дальним окрестностям.
- В вашем сборище, похоже, кто-то отсутствует. Кто-то важный. Осознайте же, сопротивляться Священному воинству бессмысленно. Опустите руки, и уймите пыл, назовите беглеца и выдайте главаря вашего заговора. Сделаете, и вас помилуют именем патриарха и Арумы. - Кричал во тьму Азгейм. Собственные слова, звучали так, словно принадлежали другому человеку. Как-то слишком нелепо выглядели фразы, интонации, и о чем, о религиозной ахинее! Но сейчас, для разума это было не важно, важно было выиграть время.

Даже если они не ответят, на что ренегат практически не надеялся, они все равно немного помедлят, обдумывая его слова. Секунды превосходства в бою, ставившем на кон жизнь, дороже всего золота мира, а Азгейм сейчас исполнял роль жадного торгаша, чертовски ревностно радеющего за свою собственность. Такая роль подходила к нему много больше личины дипломата.

Готова вырваться из разума иллюзия, выворачивающая душу и сознание наизнанку.
Накоплена сверхъестественная, невозможная в природе разность потенциалов, и лишь тонкая грань, оставшаяся от бетонной стены между воображаемым и реальным сдерживает заряд.
Сабли выпорхнули из ножен, до сближения с всадниками осталось несколько мучительно долгих секунд... опьяненный боевой горячкой разум с опозданием воспринял слова врага.
- "Ты ещё хочешь, чтобы мы перед тобой отчитывались?! Если желаешь говорить — выйди вперед!" - не раздумывая, заорал Раст с надрывом.

Дюжина всадников окружила одиноких апостолов и пару магов с трех сторон. Внешне облаченные в металл воины создавали впечатление превосходства, обманчивое чувство. Только урожденный мог увидеть реальный расклад сил. Десять метров, это пустяковое расстояние для коня, пусть и обремененного весом взрослого человека. Пристальное внимание истинных заставляло бывалых вояк покрепче вжиматься в седла и стискивать рукояти мечей. Не меньший эффект исходил от двух предводителей Новой церкви, успевших обзавестись какой-никакой известностью и репутацией. В частности, опасения внушал сын инквизиции, хотя от него в этот самый момент исходила наименьшая угроза.

Солдаты слышали своего непонятного и странноватого командующего, но все ещё не видели.
То, что сделал второй эмиссар, чем – то близко смахивало на предательство в глазах ортодоксов, -Как-никак они должны были исполнить приказ, несмотря на весь страх и благоговение к целям своей миссии, ведь поручения шли от самого патриарха! Этот же человек, представленный святейшим, доверенное лицо, только что приказал им остановиться в самый важный момент схватки. Да, примерно так они и думают.


Завеса не торопилась рассеиваться, даже напротив, легкое подобие всепоглощающей черноты уже начало густиться вокруг конницы, но пока ещё рваными клочками.
- И ещё… Голос , я его узнаю. – Внутри Азгейма что-то дернулось, самую малость. - Бездна выгребная, ещё знакомцев здесь не хватало встретить. – То, что он сразу же не сконцентрировал всю атаку на смертоносных магических противниках, объяснялось только неким подобием сентиментальности, помноженной на отношение ренегата к собственным словам. Голос, стоявший на их защите, бесследно испарился и истинные маги с чудовищной эффективностью начали выкашивать воинов патриарха.
- Трудновато это сделать, когда у тебя перед носом висит чернота, знаете ли – Ехидно заметил посланник патриарха. - Поглядите вокруг ещё раз, подумайте. Я и эти люди прибыли по прямому приказу, приказу патриарха, с вескими на то причинами. Кто проводил здесь порочную вечерю с еретиком вдали от взора истинно верующих? Кто порочил, поплевал на догматы, не подлежащие обсуждению? – Со стороны всадников один смельчак даже одобрительно воскликнул.

- Вы первые открыли стрельбу, и, между прочим, скосили нашего герольда. - Азгейм хохотнул. Параллельно словам, слетавшим с его губ, сотрясаемых силой основ, в уме сплавлялись диковинно закрученные узелки и нити. По мере течения времени они связывались в полноценный образ, маленький, и тем потенциально опасный. - Хотели ли мы именно вашей смерти? Нет, вы просто встали на пути и решились заступиться за предателя. Ну а мы, ответили, как подобает защитникам истинной веры. Странно и печально, что вы встали грудью за рыцаря, гораздого на зверства, яды и наемных убийц.
Оставшиеся с Растом солдаты окружили его, прицелившись на остановившихся всадников.
«Вы только поглядите на них — всё ещё готовы умирать. Зачем? Ради кого? Парочки лжепророков?» - абсолютно некстати мелькнуло в голове у Скрипача.

Нахлынула усталость, не столько от заклинаний, сколько от невообразимо длинного дня, слишком рано начавшегося и даже не собирающегося заканчиваться. Начали болеть синяки и ссадины.
Раст харкнул кровью, провёл языком по зубам, подумал, стоит ли успокаивать шум в висках. Нет, пока рано. Может, бой еще только начался.
Маг по левую руку от него равнодушно смотрел на облако тумана, которое он поддерживал так же легко, как ходил. У людей с таким опытом сам факт убийства уже давно не ускоряет сердцебиения.

- Скрипач, а хочешь, я ему там хер покажу? Огромный, в высоту всадника длиной. Чтобы знал, скотина наглая...
Скрипач хотел, но наступил себе на горло. Продолжать бой? Каковы шансы на победу? Высоки. А на победу без потери кого-нибудь из магов, а вместе с ними — лояльности Консульта? Почти никаких. Без потерь солдат — вообще никаких. Стоит ли того? Нужно выяснить.

- Что знал? Как хер выглядит? - Раст снял с пояса флягу с ошхаром, глотнул. Стало легче. - Снимай туман, давай хотя бы посмотрим на них. Справа, лязгая доспехами, подошёл Сандро. Смахнул со лба пот, прищурившись, посмотрел вперёд... и застыл, увидев фиолетовые глаза одного из магов. Внутренности сжала ледяная рука ужаса.

«Раст, это воины патриарха» - послал он сигнал брату, совладав с собой. Сандро мотнул головой вправо и влево, чувствуя, как мышцы наливаются неестественной силой, а белые одежды трещат от натуги. С его бледных растрескавшихся губ сорвался едва различимый шепот на давно забытом языке.

Такая могущественная группировка. Нахождение в одном месте сразу трех истинных. На самом деле двух, но третий по крайней мере был близок к рангу истинного по силе, причем, он единовременно он же являлся и одним из так называемых апостолов.

- Маг – апостол, да ещё родом из Алебастровых мантий. Подставная фигура. Не иначе они скатились до игр в веру, богов и церковь…

Чем бы они там не страдали, их силу безумно опасно недооценивать. Как видавший виды адепт, Азгейм чувствовал, как малы его шансы. Кроме трех магов и ещё одного человека с плохо различимой аурой, не считая солдат, никого другого поблизости не было, в том числе и магистра.

- Засада? Обман? Неужели Ауранг полагал, что мне по силам сломить трех более чем равных себе по силам и сохранить свою жизнь? Даже с забытыми знаниями, позаимствованными из библиотеки демонов?Он или хорошо маскирующийся дурак, или дьявольски опасная личность. Конечно же второе -
Азгейм нарастил на свое тонкое творение последние недостающие детали, обкатал перед мысленным взором, выискивая дефекты. В общем и целом, их не наблюдалось. Заклинание повисло в невесомости, припасенное на крайний случай. Быстрое применение этого козыря в связке с боевыми образами - ход, подействовавший безотказно с несколькими шайками дорожных бандитов, подвернувшихся на пути к Селефаису.

-Или он, что вернее, задумывал избавиться от меня, получив при этом как можно большую пользу? Ну разумеется. Чего ещё ждать от неизвестного лорда-намалийца, если обычный смертный человек, прагматичный и расчетливый, поступил бы также? - Дальнейшей развязки, которая идет через схватку, надо было избежать, так решил для себя второй эмиссар. Что следовало после всех этих разговоров - дело не до такой степени критичное, главное, не завернуть в тупик.

Кажется, один из двух апостолов, тесно стоявший рядом с другим, что-то говорил своему названному брату, вот только слов слышно не было. Зато до Азгейма дошло иное, и рванулось оно напрямик к его сознанию. В ответ в голове зароились воспоминания, память изрыгнула длинную цепи из обрывочных эпизодов его прошлого, но пока они только витали вокруг, не прояснялись.

Ощущение было престранное. Тут он сообразил, что шелк, скрывавший его лицо, в пылу противостояния сполз вниз. Азгейм вдохнул воздух, кляня дурацкие восточные обычаи на такие неуклюжие и ненадежные по части сокрытия лица маски, а затем, выдохнул:
- Я - короткая пауза - эмиссар, и третье лицо священного воинства - Эти слова казались Азгейму веселящими. Ирония всегда поднимала ему настроение, даже в казалось бы, самых неподходящих для этого местах. Он принял нарочито величественную позу и гордо поднял подбородок. Шепоток внутри настоял зачерпнуть уверенности из гордыни, дремавшей в каждом урожденном. Близость силы творения помогала держаться на плаву.

Один из магов, нестерпев, начал
- А я...
Раст жестом приказал ему замолкнуть.
- вторая сиська Седны. - уже под нос произнёс маг.
В общем, он верно выразил мысли Раста. Нашелся тут, эмиссар. Пешка Патриарха. Значит, он знает о предательстве Ролланда, который умудрился кинуть всех сразу. Нужно было кончить его ещё по пути. И позволить Сандро сделать это еще на тех переговорах.
Решив, что терять нечего, Скрипач крикнул:
- А я - музыкант и консул! - Вспомнил Раст забавный каламбур о том, что любой член Консульта де-юре является консулом. Подумав, решил, что имя своё скрывать не собирается ("По крайней мере будут знать имя своего убийцы."), а с кем он разговаривает узнать всё-таки надо, и добавил. - Зовут меня Раст Ваалтер! А тебя как, рожа третья?

Нарочито ехидный тон первого апостола тек через ренегата как через сито, а на дне валялись легко распознаваемые кусочки. Эдакие занозы, норовящие впиться поглубже в чей-нибудь не битый камнями зад.

- Раст, малец Раст Две струнки? - Память вообще редко подводила Азгейма, а память на знакомых не отказывала никогда. В голове мгновенно вспыхнуло имя и знакомые прозвища, шутливые и преуменьшительные. Малец, хотя и почти равногодка, старшие послушники имели вредную, ничем не выедаемую привычку подчеркивать свое превосходство над новисами подчас весьма жесткими способами. Человеческая черта, не обошедшая стороной даже сообщество магов. Личностная манера поведения Галабарта имела родство скорее с игривой помпезностью, дальше игр он никогда не заходил.

Собственно, с проявления этого своего свойства духа и началось знакомство тогда ещё старшего послушника с новым членом консульта, родом из трущоб. Ваалтер был не той личностью, которую хотелось бы встретить после долгих лет бегства. Последние воспоминания успели замутнеть под корочкой новой жизни, но все же умудрялись крепко ущипнуть память через солидную преграду из годов отрешения. В нем, Расте, успело кое-что поменяться, безусловно, по крайней мере, ренегат видел его будто бы утолщившуюся ауру, пропитанную абстрактными символами опыта, внешний вид, сильно повзрослевшее лицо. Хамоватая, задиристая манера держать себя практически во всех ситуациях. Азгейм даже знал, откуда она, по большему счету, повелась.

- Раст Ваалтер - Произнес эмиссар на тон тише прежнего, так, словно пробовал это имя на вкус. Странно, что Ауранг так и не назвал имени апостола, или Азгейм просто не стал утруждать себя, расспросами? Зачем ему было знать имена каких-то церковников? Людей, которым интеллект заменяла вера, а чистый прагматизм - порочные стремления, оправдываемые этой верой? Апостолы, как власть имущие, отличались от стада, но все же, они были частью системы, противной душе Галабарта.
- Было у меня когда-то имя - Теперь голос мага звучал на иной лад. Если звуки можно было бы окрашивать в цвета, его цветом был бы грязно-зеленый с росчерками черного. Такой же едкий и нарочито-гадостный. В комбинации с застывшей, горделивой позой, он заставлял Азгейма выглядеть несколько гротескным.


Сообщение отредактировал Giks - Воскресенье, 2012-02-19, 0:42:25
 
RiDДата: Суббота, 2012-02-18, 11:55:03 | Сообщение # 65
Группа: Проверенные
Репутация: 692
Статус: Offline
- Прежде чем меня вынудили запятнать мое призвание, оно у меня было. Вернее даже, я носил его и не прятал в опаске, что кто-то его раскроет. Имена меняются Раст, как люди. А забытая магия, она как катализатор перемен, в особенности тех, которые касаются естественной природы. Для вас я - Эмиссар. И в тебе я вижу не апостола, а мага Алебастра, решившего измазаться в дерьме, ловя шакала за хвост.
«Азгейм. Азгейм, это ты, гребаный засранец. Ну, получил ты свободу. Но что ты с ней сделал? Просрал ты её, вот что.» - подумал Раст, поняв, наконец, с кем он разговаривает.
- А я помню этого урода. Ты его ещё сдал. Жаль, что тебе тогда не поверили. - Произнёс старший маг, бывший соратник Ваалтера. Он-то ему тогда поверил, но веса ему не хватило, чтобы спорить с начальством.

«Да уж, жаль. Надо было тогда упорней быть. Покопаться в твоих вещах, может, что нашёл бы и тебя взяли б. Тогда бы сейчас не умирали люди из-за чьего-то идиотизма, а наши всадники уже нашли бы говнюка — он не мог телепортироваться далеко — и кончили бы. Но в одном ты прав. Я действительно измазан в говне. Но об этом поговорим позже, если это позже для тебя настанет.»
- Ну-с, посмотрим, как он себя поведёт. - Пробормотал себе под нос Раст и медленно пошёл вперёд. Поняв знак, за ним двинулись маги и Сандро. Следом зашагали солдаты, закинув на спину арбалеты. Всадники смешались, не зная, что делать: вроде бы и идут прямо на них, и вон - у всех руки на рукоятках мечей - но в атаку таким прогулочным шагом явно не ходят.
Старший маг извлёк откуда-то из недр одежды подозрительно выглядевшую самокрутку, закурил.

- Так что там с графом? - Спросил его молодой.
- А. Так, говорит лекарь, мол, дрочить ему надо перестать. А тот, ещё удивившись так: «Почему?» - Продолжал анекдот волшебник, умудряясь одновременно следить за врагом, держать на готове образы и говорить с неподражаемой интонацией. - «Да потому, что это мешает мне вас осматривать.»
Оба чародея рассмеялись грубым, хриплым смехом.

- Эмиссар! - Начал Раст, продолжая идти. - Кому, как не тебе, знать, что на самом деле люди не меняются? У тебя могли появиться другие привычки, навыки, манеры, но в глубине ты - всё тот же. Только ещё плотнее заматываешься в пафос, как стыдливая девка в одеяла, когда её застали за непотребством. Чего ты стыдишься? А может, боишься? - Раст произнёс это всё без малейшей иронии или сарказма в голосе. Азгейм должен был понять, что разговор серьёзный, и, несмотря на не самые уважительные сравнения, никто не собирается провоцировать его или насмехаться над ним.
- Кого ты искал среди нас? - Произнёс он резче, переходя к делу.

- Ты уже должен был понять, коль твой ум позволил тебе дойти до таких ступеней - Раскрытый собеседник Раста слегка дернул головой, будто бы очнулся от полудремы, застигшей его в самом неожиданном месте. – Ох, как мне стыдно. Он думает, что я сейчас не играю, но насчет страха точно подметил, черт его дери. – По привычке, Азгейм испытывал не слишком приятные эмоции, когда его чувства улавливали.

До снятия мантии, когда он не чувствовал себя жертвой охоты, ему бы даже польстило, что один из бывших товарищей умеет разбираться в его ощущениях и характере. Сейчас это больше напоминало, как ищейка изучает и пытается понять повадки своей цели. Но, как минимум в двух вещах Раст допустил промахи. Азгейм действительно был не тот, не настолько тот, так, хорошо сохранившаяся шкура да кости под ней, но вот плоть.

- Трудно отказать любимому удовольствию после нескольких лет испытаний. - Азгейм теперь даже не пытался скрыть лицо. Понимание, что только что кто-то его узнал, спокойно текло через мысли. Галабарт попытался ухмыльнуться. Правда, уголки губ свела небольшая судорога и улыбка так и не наползла на них до конца, мешали знакомые лица.

- Сотня шагов. Ты умеешь считать Ваалтер, но если математика тебя подведет, тремя урожденными станет меньше. Или, как минимум, одним апостолом. - Намек был лаконичным, холодным, и угрожающим. Ренегат черпал твердость из своей самоуверенности, прораставшей в каждом маге под светом его дара. Возможно, вполне допустимо, что у старого знакомого одного из братьев апостолов имелся способ осуществить сказанное. Молчаливым подтверждением угрозы выступили две гончие, вставшие перед Азгеймом. Глаза их оставались все также равнодушными. Взгляд профессионального убийцы. Точечную защиту Гальвы эмиссар даже не думал снимать.

Раст мысленно улыбнулся. Он дал понять Галабарту, что не боится его. Азгейм повёл себя с точностью до наоборот. Действительно боится? Значит, у него ничего нет, он почти беззащитен, кроме вот этих сверлящих глазами... людей? А может, хочет произвести впечатление беззащитности?
Скрипач пожал плечами, мол, если уж старый друг хочет, и остановился. Улыбнулся, теперь по-настоящему, даже искренне.
- Магистр. Его ты искал? Если так, то ты опоздал.

Единственное что мог почувствовать в воздухе абсолютно каждый, это напряжение. Оно уравнивало всех, но не во всем. Только урожденные могли видеть сверкающие образы и ауры, почти соприкасающиеся друг с другом, и понять, насколько ужасным местом может быть это крохотное пятнышко на карте пустыни в течении считанной минуты, всего то и нужно, сорвать с цепи свой потенциал.

- Не нервничай, отбрось страх. Разем не плоть, колебаться ему недозволено– Второй глас разума, более всего близкий к рассудку, не замедлил оказать свою всегдашнюю поддержку. Прагматизм и холодность с толикой отрешенности, о да, вот этот сплав черт, в которых он остро нуждался. Проводник здравого смысла, лучше всего знавший, как применить его аналитические способности, сейчас успокаивающе шептал. Смысл шептаний лежал в обстоятельствах, в ситуации, в которой, если бы даже они, потенциальные враги, томились необузданной жаждой мести, все равно бы не попытались убить его. Им хватало разума, чтобы понять - этот путь, на котором все они стояли, слишком труден, и непредсказуем. Доводы лежали на поверхности. Противная сторона их и не скрывала, напротив.

Знания, знания, подхваченные с тлеющего пергамента, неизвестные им, они помогали чувствовать себя сильнее, подобно вливающемуся в кровь адреналину. Ещё одна пара глаз, природы, далекой от людской, дополняла обычные глаза и взор мага, позволяя вникать в любопытные подробности, окружающие его, но перекрученные, выходившие как бы, не совсем правильными. Здесь ближе сравнение с выпуклой линзой увеличительного стекла, имеющей несколько трещинок в своей сердцевине, да ещё с довольно мутноватой поверхностью. Осмысление дикого течения совершенно чуждых способов понимания отнимало много времени. Приходилось пропускать их мимо себя, чтобы не угодить в полный ступор, но и это не помогало, как хотелось бы.

- Я вижу - Сдержанно ответил маг. Легкая заторможенность реакций смущала и беспокоила Азгейма. - Но я бы на его месте не стал отлучаться, когда где-то поблизости маячит охочий до садизма повелитель, мм. Полагаю, он готовил нечто вроде ловушки, вам обоим, так. - Вопросительного тона в голосе эмиссара даже не звучало. – Хреново мое состояние. Хорошо воображение мне не отказывает. Не виси у меня боевые образы, очевидно, свою беседу они вязали бы иначе. – Опасения вызывал второй мотив: охоту за ренегатами никто не отменял, а ведь его минутами до того, раскрыли. Азгейм суетливо копался в рое тревожащих умозаключений.

Расту очень, очень сильно хотелось дать Азгейму по роже. Единственное, что его сдерживало - смерти. Жизни солдат, которые неизменно погибнут, начнись бой снова, не стоили этого. Тем более, что появился шанс найти союзника, пускай и весьма временного.
Даже на такой жаре кожа Сандро оставалась болезненно бледной, а бурлящий внутри гнев лишь усугублял это, придавая ей алебастровый оттенок.

- Именно. Ловушку нам обоим, эмиссар. – Произнес он, внимательно следя за посланцем Ауранга. В серых глазах инквизитора заиграли недобрые огоньки, а по лицу прошла едва различимая судорога. – Этот щенок обвел нас вокруг пальца! – Наконец выпалил апостол Сандро - Или сказать точнее, обвели его покровители – так называемое “братство”. Тебе приходилось слышать о них, эмиссар?

- Братство? О том доблестном рыцаре, кроме его странностей, мне известно только о попытке устроить покушение на его "дражайшее" сиятельство.- Азгейм выказал сокровенную ложь. Давалась она легко, как только может даваться ренегату, жившего ею несколько лет. Тем более, состояла она частично из правды, в частности, прозвучавшие желчные ноты.- Братство, да - Тон Азгейма не был повелительным, но явно намекал на продолжение. Дальше звучало только молчание. По воздуху медленно плыли клубы дыма от растовой самокрутки.

- Да, Братство. - Откликнулся Раст и снова широко улыбнулся, как улыбаются малым детям и душевнобольным. - Если Азгейм хочет что-то узнать, то ему придётся, как минимум, попросить. Хозяину положения не нужно никому угрожать, чтобы напомнить о том, кто он такой. В конце-концов, правила элементарной вежливости никто не отменял. Перебил кучу людей и теперь ждёт, что ему выложат все карты на стол. Седной клянусь, в Консульте он был умнее.

Второй эмиссар фыркнул в ответ. Как минимум, он понимал, что выглядывало из под лаконичности Ваалтера. Через лицо Азгейма проглядывало некое неприятное чувство. Уязвление? Да, похоже на то.
- Одна из сил – Сказал он. Гадать тут было нечего. Похоже, наступала пора переговоров, снова... Все явственно склонялось к ним, ну или к бойне. Первое эмиссар любил, а второго лучше бы избежать. Ваалтер держался как глава совета перед собранием. То-ли потому что его самомнение попросту превзошло самомнение ренегата, то-ли он начал игру. Все они вели игру, и Галабарт, с самого окончания послушничества.

- Если есть желание, разумно его выразить. На что готов менять свои монетки, апостол Раст? Одолжение, взаимность, или предутренние ритуалы с помазанием?
- Есть такая штука, как вежливая просьба. Слово вообще ценится среди нас, испачканных в дерьме.
Азгейм было собрался ответить, прямо, со всем удовольствием и даже пылом . Подловить псевдо святца на его же, соблазнительно провокационные слова, а заодно опорожнить весь личный словесный запас, накопившийся у него касательно темы лживых клятв, пустых слов, дерьма и алебастровых мантий, благо, что все четыре категории в последние годы становились все более смежными.

- Братство. – С усилием сказал инквизитор, прерывая словесную перепалку старых “друзей” - Крайне обеспокоено засильем магов, особенно в священном воинстве. А если вспомнить, что они раздают кассумы и зачарованные мечи с магией телепортации, то это уже явно не какая-то мелкая разбойничья шайка. Глупо их недооценивать .– Сандро выдержал небольшую паузу, позволяя Азгейму подумать над сказанным. Он развел руки в стороны, словно очерчивая заваленное трупами поле боя. - Пока мы режем тут друг другу глотки, магистр и его покровители могут нанести удар куда угодно: Алебастровый Консульт, старшие офицеры, или даже…А’Рэль Благословленный, наш горячо любимый патриарх. – С издевкой в голосе добавил Сандро. – Власть вскружила ему голову, но все мы отличное знаем, что такие магистры долго не живут.

Азгейм поднял глаза. Он молча сглотнул все, что набрал было в горле. Впервые за все время разговора его взгляд нашел для себя ясную цель. До этого, как оказалось, он гулял по плечу истинного, справа от апостола Раста Ваалтера. Один из необъяснимых симптомов, которым сопровождались новые ощущения, начал атаку в самый неподходящий момент. Когда он во главе отряда мчался верхом на коне, уже тогда. Скверно. Острый душевный позыв ограничился смачным плевком в песок. Пара аметистов теперь сверлила глаза инквизитора, но единовременно смотрела через них, вдаль.

- Вот оно что. Насколько можно доверять вашим источникам... - Азгейм сделал заминку, вспомнив, что не знает имени второго апостола. Как бы то ни было, речь о новом, неизвестном игроке на карте противостояния великих сил, ввела ренегата в смятение. Не то чтобы это его вообще волновало, новость была нежданной.

- И куда только делся мой этикет. Мне не известно ваше имя, мистер второй апостол. Облегчите мою задачу, как называть вас в дальнейшем разговоре?
Ложь была бессмысленна. Его настоящее имя давно было раскрыто, так к чему тогда лишний маскарад?
- В пылу сражения иногда забываешь о хороших манерах. – С наигранной улыбкой ответил инквизитор. - Меня зовут Сандро. – Он протянул руку чуть вперед, но затем резко одернул. – Нет, пожалуй, обойдемся пока без рукопожатий. Что же касается источников, то вам, эмиссар, остается только принять мои слова на веру, а так же вспомнить об уже упомянутых побрякушках, полученных Роэмом. Вряд ли такие вещи могли заваляться даже в самых пыльных сундуках покойного де Лорта.

- Верно, верно. - Поддакнул Азгейм - А ещё, их предостаточно в хранилищах Алебастрового консульта – Логичное мысленное допущение. Вслух он его высказывать не стал, просто добавил в копилку. - Если всё так как вы говорите, похоже, что ни патриарх, ни вы его недооценили. Скажи, если вы, Сандро, все это знали, с чего вы решили устроить ему посвящение в свои ряды? Можно и не отвечать, союзников никогда не бывает много в борьбе за власть и прочие сопредельные понятиях. Или, вы сами готовили ему ловушку, а магистр просто оказался достаточно проницателен? Я, кстати, что-то не вижу вокруг его людей, которые бы должны были застать вас врасплох. Детали механизма, так сказать. Странно, правда?

- Странно? Ничуть. Врасплох нас должны были застать именно вы. Магистр стравил нас, как дворовых собак и сейчас готовится к новому удару. Кто знает, может он же станет для кого-то из нас последним. Но мы ведь не хотим, что бы Роэм победил?

- Мы? Мне лично нет дела, кто из вас победит - Не совсем, так, но вам об этом знать ни к чему. - Режьте друг друга, договаривайтесь и предавайте. Хотите союза? – Азгейм звонко щелкнул, воздев правую руку - Отлично, говорить об этом лучше напрямую патриарху, но я ему передам это предложение, как и все что вы сказали насчет магистра. В конце концов, он все решает в этих делах, а я, скажем так, связан с ним обязательствами. - Подытожил Азгейм.

- Если дело так срочно, я, пожалуй, потороплюсь, а то вдруг не приведи Арума, неверный возглавит Селефаис. Придется тогда, за безысходностью, молитвами циновку протирать.

- О, нет. – Покачал головой Сандро и усмехнулся. - Ты маг, эмиссар. Да и твои спутники. – Он кивком указал на сопровождавших его гончих. - Отнюдь не люди. Так кого же братство пустит под нож первым? – Не дожидаясь ответа Азгейма, он продолжил. – Патриарх послал вас уничтожить всех, кто соберется здесь и будет странно, если назад вернется лишь обескровленный отряд, да еще и с пустыми руками. – По лицу Сандро прошла тень. – А’Рэль сдерет с тебя кожу, лишь заподозрив измену. Хорошая ли это идея, возвращаться к нему вот так?

- Верно мыслит, нос по ветру, иного от шельмы из инквизиции ждать не приходится. Этого у них не отнимешь - Теперь глаза эмиссара уже не пытались пробурить в Сандро дыру, но скорее оценивали его. Между тем, Ваалтер и другие уцелевшие члены их свиты не выпадали из его поля внимания.

- Не сдерет - Уверенно заверил Азгейм. - Теперь ваша очередь мне поверить на слово. Желай вашей смерти О"Раэль, ему достаточно было выговорить четкий приказ, сопротивляться я, скорее всего, не смог бы, во многих смыслах. Я бы просто атаковал и даже не пытался с вами заговорить, но я заговорил.

– Короткая пауза. Азгейм использовал её, чтобы поменять позу вариантом по свободнее. - Хоть я и на положении слуги, у меня есть широкие полномочия, быть может, некоторые возможности. И не просто так. Он предвидел исход, сложившийся сейчас. За дурака я его не принимаю и вам не советую. В любом случае патриарх узнает о предложении. – Плечи второго эмиссара чуть расслабились. С сего момента он на долю слабее сопротивлялся неестественному полу-трансу.

- Как ты заметил, я немного не человек, и это определяет мои текущие мотивы. Ты случайно нашел один из их кусочков. В текущем положении, все что угрожает О'Раэлю, угрожает и мне, но суть не в устремлениях Братства и даже не в его нелюбви к магам и нелюдям, как вы говорите. В мире бывало много организаций, радикально настроенных и к тем и к другим прежде. Значит, с союзом и ситуацией разобрались. У вас есть ещё что сказать, Сандро? – Про себя Азгейм отметил, что непременно расспросит Ауранга о братстве, как только появится время.

- Обязательства, клятвы, долг. Все мы в той или иной мере связаны ими, но ты ведь не служишь ему по доброй воле, не так ли? Магические путы, крепчайшие из всех, но и их можно разорвать. Подумай над этим, эмиссар. О’Раэль не тот, за кого стоит сражаться и стоит умирать.

- Не имея представлений о путах, и связях, лучше о них не говорить. В противном случае слова могут звучат глупо, сир Сандро. -Я не предан О"Раэлю, мной не движут дурацкие идеалы. – И вот опять проплешина в словах, которую никто не торопился заполнять. - Ты не понимаешь, а я же не имею привычки объяснять хищникам, с какой стороны лучше вгрызться в соперника, чтобы потом оттяпать мне ногу, а то и что по больше. Предлагаю лучше тебе и вам всем, подумать над тем, в какой ситуации оказались вы. С одной стороны братство, с другой, Северные псы... Город, не желающий сдаваться, внутренние дрязги. У вас полно проблем. В частности, я знаю имя одной проблемы, и второй за ней, невидимой. За нами наблюдает одно существо, которое любит чужие страдания, если я не ошибаюсь. – Тиалар, вот ещё и Сиорос. Игроки, мешать которым сродни суициду - Патриарх говорил, что он непременно будет здесь, хотя я его и не вижу. Лучше нам поспешить, пока его самобытное мышление не обернулось чем-нибудь эдаким.

Услышав имя великого покровителя страданий, Сандро заметался глазами по пустынному пейзажу за спиной Азгейма, но не нашли ничего. Он слабо мотнул головой, пытаясь взять себя в руки.
- Братство и Селефаис - это наши общие проблемы, эмиссар. .. А тот, кто наблюдает за нами и вовсе непредсказуем. – Произнес инквизитор более тихо. – Но соглашусь, на этом стоит завершить наш разговор. Еще слишком многое предстоит сделать, а отпущенное нам время почти на исходе.
Особенно мое.
- Пронеслось в голове Сандро, когда он вновь взглянул на выгоревшее небо.


Сообщение отредактировал RiD - Воскресенье, 2012-02-19, 0:31:24
 
SEQFERДата: Понедельник, 2012-02-20, 0:25:39 | Сообщение # 66
Хлебушек
Группа: Проверенные
Сообщений: 254
Репутация: 2541
Статус: Offline
    Назар.
    [Лагерь Священного Воинства]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


- Добрый день, Лорд-Командующий. Я – мастер-инженер Воинства Джонатан. Вы хотели меня видеть?
- Да. – Громыхнул Назар, не снимая шлема. – Я прибыл проверить, как идет подготовка к постройке осадных машин по приказу Магистра Ролланда Роэма.
Коренастый и широкоплечий инженер со светлыми короткими волосами и густой бородой, сделал шаг назад и сказал:
- Можете сами посмотреть, Лорд Асад. С самого утра инженеры и рабочие получили материалы, и уже начали работу.

За спиной мастера-инженера действительно, вовсю кипела работа. Плотники с топорами, проклиная жару и яркое солнце, вовсю работали над бревнами, придавая им нужную форму, камнетесы терпеливо обрабатывали глыбы камня, а небольшая группка инженеров терпеливо ждала в тени небольшого навеса, косясь на своего представителя, который уточнит последние детали с доверенным лицом Магистра точные список осадных машин. Назар спешился с коня, и пошел посмотреть работу мастеров поближе. У наемника был некоторый опыт в осадной технике, которую он не раз видел в действии. Большинство различных механизмов, созданных для сокрушения неприступных крепостей, он видел собственными глазами, а иногда помогал обслуге этих машин. Удостоверившись, что работе никто и ничто не мешает, Знаменосец Мертвых вернулся к мастер-инженеру, который вернулся под навес к другим, и сказал:

- Отлично, господа. Вижу, что вы серьезно отнеслись к приказу Магистра. Сколько вы сможете успеть сделать осадных машин к началу осады?
Мастера переглянулись, и один из них вышел вперед и сказал глухим голосом:
- В такие сроки мы сможем сделать не больше десятка различных осадных машин, и возможно две осадных башен.
- Обещаете десяток машин? – Уточнил Назар.
- Обещаем-обещаем. – Кивнул безымянный инженер. – Нам нужны только названия машин, которые нужны магистру в осаде.
- Хммм. – Промычал наемник, вспоминая требования Ролланда насчет осадной техники, перед тем как они разделились. – Требушеты, онагры, баллисты, осадные щиты и павезы для армии и осадные башни. Есть вопросы, просьбы? Все ли у вас есть?
- Ммм, да, все материалы у нас имеются, мы постараемся управиться в срок, господин.
- Уж постарайтесь… - Пробурчал Назар. – Если не поспешите, я каждому из вас руки и ноги вырву. Всего хорошего.

После этих слов наемник направился к своему коню. Сев в седло, он направил тяжеловоза к своему новому шатру, и начал размышлять, ибо ему наконец выпали минуты спокойствия, когда никто его не трогает. Мысли его были обращены к тем событиям, что он наблюдал совсем недавно. Тревожные слухи о разрушении Севера, появлении нового лидера церкви Арумы, замирание торговли на всем Юге. Люди, жившие в переломные года инстинктивно чуяли что перемены будут скоро, и старались не выезжать из пыльных, но безопасных городов. Вспоминал как, лишившись работы, он протирал штаны в кабаках и борделях Верриса. И вспомнил тот день, когда его жизнь сделала лихой скачок в сторону.

Назар не смотря на мнительность, никогда не свою жизнь дальше чем на день, и реагировал на угрозу, только тогда когда она явилась. Поэтому он и не смог представить себе, что будет в тот день, когда он пришел на казнь ренегата Алебарстового Консульта, смотреть как Раст Ваалтер пытает и убивает предателя, что город в течении нескольких часов падет под атакой Воинства, и то что он попадет в самую невозможную историю. Наемник вздохнул, и глянул на испепеляющий диск солнца. Глаза машинально прикрылись, но Знаменосец Мертвых не практически почувствовал того жара, к которому он привык с самого детства. Лишь где-то на задворках сознания он ощущал что сегодня очень жарко, особенно в громоздких латах. И все это стечение обстоятельств и того что он доверился Старику. От одной мысли об этом создании ярость захлестывала наемника полностью. Он припомнил равнодушное лицо Демиурга, там, на продуваемого ледяными ветрами Храме, в горах Имана. Вспомнил последние мгновение жизни, когда его тело излучало тепло и жизнь, когда он дышал и чувствовал, был человеком. Ныне же он не более чем труп человека, живой и мыслящий, но труп. Он стал сильнее, чем при жизни, но что сила значит перед самой Жизнью?
С такими мыслями он добрался до шатра Лорда-Командующего, спешившись с Дахдаха, оставил его у входа. Сев во главе небольшого стола, заваленного чертежами и бумагами, он прикрыв лицо латными перчатками, и очень тихо самого себя спросил:

- Что же со мной случилось? Почему?

Обычно он не любил слишком много думать о чем либо, но смерть немного поменяла приоритеты в «жизни», заставили больше думать о своем прошлом и будущем. Внезапно среди ворохов мыслей и воспоминаний, в его голове появились лица самых близких людей во всем мире – его родителей. Они научили его жить, дали ему возможность самому выбрать свою стезу, и не смотря на неодобрение, любили его и хотели помогать. Научили его тому, что если он не может что-то поменять, то не нужно беспокоиться и горевать – такова судьба, которая потом может дать шанс, даже один из миллиона изменится. С этим девизом он пожил долгие годы, работая мечом за звонкую монету. И вот судьба сделала кульбит, переворачивая всю его жизнь с ног на голову.

- Шанс один на миллион? – Самого себя переспросил Назар, беря в руки небольшой железный кубок. – Если я стал мертвым, то этот шанс должен существовать. Иначе все в этом мире все бессмысленно. Борьба или ее отсутствие. И я сделаю так, что бы этот шанс будет одним на миллион. Никаким намали или Покровителям не остановить меня.

После этих слов он сжал ладонь в кулак, сминая металл кубка в неприглядный ком. Он решил для себя все, что его гложет. Теперь только вперед к победе, или к славной гибели. Время убивать тех, кто будет стоять на его пути и его спасителя, чью волю он сейчас исполняет. Недаром Повелитель Смерть назвал его Знаменосцем Мертвых. Он поведет за собой Смерть, что бы вернуть себе жизнь и славу.

- Лорд Асад!!! Лорд Асад!!! – В шатер ворвалась Лилит, громыхая своими латами, держа в руках черный шлем.
- Что случилась, подруга? – Спросил Назар выбрасывая ком железа в угол шатра.
- Я…там у реки, куда направился Магистр вместе с инквизитором и целителем, там..там произошла стычка с неизвестными…я как узнала сразу начала искать вас я…
Наемник молча шагнул вперед, взял за плечи женщину, приподнял над собой без видимого усилия и пару раз встряхнул ее.
- Спокойно, женщина. – Ледяным голосом процедил Назар. – Слушай меня внимательно – сейчас ты выйдешь из этого шатра и соберешь всю Гвардию и вместе со своими товарищами в полном облачении и оружии отправитесь туда, по моему приказу. Дальше мы посмотрим что там будет, ясно?
- Д-да-а… - Прошептала Лилит, когда наемник выпустил ее из медвежьей хватки. – А что вы будете делать, Лорд?
- Я, - Ответил Знаменосец Мертвых, вздохнув. – поеду туда и разберусь, что там творится. Главное, собери всех наших, и найдите меня там. Я придумаю, что можно сделать. Теперь иди.

После того как Лилит вышла, наемник поправил алую мантию, и сам вышел из шатра. Подошел к своему тяжеловозу, потрепал его по холке, взобрался на седло и сказал коню:

- Вперед, Дахдах! Наша судьба в наших руках, так завещал Создатель и его Пророк! Вперед!

Конь тяжелым галопом понес своего хозяина, который теперь перестал сомневаться. На скаку Назар вытащил из наспинных ножен меч Сокрушитель, который сразу засветился оранжевым светом. Скоро он сам все узнает.

Выехав за пределы лагеря воинства, наемник сбавил ход, чтобы окончательно привести мысли в порядок. Сейчас не время вести себя как мальчишка, который сломя голову готов ехать, не разбирая пути. Чудесная эйфория от того, что он все для себя решил, отошла на второй план, оставив достаточно места для практичности и многолетнего воинского опыта. Лилит была слишком взволнована, беспокоясь о том, что случилось с Ролландом, и ничего толком не сказала о нападении.

Наемник размышлял, кем могли быть те «неизвестные». Исходя из слов апостолов и великого магистра, он помнил, что и для Истинной Церкви, и для интересов молодого Роэма угрозу представляли лишь сам Ауранг под личиной патриарха и язычники из Сефелаиса, под руководством великих покровителей.

И кто из них решил нанести удар?

С лошади Назар заметил впереди реку и, не доезжая до нее, спешился. На том месте, где должно было проходить посвящение, виднелись следы недавнего сражения, темнели распластанные на песке тела, толпились люди. Он даже разлил двух апостолов со свитой. Назар несколько раз моргнул, присматриваясь к другой группке солдат. Среди них угадывались белые цвета воинов из Сотни Столпов, что уже говорило само за себя. Патриарх Священного воинства узнал об этой тайне врагов и послал слуг.

Взгляд наемника зацепился за трех необычных людей и один из них, в белом плаще, судя по манерам был магом. Но самое дикое и странное для наемника было то, что они не продолжили сражения, а разговаривали между собой. И уже собирались разъезжаться, словно ничего не было. Взглянув на бритый затылок инквизитора, наемник возвел глаза к небесам, словно прося у них помощи.

- Доведут они меня и все воинство со своими тупыми интригами и враньем до гроба! - процедил Знаменосец Мертвых.

Он вновь обратил внимание на мага и тех двух, что рядом терлись с ним все время. Буквально кожей он чувствовал в них нечто знакомое. Но что? С такого расстояния наемник не мог нормально разглядеть их лица, но и подобраться ближе не рискнул.

- А если так? – спросил самого себя наемник и крепко зажмурил глаза. Через удар сердца знакомое покалывание разлилось по телу, и он открыл глаза, которые теперь могли видеть незримое.

Те трое, которых он считал подозрительными, оказались вовсе не людьми. Среди разноцветных аур магов и безликих – простых вояк, троица выделялась едва заметными серыми пятнами, которые оставляли за собой дымчатый шлейф.

- Нелюди значит… - Наемник стиснул кулаки. – Вы ответите мне за все, Раст и Сандро. Кстати, о нем… - От Назара не ускользнула истинная сущность инквизитора. Его аура, в окружении ярких цветов аур магов, имела темно-серый цвет и шлейф, как у нелюдей. - Вот как. Финики от финикового дерева, что называется, – хмыкнул он. – Как вернусь, обязательно поговорю с ним на эту тему. А сейчас работа.

Назар увидел все, что ему требовалось, и пошел обратно к своему коню. Теперь в его голове начал складываться план. Довольно дерзкий и рискованный, но все же план. Неизвестно о чем парочка апостолов договорилась с теми нелюдями Ауранга, но он точно не будет их отпускать просто так. Он сделает все, чтобы сдвинуть объединение воинства с мертвой точки. Взобравшись в седло тяжеловоза, Назар повернулся и поехал в сторону лагеря, всматриваясь в горизонт.

- Ну, где вы… - бормотал наемник. – Время уходит…

Через пару минут на горизонте появились черные точки, видимые лишь ему и оказавшиеся гвардейцами великого магистра. В черных латах и при оружии – они выглядели грозно и обеспокоенно. Увидев своего командира, первый рыцарь послал коня в галоп. Подъехав поближе, всадник снял шлем и Назаром узнал Лилит. В ее красивых глазах читалась тревога.

- Мы прибыли по вашему приказу, лорд-командор, – отчиталась Лилит.
- Отлично, мы еще не опоздали, – сказал наемник, поглядывая на солнце. – И если вы уж мне подчиняетесь, говори «ты», вместо «вы». Не нравится мне такое обращение.
- Но…
- Если ты говоришь со мной, то ты говоришь только со мной, женщина! Мой приказ, а не общий, ясно?
- Да, ясно… - ответила она, удивленно рассматривая наемника.
- Сколько с тобой прибыло?
- Двадцать гвардейцев. Все, кого я успела найти в лагере.
- Отлично-отлично, – пробормотал Знаменосец Мертвых. – Теперь слушай мой новый приказ: пока меня не будет в лагере, за Гвардию отвечаешь ты, ясно? Все остальные обязаны тебе подчиняться. Следи за порядком и жди нас. До вечера мы должны управиться со всеми делами.
- Какими делами? – спросила Лилит, елозя в седле.

Назар аль-Веррисий показал в сторону притока реки Йешималь.

- Сейчас от того реки уехала группка противников, которые напали на Ролланда, инквизитора Сандро и Раста Ваалтера. Мы должны их настичь и быстрым наскоком взять одного из них. Уехали они недалеко, следы должны были остаться.
- Что с Ролландом? – Не скрывая тревоги в голосе, вновь спросила Лилит.
- Не знаю, подруга, - ответил Назар, вздыхая. – Я не видел его тела там, как и не видел его живого где-либо.
- Это значит что…что… - прошептала женщина.
- Это ничего не значит. Я узнаю, что случилось с Ролландом де Роэмом, и вернусь в лагерь. Пока меня нет, ты главная. Ясно?

Тем временем подъехали остальные рыцари. Один из них обратился к Назару:

- Мы здесь, лорд-командор.
- Хорошо. Езжайте за мной, весь план я расскажу по дороге. – Обернулся к нему наемник. – Лилит, вопросы есть?
- Что мне сказать, если тебя будет искать инквизитор или еще кто?
- Скажи, что я отправился на поиски Великого магистра, - пожал плечами Назар. – Езжай. А вы не отставайте, мы должны нагнать врага.

    Назар.
    [Пустыня, недалеко от Сефелаиса; день]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


- Кажется, впереди видна конная группа. Это они? - Спросил один из рыцарей, едущих в авангарде группы.

Наемник моргнул и пригляделся к далеким фигуркам людей истинным взором. Даже на расстоянии он смог разглядеть отдельные темно-серые пятна.

- Они, - сказал Назар. – Не забывайте, что я вам говорил. Ехать рассредоточено, приближаться только на расстояние выстрела арбалета. Захват буду проводить я. Стрелять преимущественно в мага. Того, на котором белый плащ. Если он начнет колдовать, петляйте как можете. Ясно?
- Да, лорд, – разом ответили рыцари.
- Тогда начинаем.

Всадники ехали рысью, неумолимо сокращая расстояние до солдат патриарха, а едущий впереди Назар приглядывался к яркой ауре мага, ожидая, когда он заметит у себя в тылу неожиданных преследователей. Наконец один из солдат, едущих в хвосте кавалькады, заметил неизвестных.

- Тревога! – донесся крик до ушей Назара, и он немедля крикнул гвардейцам:
- Рассыпаться! Стрелять по готовности! Начали!

Назар вонзил шпоры в бок лошади и послал коня в галоп, на ходу выхватывая меч из ножен – клинок светился оранжевым. Позади гвардейцы дали первый залп из луков – стрелы били навесом, выбивая вражеских всадников из седел – и бросились врассыпную, отвлекая внимание от командира. К сожалению Назара, стрелы не пробили магическую защиту колдуна и его ближнего окружения, попросту сгорая в воздухе или рикошетя в стороны.

В ту же секунду вокруг засвистели металлические шарики, судя по крикам за долю секунд успевшие ранить нескольких воинов магистра. Повторный залп заклинатель сотворить не успел. Всадники сошлись в ближнем бою, а наемник на всем скаку врезалсяв чудом сохранившийся строй.

Назару уже доводилось совершать такие набеги, когда требовалось схватить определенного человека. Обычно, чтобы успешно похитить человека прямо из-под носа охраны, наемники устраивали засады или вот такие быстрые конные наскоки, когда жертву ранили или оглушали на месте, а затем под прикрытием уводили вглубь пустыни.

Схватив за горло ближайшего солдата, Назар с размаху кинул его в других, резким щелчком дал по лбу подвернувшемуся коню, отчего тот рухнул на песок. Как только маг – вокруг которого сверкали колдовские образы – оказались рядом, зачарованный меч пробил защиту и срубил голову бедного животного, отправив его хозяина на песок.

Неожиданно совсем рядом блеснула сталь и аль-Веррисий увидел женщину, шею которой украшал выцветший пурпурный шарф. Вокруг воительницы виднелась грязная темно-серая аура. Перехватив меч и сломав его у основания у клинка, наемник ударил незнакомку по лицу. С той силой, которая была отпущена Назару после смерти, этого хватило для того, чтобы ее вырубить. Схватив падающее тело и закинув его на лошадь, наемник развернулся и поскакал в сторону своих гвардейцев, молясь, чтобы в спину не ударили арбалетные болты или чего похуже.

- Отступаем! Возвращаемся! – прокричал Назар на ходу.


Сообщение отредактировал SEQFER - Суббота, 2012-02-25, 9:45:28
 
RorschachДата: Понедельник, 2012-02-27, 9:13:41 | Сообщение # 67
Темный Апостол
Группа: Пользователи
Репутация: 2237
Статус: Offline
    Сандро и Раст
    [Пустыня, недалеко от Селефаиса; день]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Стоя на пропитанном кровью песке, Сандро наблюдал за уходящим отрядом Эмиссара.
Еще один шаткий договор. Еще один узел на моей петле.

Он развернулся на каблуках и накинул на голову белый капюшон, стремясь хоть как-то укрыться от палящего солнца. В последние недели, его свет был противен инквизитору, он почти боялся его. Погруженные во мрак пыточные, каменные залы неприступных крепостей и плотные шатры были стихией Сандро, именно там он чувствовал себя сильнее, уверенней, был почти живым. Особенно если под рукой был вероотступник и подходящий инструмент.

- Филипп.

В землях Церкви его власть была почти неограниченна. Ему служили головорезы из числа послушников инквизиции, при нем были особые печати, заставлявшие трепетать как жалких кметов, так и влиятельных вельмож, но почти все это осталось в прошлом. Скоро все вероломные пакты потеряют свою силу - за дело возьмется холодная сталь. Прольется кровь, и крови этой будет много.

– Филипп. – Чья-то рука потрепала инквизитора за плечо.

Он резко обернулся, стряхнув руку с плеча, и посмотрел на стоявшего перед ним человека. Взгляд Сандро был сосредоточен на собеседнике, словно он впервые увидел его.

– Что за чертовщина с тобой происходит, братец? – Спросил Раст.

Инквизитор сжал руку так, что побелили костяшки. Нужно было сосредоточиться, отбросить сомнения. У него была цель и была вера. А большего и не надо.

– Ничего, Раст. Просто я немного…задумался. Перегруппируй оставшихся солдат и позаботься о телах. Я скоро вернусь.

Сандро нашел его там же, где видел последний раз – под тушей мертвого коня. Воин Сотни столпов все еще был жив, но давно бросил попытки выбраться – скакун перемолол ему половину костей.

– Больно, наверное? – Весело спросил инквизитор и опустился на одно колено рядом с ним.

Воин ничего не ответил, продолжая сосредоточенно смотреть на Сандро. Пот градом струился по его лицу, и каждый мускул был напряжен. Он наверняка испытывал нестерпимую боль, но не позволял себе закричать. Еретик не получит такого удовольствия.

Сандро отдернул плащ и снял с пояса длинный кинжал с тонким трехгранным лезвием, напоминающим иглу.
– Ты ведь знаешь, что это? – Спросил инквизитор, и сам ответил на вопрос. – Мизерикорд, кинжал милосердия. Некоторые говорят, что лишь это оружие не знает зла. – По его лицу прошла тень улыбки. - Я готов даровать тебе быструю смерть, если ты ответишь на парочку моих вопросов. Будешь упрямствовать – я начну резать. Аккуратно, не спеша. С толком. А потом оставлю тебя здесь, под палящим солнцем. От ран ты не умрешь, скорее от обезвоживания, или заживо сваришься собственных доспехах. – Инквизитор вяло пожал плечами. – Мне все равно. Так что ты выберешь?

- Т.ты много хочешь, предатель. – Процедил храмовник сквозь плотно стиснутые зубы. – Но я лучше останусь здесь. Так…тепло. – Его губы задрожали, словно он пытался улыбнуться.

Инквизитор провел рукой по воздуху, и воин зашипел, а затем начал дергаться, словно в припадке. Не обращая внимания на его агонию, Сандро продолжил выписывать причудливые круги и каждое его движение оставляло едва различимый шлейф в воздухе. Спустя какое-то время, он резко сжал кулак и воин из сотни столпов закричал.
Они всегда кричат.

Храмовник продолжал корчиться; на песок упали его черные волосы, а затем с головы начала стекать кожа, словно расплавленный воск, обнажая плоть и агонизирующие мышцы. Инквизитор внимательно наблюдал за пыткой, но ни один мускул не дрогнул на его бледном лице.

- Как вы узнали о встрече в пустыне? – Наконец спросил он.
- Нам прислали п..письмо. Но я не знаю,…кто. – Голос воина был тихим и прерывистым.
- Сколько ваших должно прибыть на рассвете?
- Около…тр..тр..
- Ну же! – Произнес Сандро. – Немного осталось.
- Тридцать мечей и один из ставленников…А’Рэля.
- Имя.

Воин лишь слабо мотнул изуродованной головой.

Вздохнув, Сандро опустил руку и перехватил стальной мизерикорд.

- Мне кажется, что Сотня Столпов – одни из последних достойных воинов в этом мире. В вас нет страха, нет сомнений. Но есть вера и самопожертвование. И именно они – главная добродетель. – Острая игла прошла между ребрами, ударив прямо в сердце. - Жаль, что это почти всегда остается лишь инструментом в руках мерзавцев.

Он задумчиво вертел в руках нагрудник от доспехов Роэма. Начищенный до блеска и выкованный из прочного метала, он надежно защищал носящего от вражеских ударов; может даже выдерживал попадание арбалетного болта.

Инквизитор недооценил противника, и именно поэтому магистру удалось уйти. Больше он такой ошибки не повторит.

- Архэн. – Обратился Сандро к стоявшему рядом с ним командиру. – Мне потребуется твоя помощь.
- Слушаю, Апостол.
Апостол. Как…забавно. Инквизитор протянул ему стальной нагрудник.
- Надень доспехи Роэма.

Воин свел вместе брови, но не стал возражать.

Сандро наблюдал за стенами Селефаиса, когда наконец, Архэн застегнул шелковый плащ с пылающим крестом и слабо лязгнул латными наплечниками. Он был готов.

Повернувшись к нему, Сандро придирчиво осмотрел броню и наконец, сказал:

- Весьма недурно. Осталась лишь последняя деталь – небольшое чудо.
Он приложил руки с обеих сторон головы Архэна. Он крепко держал его голову, ощущая, как сжался череп.
- Придется. Немного. Потерпеть.

Воин начал корчиться в судорогах, но Сандро не отпускал его, продолжая удерживать голову. Апостол чувствовал, как по нему проходит магическая энергия и, пульсируя, попадает через его руки в голову стоявшего перед ним человека. Он закрыл глаза и выдернул из разума облик магистра и почувствовал, как начали смещаться кости Архэна.

Наконец, Сандро расцепил руки и отошел на два шага от поникшего голову воина.

- Приветствую тебя, сир Ролланд де Роэм, великий магистр Священного воинства и рыцарь ордена Белой Розы. – Не без легкой иронии в голосе произнес инквизитор.

Архэн поднял голову и посмотрел на него чистыми голубыми глазами. Помолодевший, с аристократическими чертами лица, офицер не отличался от настоящего лидера священного воинства. Он был им.

Сандро зашагал вперед, и положив руку на плечо Роэма, сказал:
- Кони уже ждут нас, пора вернутся в лагерь. По пути мне придется еще многое тебе рассказать.

    Сандро и Раст
    [Лагерь Священного Воинства; день]
    [9-ое июня 1001-ого года]


- Роэм успел нас предать раньше, чем мы его. Мы не знаем, где он, когда и куда нанесёт удар.
Ровный голос Сандро принёс дуновение ветра тревоги в тёплую роскошь шатра Седны.

«Н-да, вот мы и в заднице. Годами учувствовал в игре престолов за других, а стоило начать самому — и стало ясно, что никаких уроков я не усвоил. Нужно действовать на опережение, предугадывать ходы противника... чем мы сейчас и занимаемся» - Подумал про себя Скрипач.
Блудница задумчиво покусывала губу.
- Что вы собираетесь делать?
Сандро и Раст переглянулись.
- Мы тебя спрячем. Есть у меня на примете одно укрытие, о котором никто не знает... пока. Но тебе стоит переодеться.

«Да, ловушки, которые по идее должны были охранять небольшое хранилище знаний, а теперь станут оружием в нашей партии. Зачем? Куда мы катимся? Не лучше ли было бы взять коня и свалить куда-нибудь к Туманному заливу, а оттуда взять корабль на Западные острова? Зарабатывать на жизнь лечением, а ещё лучше — игрой на скрипке. Но как долго это продлится? До первого мага, который увидит мою ауру? Волшебники без Консульта долго не живут. Да и сумею ли я отказаться от власти?»

Инквизитор понизил голос, заговорив шепотом. Так, что бы услышать его могла лишь сестра Пророка и Скрипач.
Когда он закончил, Седна кивнула.
- Другого варианта нет. Надеюсь, что вы больше не допустите подобных промахов.
Сборы не заняли много времени и, одернув один из скрытых пологов, троица покинула шатер.

Через полтора часа апостолы уже в привычном облачении сидели в шатре Раста. Лекарь, запихав в сундук весь дурман, который смог за раз вынести из своего убежища, разыскивал папку, данную ему Роэмом.
- Ты говорил, у тебя там есть нечто вроде ловушек? – Прервал тишину Сандро, задумчиво вертя в руках серебряный канделябр.
- Да, не нечто вроде, а именно ловушки. Всё работает, я их как бы «приподнял», чтобы её не убило, пока она заходила внутрь. «А внутри у нас много интересного, - думал Раст. - Особенно, если пройти прямо или направо по коридору. Сомневаюсь, что там всего лишь пустые катакомбы. Эх, было бы время всё это выяснить...» Ага, вот оно, - сказал Скрипач и извлек из под горы книг внушительного размера папку.
- Если магистр замыслил всё это ещё тогда, то всё это, вполне вероятно — подделка.
- Попытка – не пытка, брат мой. Проверю её на парочке вельмож, как появится время. – На прощание бросил Сандро и покинул шатер.

Проводив глазами инквизитора, маг растянулся в кресле и блаженно улыбнувшись, взял в руки скрипку.


Сообщение отредактировал Rorschach - Воскресенье, 2013-03-17, 2:38:49
 
TillienДата: Среда, 2012-02-29, 8:29:41 | Сообщение # 68
Костоправ
Группа: Проверенные
Сообщений: 3
Репутация: 1233
Статус: Offline
    Малик и Аиша. «Покровители».
    [Селефаис; Третья Башня Имана]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


– Малик ибн Рад, покровитель костей и убийств. Ты получил приглашение от моего гонца и пришел сюда, чтобы скрепить свое участие в нашем договоре?

Аиша аль-Йешиа фривольно разложилась на золотом троне, подложив под себя подушку и закинув ноги на поставленный впереди табурет. Сандалии валялись рядом, а голым носком она указывала на иманима. Меж двух указательных пальцев жрица держала метательный нож. Малик знал, что она прекрасно обращалась с ними еще с детства.

– К чему такой пафос?
– Ты отобедал моим учеником, Малик ибн Рад, - нахмурилась покровительница песка и крови. Малик изогнул брови в недоумении. Аиша усмехнулась. – Он был ужином, которого ты меня лишил. Никто из нашей братии не откажется покровительствовать убийствам. Разве что стоило дать ему освоить еще пару фокусов, а потом съесть – и у тебя было бы больше сил.

Из-за колонн по бокам зала, где они находились, раздалось деликатное покашливание. Несколько человек в белых одеждах чего-то или кого-то ждали, заставляя ибн Рада инстинктивно напрячься, ожидая подвоха со стороны покровительницы. Но никакого подвоха не оказалось. Девушка лишь махнула рукой, подзывая пеструю процессию жрецов.

– С большинством из них ты знаком. Вон тот лысый старик – друг моего погибшего учителя и покровитель золота, - аль-Йешиа кивнула ему, а он кивнул в ответ. – Этот трон, кстати, его авторства. Тот, что с рыжими волосами – покровитель огня, а скрывающая лицо за вуалью – покровительница воздуха, бывшая пассия учителя и моя единомышленница в деле убиения выскочки де Вассы. Ну и Малик ибн Рад, небритый покровитель костей. Все в сборе, чтобы скрепить договор.

Четырехкратное «Да!» подтвердило ее слова. Лишь Малик не знал подробностей происходящего, и выражение лица тут же выдало его Аише. Жрица вздохнула.

– Никто из нашей братии не откажется от еще большей толики власти. Я думала, что и ты тоже. К тому же ты весьма приближен к великому покровителю Ихримасу, да будет он жить вечно, так что мы решили привлечь тебя в свой кружок заговорщиков.

Четверо иманимов смущенно кивнули. Все они знали друг друга долгие годы, но общность во мнениях снисходила к ним крайне редко. И это, как понял Малик, был не тот случай. Все решила аль-Йешиа.

– Заговор во время осады?
– Вернее будет сказать: перегруппировка. Уверена, что великий покровитель одобрил бы мои действия. В конце концов, мы делаем это для его блага.
– Делаем что?
– Пир. Даже два. – Все рассмеялись. – Сегодня вечером мы соберем всех покровителей Селефаиса на пир во славу пророка Имана, а потом убьем их. Тогда-то и начнется настоящий пир. Думаю, что проще будет отравить, но рыжик любит жаркое, а старик опасается есть отравленное мясо. Как считаешь?
– Я…
– Впрочем, неважно, - Аиша аль-Йешиа посерьезнела. Встав с трона, жрица приобрела вид величественный и жестокий, а малахитового цвета глаза зловеще блестели. – Дело в ином. Малик ибн Рад, либо ты идешь с нами, либо не мешаешь. Можешь даже увести своих дражайших детей и любовницу подальше отсюда. В ином случае мне придется покаяться перед Ихримасу и в твоем убийстве, жрец. А полы-то холодные! Где мои сандалии?


Сообщение отредактировал Tillien - Среда, 2012-02-29, 8:29:55
 
ИнтелДата: Воскресенье, 2012-03-25, 9:25:53 | Сообщение # 69
Ordo Rolepleus
Группа: Проверенные
Сообщений: 16
Репутация: 1703
Статус: Offline
    Анкель, Мортарион, Люций, сир Глау. «Аккрекция».
    [Селефаис. Тоннели за городом]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Растянутость суставов и костей отразилась на изгое, ставшем проводником великого магистра. Ранее толстый и низкий - он вытянулся, приобретя знакомые формы, как у подсвечника; глаза отдавали холодом и весенним льдом. Повешенный был уже здесь.

- Рад приветствовать магистра в этих подземельях. Как и вы, я здесь лишь гость, но удачно устроился при одной хозяйке. Ваше послание мы получили, только гонец немного пострадал. Мне сообщили, что вы хотели поговорить с нами. Именно с нами. - закутанная женщина склонилась в низком поклоне.
- Также рад вас видеть. Должно быть вы удивлены этой встречей, но в жизни полно дверей, которые не отворяются, когда ты в них стучишь, - не меньше, чем тех, которые распахиваются, когда ты этого не желаешь. – Висельник сел на обломок колонны. – Думаю вам интересно, зачем вы здесь.
- Да, магистр. Но прежде, позвольте узнать как мистер Моорз?
- Неожиданный вопрос. Женился. Скоро дети будут.
- Это хорошие вести, магистр. Дети всегда хорошо. Новая жизнь. Надеюсь они умрут после него, как внуки его умрут после его детей. – Рыжеволосый герольд снял ткань с лица и улыбнулся. - Но разве так просто было нас найти? Как мы поняли - вы давно не бывали наверху, а ещё так удачно забросить Исаля вслепую. Он потерял лишь руку.
- Бросьте. Я давно не магистр в формальном понимании этого слова, какое вы хотите вложить. Ваши ауры, которые обычно служат надёжной маскировкой, коли поискать, выделяются сильнее, чем у обычных магов или людей. Именно своей обыденностью. На ограниченной территории, естественно. Так что ваши три ауры видны в городе не хуже аур трёх магистров на поверхности. Правда, их осталось лишь две. Люди всё также смертны.
- Как две? – удивление Мортариона явственно проступило в голосе маэглици.
- Самый старый светоч потух и, похоже, что не самостоятельно. Похоже, это был магистр Энли, как удачно подсказал мне Исаль. Я не всеведущ, я лишь искушен. Магистры рождаются и умирают. Это нормально. – Висельник слабо улыбнулся. - Вернёмся к тому, что повлекло потребность увидеть вас, посланник. Мне нужны ваши услуги. Примерно такого же рода как Королеве. Доставьте мне кое-что, а точнее кое-кого.
- Кое-кого?
- Да. Пришелец с другого плана. Эскехераль из дома первой матери. Притащенный сюда одним из консультов, он не так давно проявил потрясающие способности.

- Я сразу хочу предупредить, Висельник, контингенсным условием моих отношений с моей нанимательницей является голова этого демона. Личные счёты - volens nolens - я должен её предоставить.
- Эмиссар, вы зарекомендовали себя как умный и осторожный, почти даже как я. И даже видели ситуацию в Амахэме. Этот демон является носителем уникальных татуировок.
- Ну, в нашем городе есть умельцы. Могут набить что угодно. Зачем какой-то демон для этого?
- Ваши умельцы смогут набить татуировки, защищающие от любой магии? Сомневаюсь.

Висельник замер и, вздохнув, продолжил, напоминая дремлющий вулкан.

- Этот демон носит на себе татуировки способные защитить от магии, что истока, что несуществующего. И предвосхищая ваш вопрос – не советую делать из него себе одежду. Возможно, они работают лишь с ним и на нём. Второго Эскехераля у нас не нет.
- Что вы предлагаете?
- Доставьте мне его. Живым, целым. Он не один. Сколотил себе подобие какой-то религии. Судьба паствы меня не интересует. Наверное, вас волнует, чем я смогу отплатить. В каком направлении устремились бы ваши желания?

- Тебе со мною будет здесь удобно,
Я буду исполнять любую блажь.
За это в жизни тамошней, загробной
Ты тем же при свиданье мне воздашь.


Предвосхищая окончание последних слов, Висельник уже начал отвечать.

- Но я к загробной жизни равнодушен.
В тот час, как будет этот свет разрушен,
С тем светом я не заведу родства.
Я сын земли. Отрады и кручины
Испытываю я на ней единой.
В тот горький час, как я ее покину,
Мне все равно, хоть не расти трава.
И до иного света мне нет дела,
Как тамошние б чувства ни звались,
Не любопытно, где его пределы,
И есть ли там, в том царстве, верх и низ.

- Тем легче будет, при таком воззренье,
Тебе войти со мною в соглашенье.
За это, положись на мой обет,
Я дам тебе, чего не видел свет.


- «Что можешь ты пообещать, бедняга?» - повисла пауза. – Эмиссар, мне приятно общаться с образованным существом, но давайте ближе к делу. – Вежливо, но настойчиво промолвил Висельник
- Допустим, я захвачу этого иномирника. Передам его вам. Дальше?
- Я понял, о чём вы, посланник. – Висельник улыбнулся; холодно сверкнули синие глаза.
- Да. Вы готовы оценить этого демона в, допустим, солидный боевой отряд других демонов и изгоев? Речь, естественно, о колдунах и бойцах. Наверху сейчас…
- Мне плевать, что происходит на поверхности. Мне хватит сил отбить охоту лезть у любого в мои подземелья. – Он слишком внятно выговорил слово «мои», вызвав неприятные ощущения у некроманта. – Безусловно, я могу поделиться с вами подобными силами в обмен на Эскехераля. Можем даже посчитать это частью ответной любезности. В конце концов, вы изменили баланс сил в мою пользу.
- Вы не были разочарованы? Королеву удивление не постигло, а даже наоборот - ей досталась свобода. А вот ваше предположение оказалось ложным. Никто не рискнул от меня избавляться.
- Быть может, всему свое время? Древние были как всегда правы, выразив эти слова.. - хохотнул Висельник. – Всему своё время! – он наклонился вперёд с фанатичным огнём в глазах – Всему своё время. И всякой вещи под небом, а значит нужно ждать и делать. Делать и ждать. Я ждал и вы дали мне возможность окончить старые дела. Старые дела. – Впервые в этому существе проступило нечто кроме присущей древним мудрости. – Когда-то мы любили друг друга и этого не отнять. Всё окончилось кровью…хорошо, что это была не её кровь. – «подсвечник» осунулся.
- Вы говорили о части, магистр.
- Да, часть. – Секундное затемнение схлынуло, и вновь в исковерканном существе забил фонтан энергии. – Также я обладаю достаточно специфичной и неизвестной на поверхности информацией касательно магии. Глубоко конкретной информацией.
- Неудивительно, но зачем они мне.
- Продадите, например.
- Как насчёт клятвы консультов? Это надёжнее и практичнее.
- Это специфическая тема. Крайне. Но этой информацией я могу поделиться.
- А та информация это образы? – любопытство исследователя всё же начало распирать Мортариона – Ходят слухи, что вы были способны управлять временем.
- Может и временем.- магистр улыбнулся – Но это ложь. Другие говорят, что я причастен к образам основ или даже вознесения. Но и это ложь. Как и сами образы.

«Хитришь старый лис!»

- Как насчёт вашего личного участия?
- Хотелось бы этого избежать. Боюсь, тут уже вы должны предложить нечто сверху. В мои годы не тянет рисковать. Хах. И это я говорю мертвецу, скрывающемуся за масками. – Висельник довольно откинулся. Его спина прогнулась, и он замер частично наклонившись.
- Войска вы получите в любом случае, если доставите Эскехераля.
- Сразу уточним - войска подчинены лично мне. Не кому-то наверху. Приданы мне на время моих действий в этом городе. Не только на время осады. А, конкретно, пока я не закончу делать в городе и его окрестностях. Вы согласны?
- Да.
- Теперь поговорим о приятных бонусах. Некоторые хотелось бы получить заранее. Подчеркнуть вашу заинтересованность моей информированностью.
- Что ж это серьёзный разговор. Что вас интересует?
- Моей госпоже будет интересна судьба её собрата. Где Шетаар?
- Он решил сбежать. У него начались проблемы с головой от пребывания под землёй. Последний раз его видели у поверхности, ближе к осаждающим. Должно быть, он у них.
- Прискорбно. Что могли бы вы мне сказать о кинжале? Том самом. – маэглици выразительно понизил голос на пару тонов.
- Не имейте с ним дела. Ставки слишком высоки.
- Вы не встречали здесь ничего небезынтересного, что мешало бы?
- Странные твари в тоннелях, что ниже проторенных путей. Их способности меня даже немного заинтриговали. Если всё пройдёт удачно с Эскехералем – мне, возможно, пригодятся ваши услуги.
- Наши интересы здесь совпадают. Наш третий брат уже встречался с этими существами и я могу сказать нечто достойное внимания. – маэглици наклонилась ближе к повешенному магистру. – Кажется они уже давно здесь. Они выходят на поверхность в Хале-Ксераш. Вы можете помнить этот форпост. Сейчас это груда развалин, но…Туда разрешено входить лишь только посвящённым иманам. И ведь они даже возвращаются оттуда. Твари постоянно меняются. И они совсем не встревожили Ихримасу. Как будто он знал о них. Я считаю, что они связаны. Возможно, это какой-то проект покровителей. Слишком спокойны. Значит - много знают.

Висельник откинулся и, сложив перед лицом пальцы пирамидкой, начал тяжёло дышать. Это продолжалось секунд двадцать или даже тридцать, после чего повешенный, наконец, выдохнул и продолжил.

- Возможно…Благодарю за информацию. Я не забуду вашу помощь. Вас ещё что-то интересует?
- Природа покровителей.
- Люди и нелюди, которые совершили что-то из ряда вон выходящее и поплатились за это специфичным... наказанием, избегнув смерти. Ихримасу - ольи, который бросил своих собратьев в решающей битве с намали, а впоследствии вернулся как великий покровитель вместе с Демиургом и Архой. Цели мне не известны.

- Магистр, мне несколько неудобно спрашивать, но вы знаете много. Кем были Арума и Иман глазами очевидца?
- Никем. Они выскочили как подснежники. Никто этого не ждал и никто не понимал истока их силы. Даже сейчас многое остаётся в рамках предположений. Их вы и без меня знаете. Хотя в случае с Арумой – я погиб несколько раньше, эмиссар, чем он раскрылся. – голубые глаза блеснули застарелой ненавистью. – Тогда же был создан тот консульт из которого твоя магичка. Намали во главе с Тринадцатью Великими напали и уничтожили Йетораль примерно две с половиной тысячи лет назад, однако небольшое количество магов уцелело и объединилось с собратьями, бывшими тогда за пределами города. Они потратили сотни лет на бессмысленные скитания и поиск наследия Золотого Консульта, прежде чем наиболее свободомыслящие из них объединились с расширяющейся тогда наземной Империей, потянув за собой консервативных товарищей. Так образовался Серебряный Консульт, каким все его знают. Еще через годы на территории империи родился магистр – Элеазар Роу, выходец из лишенного земли дворянского рода – который встал во главе серебряников, став доверенным советников династии Каймов.
- Благодарю, Висельник.
- Вас проводят. Надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным.
Смятение царило в душе Мортариона. Слишком это смахивало на травлю загнанного в угол зверя. Заманчиво…

«Люди обычно травят енотов да лис собаками и называют это спортом. Ничего спортивного в этом, конечно, нет. Чтобы считать, что-либо подобное спортом, требуется особая извращенность. Впрочем, если вдуматься, люди извращены во многих отношениях. Они пытаются выдать это за честную схватку, но травля не имеет ничего общего, ни со схваткой, ни с честностью.»

    Анкель, Мортарион, Люций, сир Глау.
    [Селефаис. Тоннели за городом]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Люций Валериан Брут зевнул, потянулся, вытряхнул из сапог сор, отломил кусок хлеба, макнул его в сметану и с аппетитом вонзил в него свои пожелтевшие зубы. Он только недавно проснулся, прикорнув прямо на развалинах очередной крипты. Военная привычка спать в любом месте и времени давала себя знать.

- Я чудесно подремал. Пойдём - встретим твоих марионеток. Заодно, расскажешь о предложении Висельника.

Цепочка телохранителей и маэглици скоро растянулась. Люди, живые и мёртвые, шли, перебирая ногами, наматывая расстояния. В один момент цепочка резко сбилась на бег и понеслась, подгоняемая эмиссарам к поверхности. Где-то вдалеке мёртвые столкнулись с демонами.

Они почти успели. Отряд демонов почти уничтожил, укрепившихся в руинах какого-то подземного лупанария, маэглици, когда чаша весов покачнулась. Провожатые магистра уже погибли. Они приняли на себя основной удар. Пленные люди, освобождённые в ходе этой случайной стычки, решили умереть с оружием в руках - среди них даже нашлось несколько магов, а значит хватало и военных.

- Защищайте, Исмаила. – возглас Анкель отвлёк демонов. Охрана образовала строй, за ними расположились мертвяки. Те раскрыли ящики, что таскали с собой и быстро вооружались странными толстыми трубками.

Агнцы паствы Эскехераля с громкими криками, отражающимися от сводов, ринулись в атаку на пришельцев. В их рядах образовывались лакуны от колдовства пары магов Мортариона, но это никак не могло сдержать толпу. Топот лап, скрип когтей, сучение жвал, шипение - мир умещался в одной гудящей подземной галерее.

Когда до тонкой линии солдат Кайма осталось менее двадцати шагов - стены содрогнулись. Дым застлал глаза, в нос ударил резкий запах. Первые ряды демонов упали, растоптанные другими бегущими. Через мгновение ряды сшиблись.

Сражение распалось на серию кинжальных, мимолётных свалок. Подле Мортариона упала иноплановая тварь. Голова рогатого тигра на плечах обезьяны, ноги с громадными копытами, руки с когтями, скорпионий хвост. Изо рта его шел дым, сначала он стал прозрачным, затем снова обрел полную видимость, а после снова растаял и опять возник. С его когтей что-то капало — но не кровь, а на груди был обширный ожог. Воздух наполнился запахом паленой шерсти и горелой плоти. Удар хвостом – маэглици перед некромантом развалился на части. Следующий удар был уже прикрыт «Слезой крови». Вьюга ударов Анкель оградили некроманта от порыва твари. Где-то рядом Люций сражался с многоруким демоном. Нумен, используя тени, орудовал сразу шестью клинками, перманентно переходя в контратаки и тесня многоруких врагов.

Сверху упала лошадеподобная, пернатая тварь. Древко протазана под её массой сломалось и она приземлилась на Мортариона, втаптывая своими копытами его в каменистый пол. Некромант успел своим кривым бебутом взрезать ему брюхо; кишки обрушились на пол, как переванные макаронины; очередной удар копытом пришёлся в голову и она, вместе со шлемом, взорвалась точно перезрелая виноградина.

***


- Ты нашёл меня, Морт. Сколько уже прошло? Пятьдесят? Шестьдесят?
- Около того, Халагаз. Около того.
- Не осталось больше никого? Мы последние?
- Да. Последние.
- Такой же, как ты? - Безглазый демон повёл головой в сторону Люция.
- Только не обучался. А так да. – Женщина стянула с лица вуаль. – Мы последние кого обучал мастер. Ауры?
- Глаз у меня уже нет, но голова ещё есть. Не тяни. Ты знаешь правила. Это достойная смреть.

Красноволосая дева рассекла плоть демона около диафрагмы.

- Невидимой красной нитью соединены те, кому суждено встретиться, несмотря на время, место и обстоятельства. Нить может растянуться или спутаться, но никогда не порвется. Прощай, старый друг. – Она наклонилась и поцеловала его.

Мортарион погрузил кисть в грудину, нащупал пальцем артерию и с силой дёрнул её. Кровь полилась в грудину. Халагаз с булькающим звуком несколько раз дёрнулся и затих.

- Уходим отсюда.

    Анкель, Асма, Маира, Мортарион, Люций, сир Глау. «Апокриф»
    [Селефаис. Иноземный квартал. Штаб войск Кайма]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


- Не достаточно быстро. Минута отдыха и заново. – Лицо Люций блестело от пота. Он уже снял личину и повалившаяся охрана могла видеть его лицо, с чуть запавшими тенями под глазами. Юбка его доспеха неслышно шелестела при каждом шаге. – Я видел, что случилось под землёй и пока нам нужно работать вместе – буду вас тренировать. Иначе, вы подведёте меня. – Брут задержал взгляд. – Движетесь, как старики с радикулитом. – Люций пнул валяющего воина, точно свинью, пренебрегая его родовитым происхождением, оскорблением чести и прочей мишурой, что никогда не остановит заточенный металл. – Ну, разве кроме тебя, Клинок.

Анкель была единственным человеком среди имперцев, стоявшим на обеих ногах. Её грудь мерно вздымалась и, если не обращать внимания на стекавший ручьём пот и выделявшийся белизной рубец, она могла продолжить хоть сейчас.

«Пожалуй, не видя, что она сделает – валялся бы я»

- А ваши семьи не смогли обучить вас держать меч! Семеро не смогли справиться со мной, а что если бы я достал клинок из ножен? – Брут поднял на уровень середины кирасы ножны с мечом, которым ему так и не пришлось достать. – Это смешно. Ордино, Энкамп, Эскальдес, Канильо…Когда-то Империи давала настоящих воинов, а сейчас это смешно. – Брут прошествовал между валяющихся дворян. Эта пытка длилась уже более часа, но лучшего способа привести в чувство их он не видел. К тому же его мысли занимал запах сандала. Этот запах появился вслед за гостьей, что сидела вместе с немногочисленной охраной на скамье в этом дворике и внимательно наблюдала за ходом поединка. Последний раз она отметила победу ихримасу аплодисментами. Гостья, явно была из иманим. Густо увешанная серебряными украшениями, которые контрастировали с её чёрной, как уголь, кожей, она внимательно следило за каждым жестом нумена.

«Ничего особенного»

Имперская охрана начала подниматься. Брут отбросил пустые мысли о гостье и полностью переключился на охрану. – Уходя на войну нужно дать три обета. Забыть о дом, забыть семью и забыть жизнь. Вставайте.

***


Асма Фаваз аль-Валид медленно поднималась по лестнице. Уже здесь было прекрасно слышно, о чём вели речь внутри. Асма прислушалась к этому разговору. Уже привычному голосу Маиры отвечал незнакомый, низкий, немного шипящий голос. Иманим вслушалась в разговор.

-…теперь мёртв? Это сделали они? Крой, не мешай! – Раздался дребезг разбитой посуды. – Вот так всегда! Успокойся. Крой!
- Да. Магистром меньше. Надо будет просветить нашего друга, когда он придётся в себя. Это огорчит его, но… - голос стал неразборчив. Асма прильнула к двери. – В числе пленников было несколько солдат из Воинства и даже магов Алебастра. Мы с Брутом воспользовались возможностью. У них новая судьба и новая жизнь. Жизнь с прекрасной целью убить одного из твоих врагов. Мы решили избавиться от… - В помещении раздался истерический хохот.

«Она в конец тронулась. Как Исмаил мог выбрать её?»

Дверь скрипнула. Асма вошла внутрь.

- А вот и наша посетительница. Морт, познакомься. Асма Фаваз аль-Валид, наследница всего, что имел Исмаил в Селефаисе и Йешимале, его сводная сестра. По совместительству - покровительница серебра, жрица жертвенной башни Имана, наш главный союзник в этом городе.

- С чего бы мне ей верить? – от названного Мортарионом разило мертвечиной.

- Аиша опасна для меня. Блудливая сучка хочет обладать всем что было у Исмаила. Даже мной. – Асма закатала рукав, обнажив обожженную руку. Раздалось мелодичное позвякивание серебряных украшений. – Все знали, что она любит женщин, но никто не ожидал попыток изнасиловать равную. Только приход в город войск Кайма остановил её.
- Как трогательно. – в голосе Мортариона был слышен сарказм. - Но к чему она здесь?
- Аиша готовит пир. На него приглашены все иманим Селефаиса. Она что-то затевает. Я не пойду туда, сошлюсь на болезнь, но это временные меры.
- Она нужна нам. – Маира поставила белоснежный сапог на стул, выгнулась точно дикая кошка и продолжила. – Тихо, Крой! Иди поиграй. Не мешай. Так вот…- Маира взмахнула, своими вышитыми золотом, рукавами. – Асма, я решила покинуть дворец. Эмиссары немного пообщались с Ихримасу и мы приняли это решение. Чем ближе подпускаешь - тем короче нужен нож. В лагере же верных войск будет безопаснее. - Шрам на лице Маиры стал почти незаметным. - Скажи как ты говорил мне. Расскажи правду. Обо всём! О смерти, нелюдях, словах пророков Имана и Арумы, о патриархе и покровителях!
- Глупо когда посаженный на цепь пёс начинает защищать палку с цепью. Решайте свои дела. А после, если она захочет, я расскажу ей.

«Армия, какой бы огромной она ни была в пространстве, может оказывать противодействие лишь на коротком отрезке времени. Один же, ничтожный в пространстве, может распространить свое противоборство на многие и многие годы, если ему повезет и он преуспеет в передаче своего наследия.»


Сообщение отредактировал Интел - Среда, 2012-05-09, 3:32:41
 
TillienДата: Понедельник, 2012-03-26, 10:23:14 | Сообщение # 70
Костоправ
Группа: Проверенные
Сообщений: 3
Репутация: 1233
Статус: Offline
Один из самых больших моих постов в «ДнЙ» больше напоминает фанфик и отличается структурой повествования, которая доселе в ролевой не встречалась. Это позволило провести небольшой эксперимент и мимоходом раскрыть карты, которые столь долго оставались лежащими рубашкой вверх. Приятного чтения. И читайте подряд.

    Стэр и Роэм. «Спаситель».
    [Лагерь воинства; шатер]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


– Сколько?
– Пятьсот за голову. Золотом.

Они беседовали в полумраке шатра. Ричард, избавившийся от тяжести пластинчатых доспехов и оставшийся в провонявшем потом гамбезоне, раскинулся в кресле и делал вид, что интересуется скудной обстановкой. Через стол напротив него расположился великий магистр, хмуро смотревший на собеседника и бросавший короткие взгляды на выход. Недоверие витало в воздухе, как аромат забродившего вина. Не почувствуешь, пока не принюхаешься.

– Золото нужно, чтобы привлечь внимание. Любой верный мне солдат и без того почтет за честь избавить воинство от предателей. А когда я выступлю с речью – все будет кончено. К вечеру апостолов уже убьют.

Ролланд взял со стола исписанную аккуратным почерком бумагу и протянул рыцарю. Тот взял, пробежался глазами. Его губы искривились в недоброй ухмылке.

– Неплохо! – де Стэр отложил лист. – Вот только стоит взяться за дело профессионалам, а не фанатикам – и вы окажетесь в весьма опасной ситуации, магистр. Давайте я покажу вам простой фокус.
– Фокус?
– Просто смотрите.

Ричард, как настоящий фокусник, показал тыльную сторону ладони, затем сжал ее в кулак. На миг де Роэму показалось, что глаза гонца сверкнули. Великий магистр не сомневался, что среди Братства нет магов – с такими-то политическими взглядами! – но плохое предчувствие не давало ему покоя; когда де Стэр разжал кулак, там оказалась монета, тускло блеснувшая золотом.

– И что?
– Не торопитесь. Это обычный импер, отчеканенный в 987-ом году в Семписе. Весит семь грамм, из которых шесть – беспримесное золото, добытое на рудниках под Галеотом. – Он положил монету на сто. – Знаете насколько дороги войны, великий магистр? Обеспечение Священного воинства, договоры с торговыми гильдиями и королями, снаряжение Инквизиции и Сотни Столпов – все это встало патриарху в десятки тысяч вот таких вот имперов. У вас нет и десятой доли этих средств, а вы сорите деньгами, как загулявший наемник.
– Хотите сказать, что я вошел в долги?! К вам?!

Ролланд де Роэм ударил по столу. Стоявшие на нем серебряные блюда загрохотали, а на шум заглянул один из солдат, охранявших шатер снаружи. Одетый в кольчужную рубашку и лишенный опознавательных знаков – серый и безликий среди пестрого воинства, отчего сказать кому он служит было невозможно.

– Все в порядке, - гонец махнул солдату и тот поспешно вышел. – Да. Долги. Взять хотя бы те эмалированные черные доспехи, которыми вы снарядили свою гвардию. Или меч, который мы вам подарили. Или кассум. Или тот факт, что вы обрекли целый орден на смерть.
– Причем тут орден?
– Если вы потерпите поражение, то вместе с вами сначала погибнет гвардия, набранная из рыцарей ордена, а затем и сам орден. Думаю, что Эйк Белый не воспримет это со свойственной ему милостью. Он попытается отречься от вас и от ваших людей, а вместе с этим иссякнут последние деньги. – Ричард хитро улыбнулся. – Впрочем, я затронул долгосрочную перспективу. Или вы считаете, что после этой войны мир перестанет существовать?
– Не знаю, - прошептал ошарашенный Ролланд.
– Мир, конечно, изменится, война закончится, но вот причиненный ущерб останется. Тогда-то и вспомнят о великом магистре, который растратил огромные деньги и поспособствовал гибели людей от голода и болезней. Так было всегда. Возьмите хотя бы времена после триумфа пророка, когда банковским домам и торговым гильдиям пришлось объединиться, чтобы покрыть урон от военной компании. Если бы пророка не убил намали, то это сделали бы кредиторы. Какие бы легенды не слагали о могущественных колдунах и великих рыцарях, всем управляют деньги.
– Познавательно, де Стэр, - протянул великий магистр, заставив собеседника напрячься. – Вы точно принадлежите к рыцарскому сословию, а не купеческому?

Он рассмеялся. Его смех натужно подхватил Ролланд. Вечерняя прохлада шатра уступила место духоте. По лицу гонца потекли капельки пота.

– Я ведь из Братства. А мы ставим во главе угла практичность. Так что действуйте осторожней, великий магистр, а монету можете забрать – когда придет время расплачиваться, она вам пригодится.
– Что ж, по крайней мере, об апостолах вы можете не беспокоиться. А пришедших за деньгами… профессионалов неприятно удивит моя гвардия. Пока что они живы и они со мной.
– Пусть так.

Ролланд де Роэм не знал, что больше трети Гвардии Скорби погибли в столкновении с Азгеймом Галабартом и солдатами патриарха. Разорванные шрапнелью тела лежали на пропитанном кровью песке близ лагеря. Ряды рыцарей Белой Розы стремительно сокращались.

– Гвардия, - нахмурился Ричард. – Сожалею о гибели Эрхарда.
– И вправду. Очень жаль. Может, перейдем к делу?
– Покушение. Думаю, что будет лучше начать издалека. Вы в курсе, что происходит в лагере ортодоксов?
– Нет.
– Одно время назад Братство предложило свои услуги женщине, которую вы можете знать как Седну. Единокровную сестру пророка. Не спрашивайте, откуда я это знаю и чего мне стоило это узнать. Седна стоит за действиями апостолов. По собственной глупости она отказалась от помощи и сейчас должна будет расплатиться. Если не жизнью, то внешностью. Я ведь не сказал, что инквизитор отправил ее в убежище своего брата?

    Сиорос. «Ловушка».
    [Возле лагеря воинства; укрытие Раста]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


Ворона выклевывала глаза одного из погибших. Мужчина в кольчужных доспехах и тунике со знаком Истинной Церкви поверх распластался на земле, ухмыляясь вечернему небу кровавой полосой на шее. Для воинства это было обыденной картиной. Лишь вопиющее любопытство птицы вызывало у убийц стыдливое чувство неправильности.

– Знатная штуковина! - сказал один из них. Обмотанный черной кожей шар в его руке дымился, источая едкий запах. – Такую бы домой, а? Попугать своих.
– Она смотрит на меня.
– Кто?
– Птица, твою мать! Она на меня пялится.

Сиороса всегда отличало любопытство.

Он пытал людей и собратьев, он насиловал и убивал, он следил за инквизитором, оберегая его от такой вещи, как внезапная смерть – и все это время любопытство не давало ему покоя. У них есть договор и Сиорос не позволит Келмауру убежать умерев. Но упустить шанс и не навестить их хозяйку? Что случится за тот час, пока его не будет? Ничего.

И вот великий покровитель наблюдал, как неизвестные оттаскивают тела убитых телохранителей Седны. Убийц было двое. Вообще-то сначала их было трое, но теперь один лежал с арбалетным болтом в горле и братья ничего не могли с этим поделать. Тот, что держал в руке дымящийся шар, посмотрел на того, что вытирал нож об одежду и засмеялся. Смех был хрипловатым, отрывистым и больше напоминал карканье.

– Ну так пристрели ее, Вир! Арбалет вон у того! – он показал на труп, лежавший неподалеку от трех остальных. – Только быстрее! Я не уверен, что один из этих апостолов вдруг не решит проведать свою шлюху.

Что-то во взгляде птицы заставило Вира передумать. Сиорос никогда не был силен в колдовстве, но этого и не потребовалось – черные бусинки глаз внимательно рассматривали наемника, словно препарировали. Убийца не выдержал этого взгляда, сплюнул и пошел вслед за братом в открытые двери убежища, расположенные среди кустов.

Ворона попрыгала за ними.

– Хрен с ней, - махнул рукой Вир. – Иди первым, Кас. Я за тобой.
– Будем надеяться, что мы не слишком нашумели.
– А?
– Он говорил, что этой самоуверенной сучке даже в голову не придет, что кто-то решится на подобное, - пояснил брат.
– Ага, будем надеяться.

Они спустились по металлической лестнице – их шаги звонко отдавались по всему помещению – и оказались в широком коридоре, чуть дальше расходившемся в три стороны. Братья знали, куда им нужно повернуть.

– Слушай, а ты не думал, что будет… ну, потом?
– Потом?
– Ну, после штурма.
– Мы же договорились, Кас, - медленно и, акцентируя внимание на каждом слове, произнес Вир, словно поясняя для умственно отсталого. – Делаем все, берем деньги и сваливаем. Для нас никакого штурма не будет.

Ворона осмотрелась. Орнамент, украшавший стены, показался ей смутно знакомым и навевал воспоминания о тех временах, когда в его распоряжении были сотни рабов и десятки помещений, где проводились эксперименты. Каждое из них – просто на всякий случай – окружали ловушки, срабатывавшие на кровь, магические метки или движение. Сиорос подумал об этом в тот момент, когда впереди ярко-синим пламенем вспыхнула электрическая дуга.

Как и любая магия, образы электричества зиждились на законах физики. Стоило человеку отвлечься, наступить на подвижную плиту, сделать излишне широкий шаг, попасть под напряжение – и образовавшийся разряд мгновенно убьет нарушителя. Одежда Каса задымилась, но к тому времени он уже был мертв. Воздух наполнился запахом горелой плоти. Шедший за ним Вир вовремя успел отскочить и оказался лицом к лицу с Сиоросом.

– Надо будет нанести визит тому, кто расставил ловушки! - прошипел великий покровитель, чья темная морщинистая кожа и вовсе стала черной, а накидка медленно догорала. – А ты… думаю, ты составишь нам компанию! Я покажу ей, что можно сотворить с человеческим телом при желании.
– Шар…
– Что?!

Ответить Вир не успел.

Обернутые в кожу шары, висевшие на поясе упавшего Каса и наполненные пулвисом, измельченным кассумом и магической субстанцией взорвались, орошая коридор бритвено-острыми осколками. Жирный дым заволок коридор. Сиорос почувствовал, как его тело обращается в пепел. Последним, что он заметил, прежде чем упасть было направленный в него арбалет и девушка, его державшая.

Шары, висевшие на поясе Каса и наполненные пулвисом, измельченным кассумом и магической субстанцией с небольшим опозданием взорвались, орошая коридор бритвенно-острыми осколками и жирным дымом. Сиорос почувствовал, как сгорает его тело, обращаясь в пепел. Последним, что он заметил среди гари, прежде чем упасть, было направленное в его сторону ложе арбалета и девушка, его державшая. Именно ее привел сюда инквизитор.

Это была не Седна.

    Стэр и Роэм. «Спаситель».
    [Лагерь воинства; шатер]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


– У них пока нет названия. Просто выжимка из работ одного пропавшего алхимика и наши наработки. Например, измельченный кассум. Как оказалось, он теряет далеко не все свои свойства. – Настроение у Ричарда вновь стало прекрасным, к своему неудовольствию отметил Ролланд. – Седна скорее всего погибла, Истинная Церковь лишилась подлинного лидера, а апостолы вот-вот погибнут от рук ваших фанатиков, великий магистр. Все складывается как нельзя хорошо.
– Главной проблемой всегда был патриарх.
– Верно.

Ричард де Стэр встал и принялся расхаживать по шатру, раздражая Ролланда. Каждая проведенная здесь минута отдаляла его от участия в разворачивающихся событиях. Все могло выйти из-под контроля.

– Вы знаете, что с севера прибыл… колдун? – наконец заговорил гонец. – С севера, откуда вот уже многие месяцы нет никаких вестей. Прибыл и исчез. Вы знаете, что больше двадцати гвардейцев Сотни Столпов во главе с Амри де Каром вернулись раньше положенного и сейчас находятся подле падишаха? И это не считая его агентов-оборотней.

Имя показалось де Роэму знакомым. Он где-то его слышал. Слышал давно и мельком, когда и не был великим магистром, а мир казался гораздо проще. Или…

– Амри де Кар?
– Да. Главнокомандующий.
– Союзные войска! – догадался великий магистр. – Оборотень! Это из-за него я…
– Именно. За последнее время он обрел вес в глазах церкви и лично патриарха, - усмехнулся Ричард. – После взятия Хазры Амри де Кар путешествует вместе с Сотней Столпов. Убить одного патриарха очень сложно, а когда рядом с ним самый опасный из его псов?
– А маг?
– О нем ничего неизвестно. Пока, - слукавил Ричард, и рыцарь это понял. – Впрочем, мы знаем, что он будет присутствовать при завтрашней речи патриарха. Значит, вернуться колдун должен уже сегодня.

    Азгейм Галабарт. «Послание»
    [Вблизи лагеря воинства]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


Бывший колдун Алебастра, изувер жемчужных залов Глисса и второй намалийский эмиссар Азгейм Галабарт встал с земли отплевываясь и отряхиваясь. Его лицо посерело, волосы взъерошились, а белый плащ приобрел грязно-бурый оттенок – кровь убитой лошади смешалась с песком и пылью. Заслонив глаза от солнца – тучи постепенно улетучивались, и предзакатное светило последний раз в день припекало головы – он осмотрел окружавший его хаос.

– Где нападавшие?! – спросил колдун, обращаясь сразу ко всем.

Ему указали на тела.

Тут и там на песке виднелись убитые солдаты в эмалированных черных доспехах и верные патриарху воины – изрубленные, лежавшие в лужах крови, погребенные под лошадьми или разорванные в клочья. Азгейм поднял с земли стальной шарик, лежавший неподалеку от трупа и имевший его магический отпечаток – металл был темно-красным, липким и прекрасно совершил свою работу.

– Ноэми?
– Среди убитых ее нет, - ответил второй из гончих, с которыми он прошел дальний путь от хребтов Имана до лагеря воинства. – Ее забрали.

Из двадцати с лишним человек – и нелюдей, – которые пошли на посвящение великого магистра, в живых осталось только четверо, и все они были заняты, не обращая внимания на колдуна. Выжившие поступали как заправские солдаты: снимали с умерших доспехи и украшения, подбирали брошенное оружие, а один срезал кровавые трофеи. Панический всплеск адреналина быстро сменился будничной оживленностью и деловой практичностью, свойственной воинам всех времен и народов.

Казалось, что отсутствие Ноэми – Галабарту уже не хватало молчаливого общества этой девушки с фиолетовым шарфом – взволновало только колдуна. Даже ее собрат был бесстрастен и лишь ждал приказаний.

– Тогда отправляемся за похитителями, - пожал плечами Галабарт. – След у нас есть.
– Не можем, эмиссар.
– Почему же? – глаза колдуна блеснули фиолетовым пламенем.
– Приказ хозяина, - гончий замялся; ренегат знал, что их связь с последним намалийским Великим была значительное сильнее, чем у него. – Вы нужны в лагере. Скоро хозяин выступит с речью, и вы будете должны оказаться там, когда все начнется. Спасение Ноэми не значится среди указаний, эмиссар.
– А он сказал, что будет, если я откажусь?
– Будут проблемы, эмиссар.

    Роэм и Стэр. «Спаситель».
    [Лагерь воинства; шатер]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


– Что за речь?
– Думаю, что патриарх соберет Священное воинство, готовое пролить за него реки крови и поведет их на штурм Белого Города. Недели ожидания прошли.
– Разве воинство не постиг раскол? - усмехнулся великий магистр, который лишь усугубил противостояние ортодоксов и Истинной Церкви. – Или это часть плана апостолов, которую вы совершенно неожиданно узнали?

Ричард де Стэр посмотрел на Ролланда взглядом, который рыцарь Белой Розы никак не ожидал увидеть от человека, пусть и преданного идее Братства. Карие глаза взглянули на него так, словно перед ними было нечто недостойное внимания, не то, что ответа. Впрочем, эффект был мимолетным и де Стэр с присущей ему иронией ответил:

– Сегодняшняя ночь будет необычной. Очищающей, - разочарованно покачал головой Ричард. – Мы этого не хотели, но теперь уже поздно. Кровопролитие не остановить. Так что утром вы увидите совершенно иное воинство, великий магистр. Пусть и не такое, какое хочет патриарх.

    Ауранг. «Подарок».
    [Лагерь воинства; шатер патриарха]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


Амри де Кар поклонился хозяину. Широкоплечий гигант с совершенными чертами лица, он был одет в простую и слегка пыльную тунику, не соответствовавшую статусу патриарха и многих приводившую в замешательство. Ауранг погладил лысую голову – скорее по привычке, чем из необходимости – и приказал охране выйти. Намали и его творение остались одни в просторном шатре.

– Как все прошло в Хазре?
– Как и в Веррисе, хозяин. - Фиолетовые глаза гончего горели в полумраке, как маленькие факелы. – Все, кто хоть что-нибудь знал или догадывался, исчезли. Она не оставляет следов.
– Кроме тех двоих, что теперь вместе с ней. Келмаур и Ваалтер.
– Прикажете избавиться от них?
– Нет. Теперь ты всегда будешь при мне. Но одно задание у меня еще осталось.

Патриарх, босыми ногами ступая по ковру, прошел к стойке с оружием в углу и осторожно снял с нее невзрачные замшевые ножны. Изгиб давал понять, что вложенный в них меч – сабля или нечто столь же далекое от оружейных традиций юга. Ауранг с благоговением протянул их де Кару.

– Этот скимитар – подарок одного из последних намалийских некромантов. – Амри с шуршанием вытащил клинок из ножен. На зачарованной стали проступали затейливые руны, светившиеся синим. – Если получится, что мы проиграем – сделай так, чтобы меня им убили. Или убей меня этим скимитаром сам. Ты понимаешь?
– Да, хозяин.
– Отлично. Теперь убедись, чтобы Галабарт прибыл вовремя и подготовь все к завтрашней речи. Затем разошли гонцов, пусть соберут генералов и пригласят всех инквизиторов, которых найдут, включая Келмаура. Мне нужно передать печальную весть: великий магистр Ролланд де Роэм предал Священное воинство и перешел на сторону язычников. И теперь будет отречен от Церкви, Бога и Меня.

    Роэм и Стэр. «Спаситель».
    [Лагерь воинства; шатер]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


– Покушение будет совершено ночью. Эрзаль Ло – брат повешенной Джоанны – и апостолы, если будут живы, поведут людей на укрепления ортодоксов, а патриарх и его слуги будут вынуждены им противостоять. Тогда-то дымчатые шары и покажут свою полезность. Жертв среди простых солдат, конечно, не избежать.
– Нам ведь еще штурмовать Селефаис.
– Именно. Только представьте себе: из тридцати тысяч человек на стены пойдут лишь двадцать, а поля позади них будут усеяны могилами. Такова цена сплоченности, великий магистр. Вам ли не знать?
– Мне нужно предупредить своего знакомого. И гвардию. Назар и Лилит должны знать.
– Назар аль-Веррисий? Мертвый Верриский наемник, побывавший в прошлом? Не беспокойтесь, мои люди уже заняты этим, великий магистр.
– Сир?

Ричард обернулся. Раздвинув занавесь в шатер ворвались свежий воздух и солдат в имперской военной форме – Ролланд заметил скрещенные белые сабли, вышитые на стеганой куртке, - выглядывавшей из-под черного плаща. Гость поклонился де Стэру, затем великому магистру. Ролланд отметил, как напряжен гонец: вена на лбу пульсировала, по лицу тек пот, а сам человек старался не смотреть на Ричарда де Стэра.

– Вернулся гонец из Селефаиса, сир.
– Де Васса приняла предложение? – спросил рыцарь. – Или это сделала аль-Йешиа?

Солдат сдавленно кашлянул.

– Вернулась только его голова, сир, - он замялся. – Нам кажется, что гонец не смог добраться до магички или жрецы. Его убили еще в храмовом квартале. Отрубили голову, рану аккуратно прижгли, глаза выкололи, а получившееся привязали к лошади и отправили к нам. Повезло, что мы смогли ее перехватить.
– Прижгли?
– Так точно, сир.
– Напевы Войны… - прошептал Ричард, удивив магистра. – Ладно, теперь узнай, прибыли ли остальные гонцы. И принеси нам вина.

Посланник покинул их.

– Что-то не так? – спросил рыцарь Белой Розы.
– Да. Как видите, великий магистр, не все идет гладко. Надеюсь, что хотя бы вы не доставите нам сложностей.
– Сложностей?
– После ожидаемой гибели стольких высокопоставленных людей должен же кто-то встать во главе Священного воинства? А насчет Назара и своих товарищей не беспокойтесь. Я предусмотрел это и отослал людей еще час назад.

    Назар и Ноэми. «Допрос»
    [Лагерь воинства; шатер]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


– Я не бью женщин. Ты ведь женщина? Или это только маскировка?

Ноэми не ответила.

После рокового удара и дикой скачки по пескам они нашли укрытие в шатрах, некогда принадлежавших рыцарям ордена Белой Розы, а теперь – Гвардии Скорби. Снаружи, обдуваемые приятным вечерним ветерком, их покой сторожили гвардейцы. А внутри близость аль-Веррисия и путы, связавшие руки за спиной, не давали Ноэми надежды на побег.

Она сидела на стуле в центре шатра, в окружении других лежанок. Неприятный запах солдатских будней смешивался с ароматом ароматических масел, которые заглушали вонь гниения мертвого тела Назара.

– Будь на моем месте кто-нибудь другой, - вздохнул наемник, - тебя бы уже задушили твоим же шарфом.
– Я женщина.

Фиолетовые глаза девушки засветились ярче, а гладкая кожа лица начала трескаться и опадать, как осенние листья. Под ними открывалось невинное лицо девочки, которое омрачал лишь аметистовый блеск глаз. Она заставляла Назара усомниться в сказанном, но наемнику было плевать.

– Вот и отлично. – Он улыбнулся, потер усы. – Может, теперь ты ответишь и на другие мои вопросы? В конце концов, я делаю это ради всех нас. Вот как тебя зовут?
– Ноэми.
– Ага, Ноэми. Ты ведь одна из тех существ, что заполонили север?
– Да. Не совсем, но да.
– Что случилось там, на севере? Почему вы всех убили?
– Приказ хозяина.
– Хозяина?
– Ауранга, - замявшись, ответила Ноэми. – Он мстит. Тысячелетие назад предки тех, кто заселил север, участвовали в штурме Сола. Они убивали женщин, детей и стариков. Он поступил также.
– И теперь он хочет уничтожить воинство? Убить еще больше людей?
– Нет.

Назар спросил это просто так, считая, что уже знает ответ. И короткая реплика девушки заставила его ненадолго замолчать, думать, что спросить еще. За тканью шатра стражники с кем-то заговорили.

– И что он собирается делать? Откуда ты вообще это знаешь, Ноэми?! – спросил наемник. – Или это очередные игры?! Интриги?!
– Я подслушала. Хозяин разговаривал с первым эмиссаром, а я была неподалеку и все услышала. Они говорили, что…
– Первый эмиссар?
– Сифелла. Вис. Она…
– Кажется, я помню, кто она. – Воспоминания о безумном забеге по разрушенному намалийскому городу до сих пор трогали Назара своей простотой и очевидностью цели. – Что дальше?
– Хозяин знает о Великих Покровителях. Обо всех. Демиург. Ихримасу. Арха. Тиалар. Он знает о сговоре.

Аль-Веррисий по привычке выругался. Аккомпанементом с улицы донеслась еще больше страшная ругань, кто-то заговорил на повышенных интонациях, а затем раздался громкий смех. Назар старался не обращать внимания.

– Первый эмиссар сказала тогда, что нам не должно быть до этого дела, а хозяин ударил ее. Хозяин хочет остановить их. Для этого он и собрал воинство.
– Что такого собирается сделать Демиург, если даже намали хочет его остановить? – спросил Назар скорее себя, чем девушку. – Развязать очередной крестовый поход? Всемирный джихад? Что?
– Не знаю. Но… тогда хозяин оговорился, что идея должна принадлежать Ихримасу. Великий покровитель предательств был одним из ихримсу, а предки хозяина уничтожили Колдовской Легион… почему снаружи так тихо?

Назар аль-Веррисий затаил дыхание. Девка была права. Снаружи не раздавалось ни звука. Гвардейцы, стоявшие возле входа в шатер и постоянно переговаривавшиеся, замолчали. Казалось, что стих сам лагерь.

– Именем Пророка, что происходит?

Ответом ему стал звон тетивы. Стрела разрезала матерчатую ткань занавеси на входе в шатер и впилась Назару, загородившему Ноэми и вставшему напротив прохода, в грудь. Следом за этим внутрь вошли двое, оставив снаружи еще нескольких человек. Оба в черных латных доспехах, но аль-Веррисий и без того понял, что они не из гвардии. Кое-где на нагрудниках виднелись кровь, сколы и даже дыры, какие прорубает чекан.

– Вот дерьмо, - пробормотал один из них.
– Извините, что задели вас, - сказал другой. – А теперь, пожалуйста, отойдите. Он сказал не трогать вас. Только оборотня.
– Он? – спросил Назар, ложа ладонь на рукоятку зачарованного меча.
– Наш общий друг. Тот, которому вы подарили тело. Он благодарен за помощь и просит прощения за нанесенный визит, но дела не ждут.
– А если я откажусь?
– Он сказал, что ему жаль, что придется попортить ваше тело.

    Стэр и Роэм. «Спаситель».
    [Лагерь воинства; шатер]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


– И что? Пока мне остается только ждать? Лучше я займусь делами гвардии. В конце концов, Братство будет меня охранять, не так ли?
– У Братства есть и другие дела. Так что лучше вам остаться здесь на пару часов. Проведем время за беседой, великий магистр. Вас что-нибудь интересует?
– Если так, - хмыкнул Ролланд. – Расскажите мне о Братстве.

Де Роэм потянул вина из кружки. Красная жидкость действовало на него успокаивающе и благотворно, топя тревожные предчувствия в беззаботности. Впрочем, от великого магистра не ускользнул тот факт, что Ричард даже не притронулся к сосуду.

– Братство – это, как вам известно, радикальная организация, состоящая из аристократов, алхимиков, гвардии и всех, кто не доволен сложившейся ситуацией. А таких много, поверьте. И каждый вносит в казну те самые имперы, которые вы тратите.
– То есть недовольны магами.
– Именно. А теперь догадайтесь, кто стоит во главе нас? – рассмеялся Ричард.
– Какой-нибудь южный король? Регент с Западных Островов?
– Император! – гонец ударил кулаком по столу. – Сам Император Кайм! За спиной великого магистра Элеазара Роу, за спиной истинных магов, за спиной всей государственной машины! Понимаете?! Времена меняются, Ролланд! Совсем скоро любое магическое сообщество будет уничтожено и для этого даже не нужно будет проливать много крови. Сначала Империя! Череда указов, пара неожиданных смертей и какой-нибудь просчет одного из магов, который можно будет сфабриковать и использовать. Скажем, исчезновение города.
– Но Священное воинство…
– Император оставил его на растерзание тем, кого называют великими покровителями. По крайней мере, он так думает.
– А предательство? Маира де Васса и ее войска?
– Они обречены вне зависимости от того, как пройдет штурм. Поверьте мне, великий магистр, многие были обречены с самого начала.

Рыцарь Братства отослал солдата за еще одним сосудом вина, и хотя прошлый был пуст лишь наполовину.

– Еще вопросы?
– Пожалуй, что нет. Мне действительно придется вас оставить, Ричард де Стэр. Гвардии Скорби требуется руководство. – Ролланд встал из-за стола.
– Не думаю, что стоит…
– Хотя у меня есть еще один вопрос.
– Да?
– Откуда вы знаете, что тело аль-Веррисия мертво? Или то, что его отправили в прошлое? Откуда вы вообще знаете Назара так хорошо, де Стэр?

Молчание длилось дольше обычного. Наконец гонец оторвал взгляд от деревянной поверхности обеденного стола и посмотрел на великого магистра аметистовыми глазами. Фиолетовый цвет был столь насыщенным, что казался завораживающим и бездонным. Грубая обветренная кожа рыцаря стала облупливаться и опадать на пол. Облик Ричарда де Стэра менялся на глазах.

– Я никогда не был виртуозом этого дела, как Ихримасу. – Тот, кто представился Ричардом де Стэром захлопал в ладоши. В его голосе не было ни капли иронии, но на губах играла улыбка. – Но вы все равно меня впечатлили, Ролланд де Роэм. А теперь сядьте или мне придется сломать вам ноги.

    Раст и Сандро. «Перед грозой»
    [Лагерь воинства; шатер]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


Седна наматывала кончик своих роскошных золотистых волос на палец, а затем разматывала, слушая, как Раст Ваалтер рассказывает о провале покушения на великого магистра и встрече с Азгеймом Галабартом. И если первое ее не заинтересовало – к облегчению черноплащника, – то при упоминании эмиссара женщина оживилась.

– Общие проблемы, - фыркнула она. – Он один из намалийских псов. Лучше бы вы доставили мне его голову. И надеюсь, что в следующий раз так оно и будет.
– Нам нужны союзники, Седна, - сказал инквизитор, стоя рядом со сводным братом.
– Ауранг тоже так считает. Он созывает своих генералов, а вдобавок – инквизиторов. Тебя в том числе, Келмаур. Или ты перестал им быть?
– Не перестал.
– Тогда действуй осторожнее. Кто знает, может патриарх начинает собирать головы своих врагов и ты будешь первым?
– Приму к сведению.

Седна аль-Йешиа посмотрела на него ярко-голубыми глазами, а затем улыбнулась. Встав с подушек и потянувшись, она принялась одеваться. Ваалтер и Келмаур до сих не отводившие взглядов от фигуры сестры пророка не отвели его и сейчас.

– Теперь действуем по изначальному плану. Время самодеятельности прошло, как сказал кто-то известный. – Она затянула пояс светло-зеленого халата. – Я предстану перед воинством как сестра пророка, покажу пару необычных и запретных фокусов, а затем покажу людям всю лживость патриарха. Сотня Столпов еще не прибыла, так что перевес будет на нашей стороне. Ваша помощь бы не помешала.
– Сегодня должно состояться еще одно предприятие, - отметил Скрипач. – Переговоры.
– И наш собственный великий магистр требует указаний, - добавил Сандро. – Не сомневаюсь, что его гвардии будет приятно услышать о возвращении.

Основательница Истинной Церкви пожала плечами, а затем выпроводила их вон, занявшись подготовкой к скорому выступлению. Апостолы оказались предоставлены самим себе, но и это продлилось недолго. Неподалеку от шатра Седны к Ваалтеру обратился юноша в алебастрового цвета мантии. Послушник.

– Кворум принял свое решение, Раст Ваалтер, - медленно, и выговаривая каждое заученное слово, произнес колдун. – Вы станете его полномочным представителем только когда начнется штурм, а до тех пор Алебастр не участвует во внутренних дрязгах воинства. Очень жаль, что Симас де Борджи не смог поддержать вашу кандидатуру.
– Кворума нет на территории лагеря.
– Моя задача лишь передать, господин. Но было сказано, что если вы попытаетесь использовать колдунов Алебастра во внутреннем конфликте, то станете ренегатом во второй раз. Вместе со всеми, кто к вам присоединится. Вы начнете колдовскую войну. Кхм. Можно мне идти?
– Проваливай.

    Стэр и Роэм. «Спаситель».
    [Лагерь воинства; шатер]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


– Буду рад представиться! - он поднял кружку к потолку, а затем отпил первый глоток за весь вечер. – Тиалар, великий покровитель тайн и друг Назара аль-Веррисия. Только попробуй притронуться к мечу и вместе с ногами я сломаю тебе пальцы. Или выжгу глаза. Садись.

Ролланд де Роэм повиновался, неотрывно смотря на Тиалара. Внешность спадала с нелюдя, как листья с деревьев: сначала верхушка – мужественное лицо де Стэра рассыпалось, обнажая бледную кожу и красные точки прыщей, затем все остальное – гамбезон истлел, пеплом опав на ковер, а под ним оказалась алебастрового цвета волосы. Тиалар пригладил короткие волосы и те просветлели, завершая облик молодого послушника Алебастра.

– Ты – один из Братства? – посмел спросить великий магистр.
– Что? Нет, конечно нет. Мне нет дела до этих людишек, возомнивших себя выше законов мироздания. Я просто играл роль.
– А Ричард де Стэр?
– Сир Ричард де Стэр тоже не имеет отношения к Братству. Он пришел из тех времен, когда пророк взял последнюю намалийскую твердыню штурмом и вместе с твоим новым другом отправился в горы. Я убил рыцаря и принял его облик. Обессмертил. Не знаю почему, но он мне запомнился. Было в этом человеке что-то особенное, что привлекло мой взгляд. А теперь использовал его внешность, чтобы проникнуть в Братство. Это оказалось просто. Аристократы мыслят слишком узко, чтобы играть в столь масштабные игры.

Тиалар отпил еще глоток. Впрочем, Ролланд не сомневался, что он не позволит сделать ему спасительное движение.

– Выпей, - великий покровитель показал на кружку. – К слову, не знаю, чем думал Арума, когда решился на эту самоубийственную затею с восхождением. Наверное, тем, что между ног. Братцу захотелось поиметь сестричку. Спаситель рода человеческого решил пожертвовать парой спутников и единственным в своем роде артефактом, чтобы обеспечить себе пути отхода. Меня всегда раздражала аура святости, окружавшая этого полукровку. Он ее недостоин.
– Тот убитый, что лежал рядом с Эрхардом…
– Настоящий представитель Братства. Его пришлось убить, чтобы все выглядело натуралистичнее. И теперь те члены этой организации, которые не в курсе моего присутствия, подумают, что великий магистр Ролланд де Роэм их предал.
– Изящ… кх-кх! – рыцарь едва не подавился и теперь откашливался. – Вот только зачем все эти уловки? Тебе ничего не стоило меня убить тогда и…
– Я и не собираюсь тебя убивать, Ролланд. – Глаза Тиалара сверкнули. – Просто посмотри на ситуацию издалека, окинь ее сверху. Воинство раздроблено, тысячи людей обречены, а штурм еще даже не начался, сражения с великим покровителем в городе даже не началось. Я же хочу сплоченности.
– Внося еще больший раздор?
– Нет, нет.

Великий покровитель наставил на Ролланда указательный палец, который тут же охватило колдовским огнем. Этим импровизированным пером он провел по столу, оставляя на дереве затейливые знаки.

– Принося единство. Увы, но недавнему рыцарю Белой Розы не по силам победить Ихримасу, как и этой тысячелетней шлюхе Седне. Женщинам вообще нельзя доверять власть, поверь мне, Ролланд. Остается единственный кандидат.
– Патриарх.
– Как всегда верно. Ауранг – нелюдь, прошедший десятки военных кампаний с десятитысячной армией Северных Псов, способной растоптать язычников. Во главе с Аурангом Священное воинство и без сторонних помех станет единым целым, а мой добрый друг Назар еще поблагодарит меня за оказанную помощь.
– Зачем это тебе?
– Хозяева Мертвых. Ты слышал о них от аль-Веррисия?
– Нет.
– Хозяева Мертвых управляют тем, что ждет нас после смерти и их не радует то, что затеяли Ихримасу и тот, кого называют Демиургом. Поэтому они использовали меня, чтобы противостоять остальным великим покровителям, а затем привлекли Назара. Пусть наемник и помог мне, но его методы не эффективны.
– И… ты решил помочь обоим?
– Опять верно.

Символы на столе загорелись аметистовым.

– Смотри как все будет: сегодняшней ночью верные патриарху войска разобьют Истинную Церковь, Седна будет убита, а завтрашним утром я отдам тебя во власть Ауранга, который и решит твою судьбу. Ты же видел Дорогу Мертвых? – Тиалар расхохотался. – Великого покровителя тайн нарекут спасителем Священного воинства и слава его затмит пророка. И Хозяева Мертвых, видя нашу с Назаром преданность, вернут наемнику жизнь, а мне откроют дорогу в иные миры.
– Неужели все из-за…
– Я ведь был путешественником, Ролланд. А теперь я великий покровитель тайн. Такова моя природа.
– Сир? – в шатер вновь заглянул солдат в имперской форме. – Сир Ричард?..

Тиалар резко обернулся, предоставив великому магистру шанс.


Сообщение отредактировал Tillien - Среда, 2012-03-28, 5:12:33
 
TrialДата: Суббота, 2012-03-31, 1:30:19 | Сообщение # 71
Ранетка Воитель
Группа: Проверенные
Репутация: 618
Статус: Offline
    [Малик, Аиша. «Покровители»
    [Селефаис; Третья Башня Имана]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


– Жаль ты не хочешь посвятить меня в подробности. – Малик склонил голову набок и улыбнулся уголком губ. - Придётся всё додумывать самому, – ибн Рад поклонился, разведя руки в стороны.

Аиша и окружавшие её жрецы слишком поздно поняли, что задумал покровитель костей. Казалось, Малик стал расплывчатым пятном, настолько быстрыми были его движения. Рывком он снял со спины копьё, которое забрал у Трифия, и с неимоверной силой и скоростью метнул его в верховную жрицу. В следующее мгновение плечо Аиши аль-Йешии пригвоздило к золотому трону, а сама жрица закричала.

Поражённые внезапной атакой жрецы приготовились защищаться, но вместо этого увидели в нескольких метрах от себя холодно улыбающегося Малика с кваддарой в руке. Вторая его рука раскрытой ладонью указывала на тройку заговорщиков.

- Не думал, что вы такие идиоты.

Застывшие на месте жрецы смирно стояли парализованные магией Малика, и лишь рыжеволосый парнишка постоянно напрягал мышцы, в бесплодных попытках атаковать «предателя».

– Вам не обязательно умирать. По крайней мере, всем. – Малик подбросил кваддару в воздух, а когда поймал, рыжик упал с кинжалом между глаз. – Говорят, новое начальство будет очень лояльно к преданным последователям. Врут, конечно.

Кваддара отправилась в ножны, и очередной кинжал со сверхъестественной скоростью настиг жертву. Покровительница воздуха, получив кинжал в сердце, так и осталась стоять, поддерживаемая магией ибн Рада. Несколько мгновений она смотрела на своего убийцу, после чего её глаза закрылись, и тело с громким стуком упало на пол.

Малик опустил удерживающую последнего жреца руку и склонил голову набок, рассматривая старого иманима. Глубокие морщины на его лице были чем-то похожи на барханы бескрайних пустынь, разбавленные редкими оазисами угрей. Покровитель золота молча смотрел на своего убийцу. Старик уже смирился с собственной смертью и просто ждал.

Покровитель костей небрежно махнул рукой, и старец, не издав ни звука, упал на пол.

Малик не спеша подошёл к мертвецам и извлёк кинжалы из тел, отправив один из них в ножны. Покровителей костей уже сгибался над стариком, когда раздался глухой хрип, и левую руку жреца окатило жуткой болью. Артерии и вены начали лопаться, как перезревшие фрукты. Ибн Рада спасла скорость. Размытое пятно, в которое он превратился, метнулось к трону, готовое добить чудом выжившую верховную жрицу.

- Стой! – давясь собственным криком, взвизгнула Аиша.

Кинжал остановился у самого горла раненой в плечо жрицы, сделав тонкий надрез. Размытое пятно обрело форму в нескольких миллиметрах от лица аль-Йешии.

- Если… ты меня убьёшь… - тихий голос женщины прервал резкий удар Малика.

Вложив небольшую толику обретённых сил, жрец врезал лбом в нос Аиши. Послышался хруст ломаемого носа, брызнула кровь. А через мгновение ибн Рад добавил парочку ударов кулаком в лицо, после чего настолько резко встал, одновременно выдёргивая копьё из плеча аль Йеши, что та слетела с трона и покатилась по полу. Разбитая и залитая кровью голова медленно поднялась, чтобы встретить ещё одни удар. На этот раз ногой.

Тело верховной жрицы обмякло, и она потеряла сознание.

Малик склонился над безвольным телом Аиши, занеся нож для удара, но в последний момент остановился. Склонив голову набок и улыбнувшись уголком губ, ибн Рад отошёл от жрицы и направился к трём трупам.

***

- Проснулась, наконец-то?

Аль-Йешиа очнулась через несколько часов, но уже не в тронном зале. Преодолевая жуткую боль по всему телу, она повернула голову в сторону говорившего. Малик ибн Рад, повелитель костей, воздуха, огня, золота и убийств смотрел на нее сверху вниз. Левая рука его безвольно висела, держась на перекинутой через плечо повязке.

- А теперь расскажи мне всё.

    Малик ибн Рад. «Пир»
    [Селефаис; Третья Башня Имана]
    [10-ое июня 1001-ого года; ближе к вечеру]


В большом зале башни Имана было людно.

Сотня с лишним иманимов, усевшись за широкие столы, поставленные полукругом у боковой и дальней стен зала, ожидали появления верховной жрицы. Кто-то из жрецов переговаривался с соседями, кто-то молча пил, кто-то нервно молотил пальцами по столу, ожидая начала праздника. Слуги сновали туда и сюда, образуя в незанятом центре жиденькую толпу.

Неожиданно двери резко распахнулись, и в зал вошел Малик, ведя окровавленную Аишу аль-Йешию.

- Здравствуйте, братья и сёстры! – громко сказал жрец. Иманим был одет в чистую дишдашу, однако на лице можно было заметить остатки плохо смытой крови. Левая рука Малика все также была перевязана.

Зал замер в ожидании, а покровитель костей бросил бывшую верховную жрицу на пол.

– Прибыв сюда, – ибн Рад обвёл зал руками, – я надеялся увидеть гордых людей, легендарных жрецов Имана, умных и могущественных. – Жрец выдержал паузу, неспешно оглядывая публику. – Но вместо этого я увидел кучку запуганных священников, готовых отдаться в лапы первого встречного, – покровитель костей всё больше повышал голос, так как в толпе слышалось недовольное перешёптывание.
– Да как ты смеешь оскорблять нас в этом месте?! – раздался гневный голос.
– Оскорблять вас? – Недоуменно выкрикнул ибн Рад. – Я спас вам всем жизни! – Малик пнул лежащую на полу Аишу и снова выдержал паузу. – Она и небольшая кучка приближённых готовили заговор. И сегодня. Здесь. Все вы должны были стать ужином для четвёрки предателей.

Жрец махнул на незанятые места у центрального стола. Иманимы перешли на крики и осуждения друг друга, недоуменные восклицания, обвинения самого ибн Рада.

– Достаточно! – крикнул покровитель костей, поднимая руку, тем самым призывая к тишине. – Посмотрите на себя. Жалкие существа, цепляющиеся за остатки былой славы. – Малик начал ходить по центру зала, с остервенением выкрикивая каждое слов. – Тень настоящих колдунов! Тень настоящих мыслителей! Вы позволили шлюхе взять над вами главенство! Вы позволили ей подготовить ваше убийство!

Покровитель костей замолчал и обвёл взглядом притихший зал, наслаждаясь произведённым эффектом.

– Неужели у шлюхи больше общего с нашими идеалами, чем у вас? Неужели вы неспособны на большее?
– Способны! – послышалось несколько выкриков из толпы. Это были те немногие доверенные лица, кого Малик знал и успел предупредить о «представлении». Они начали играть свою роль.
– Неужели толпы неверных готовые в любой момент ринуться на наши стены смогли сломать в вас дух?
– Нет! – воскликнуло намного больше голосов, из-за чего стёкла в зале мелко задрожали.
– Неужели вы позволите победить тем, кто этого не заслуживает? Забрать у нас то, что по праву принадлежит нам?
– Нет! – ещё больше голосов присоединилось к крикам.

Малик выждал с минуту и призывно поднял руку.

– Теперь, когда я вижу в вас то, что вижу в зеркале, я провозглашаю себя верховным жрецом, так как этого требуют традиции.

Под всеобщие аплодисменты Малик занял место в центре головного стола.

– А что делать со шлюхой? – спросил кто-то из жрецов.
– Оставьте в живых. Будет напоминанием, кто мы и как должны жить и умирать. – Ибн Рад махнул рукой и двое вошедших солдат утащили Аишу из зала.


Сообщение отредактировал Trial - Суббота, 2012-03-31, 1:30:40
 
SEQFERДата: Вторник, 2012-04-03, 11:44:13 | Сообщение # 72
Хлебушек
Группа: Проверенные
Сообщений: 254
Репутация: 2541
Статус: Offline
    Назар.
    [Лагерь воинства.]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


Наемник с изрядной долей раздражения посмотрел на ворвавшихся воинов, лихорадочно перебирая в голове свои действия.

- Проклятый ублюдок, как не во время все… - пробормотал Назар, с некоторой долей сожаления глядя на связанную Ноэми.

Несмотря на тот факт, что она нелюдь, убивать ее он не хотел. Оборотень всего лишь оружие в руках другого нелюдя, который повинен в разрушении Верриса, появлении Дороги Мертвых и том, что обычный наемник стал посредником потусторонней воли. И вместо того что бы разобраться с этими двумя, убившими его воинов, его товарищей по оружию и несчастью, Назар вынужден с головой окунутся в политическую грязь, которую он всю жизнь презирал всей душой. Вынужден идти на поводу у тех, кто действительно задает тон этой теневой игре.

Вспоминая Тиалара, наемник выдавил из себя улыбку. Для того, кто теперь больше чем простой смертный, великийпокровитель тайн оказался на редкость симпатичным ему. Несмотря на немалую странность, он единственный нелюдь, который действительно помог наемнику, и перед кем Назар чувствовал непогашенный долг. Долг, который он должен отдать.

- Прости, подруга… - сказал вслух Назар, обращаясь к Ноэми. – Я не хочу тебя убивать, но я не могу выбирать. Я могу лишь обещать, что ты умрешь быстро. И надеюсь, что когда я умру, за этот поступок я получу сполна. После этих слов Знаменосец Мертвых обернулся к ожидающим убийцам, и обратился уже к ним: - Дайте меч, или кинжал. Я сам все сделаю.

Воины переглянулись, обдумывая неожиданное предложение. Потом один из них кивнул товарищам и передал наемнику стилет. Назар принял его, повертев в руках небольшое, но смертоносное оружие. Вновь глянув на убийц, Знаменосец Мертвых обернулся к связанной женщине. Шагнув к ней, он поднял ее с колен и, глядя в аметистовые глаза, еле слышно прошептал:

- Живи…

И сделав резкий выпад, воткнул стилет в область сердца, стараясь не задеть жизненно важный орган и полагаясь на выносливость гончей. Назар надеялся, что он все-таки промахнулся и у Ноэми будет шанс выжить. Выдернув окровавленный кинжал из груди нелюдя, наемник протянул его убийце и мрачным голосом спросил:

- Этого вам достаточно?

Воин внимательно осмотрел взглядом неподвижное тело за спиной Назара, взяв назад свое оружие, ответил:

- Вполне, господин. Мы передадим другу о вашем поступке.
- Тогда… валите отсюда и быстрее. И передайте…тому, кто вам послал, что мне нужно с ним поговорить. Чем быстрее это случится, тем для него лучше. Все поняли?
- Да-да, поняли. – Кивнули оба воина.
- И если я вас увижу, хоть где-нибудь, то я вам вырву ваши сердца и скормлю вам же. Помните это. Уходите, пока я не передумал.

Оба кивнули и поспешно вышли из шатра. Сам Назар только еще раз вздохнул и сел за стол. Взяв перо, макнул его в чернила, и начал писать на чистом листе пергамента, шепча при этом каждое слово:

- Срочно ко мне, если пленник не погиб – спаси. Не убивай, и дождись меня. По-о-одпись: лорд Асад. – Назар критически просмотрел текст письма. - Все. Никогда эта каллиграфия мне не давалась.

Аккуратно присыпав чернила песком, Назар свернул пергамент и вышел из шатра осмотреть, что случилось с его людьми. Ожидание оправдались: те двое смогли уложить двух его гвардейцев, которые сейчас валялись в крови.

- Проклятье, еще двое… - пробормотал наемник. Заметив слева, что к его шатру приближается еще один Гвардеец Скорби, он крикнул ему:- Сюда!
- Слушаю вас, лорд! – рыцарь подбежал к аль-Веррисию.
- Проследи за тем, чтобы тела павших были приготовлены к погребению и тризне.Как закончишь, разыщи в лагере целителя Раста Ваалтера. Передашь это послание ему лично в руке. И скажи Лилит, что бы ждала меня в шатре. – Передав послание, Назар хлопнул по плечу воина. –Иди, позаботься о тех, кого с нами нет.

Сам Знаменосец вновь оседлал своего тяжеловоза и направился в ту сторону, где совсем недавно он и великий магистр разговаривали, осматривая план осады и штурма. Назар какое-то время потратил на то, что бы найти среди бесконечного песка, что-нибудь, что оставил Ролланд. Вскоре он нашел то место, в котором надо было приехать, случись что-нибудь с Магистром.

Там были видны следы короткого сражения. На горячем песке лежали двое: Эрхард и неизвестный солдат, оба мертвые и уже начавшие истончать запах разложения. Внимательно осмотрев их тела, и не найдя на них ничего, что бы раскрыло местонахождение Ролланда, наемник осмотрелся вокруг, и его взгляд наткнулся на непримечательный терновый куст. В его зарослях он заметил едва заметный кусок пергамента. Вытащив его, Назар пробежался глазами по короткому тексту:

«Ушел с де Стэром. Найди меня».

Знаменосец Мертвых молча вытащил Сокрушителя из ножен, аккуратно положил кусок пергамента на него. Выделанная бумага практически сразу испарилась в убийственной намалийской магии, не оставив после себя никаких следов. Назар убрал меч в ножны, и молча взвалил на себя тело Эрхарда, которое он переложил поперек на своего коня, и сам взобрался на него, направляя его обратно в сторону лагеря. Он уже знал что делать.

Назар вскоре приехал обратно в лагерь и сразу поспешил к своему шатру лорда-командора. У входа уже стояли его гвардейцы, с оружием в руках, полностью готовые к нападению.

- Ну что у вас? – Сразу спросил наемник, спешиваясь.
- Пока все тихо, лорд, – ответил один из них. – Тела умерших были убраны и будут приготовлены к погребению. Целитель и Лилит еще не пришли…а что это у вас…
- Это Эрхард. – Прямо сказал Назар. – Я нашел его в пустыне, на теле убитого им убийцы, которые хотел настигнуть нашего магистра. Позаботитесь о нем тоже, он достоин того что бы его похороны были венцом его воинской славы.

Рыцари скорбно склонили головы, провожая в мир иной одного из самых уважаемых товарищей по Ордену, и приняв его тело отправились с ним куда-то в лагерь. Едва зайдя в свой шатер, сзади он услышал чей-то окрик:

- Лорд-командор! Лорд!
- Что тебе надо? – Прогрохотал сквозь шлем Назар.
- Я посыльный от вашего давнего друга, Лорд. Он хочет с вами повидаться…
- Хорошо… - кивнул Знаменосец, потом перевел взгляд на оставшихся гвардейцев, стоящих у входа в шатер. – Не расслабляйтесь, ребят. Я скоро буду, передайте это Расту и Лилит. А ты веди, и побыстрее, если не хочешь остаться на всю жизнь без рук.


Этот дух делаем мы сами, и именно от наших действий зависит его облик. © Rorschach
Только правдивый ум может справиться с ложью и иллюзиями. Только правдивое сердце может справиться с ядом ненависти. С самого начала времен тьма процветает в пустоте, но она всегда уступает место чистому свету. Жди этот свет и он придет… © Avatar: The Last Airbender

 
GiksДата: Вторник, 2012-04-17, 10:24:30 | Сообщение # 73
Употребитель назначений
Группа: Проверенные
Сообщений: 354
Репутация: 864
Статус: Offline
    Азгейм.
    [Пустыня;вдали от лагеря]
    [10-ое июня 1001-ого года; вечер]


- И зачем я спрашивал очевидное? Так, значит у «нас» в рукаве ещё одна полезная особенность колдовских сочинений намали. – На страницах памяти без труда нашлось место в ряду для нового открытия. Подумав про себя и пожевав губу, Азгейм ограничился сухим и лаконичным: «Ясно». Ещё раз осмотрев расчлененную гору плоти, в которую превратилась его ныне бывшая кобыла, второй эмиссар дополнил обрывок, но на сей раз его тон звучал скорее повелительно, чем отстраненно.

- Подай мне коня Джайкс. Падо Вэрлстиг, спешивайтесь, пусть кто-нибудь чуть потеснится в седле для вас. – Эмиссар решительно оторвался от странно гипнотизирующего зрелища стремительно впитывающего кровь песка. Вода жизни продолжала покидать мертвые остывающие тела, а зыбкая твердь пустыни под их застенчивыми тенями все набухала и набухала, чернела, как будто сморщивалась. Каждый пройденный миллиметр давался жиже с трудом, почти также трудно Азгейму далось удаление от первого естественного порыва погони. Несмотря на отказ самому себе, маг не собирался, вернее не хотел полностью закрывать глаза на произошедшее, хотя бы потому, что из Ноэми могли выудить совершенно лишнюю для посторонних людей информацию.

Стремительно меняющее расцветку небо почти избавилось от багровых тонов захата, знаменующего наступление всепоглощающей темноты. Над горизонтом тлел край солнечного диска, который вот-вот должен был погрузиться в пески. Последние крохи света роняли высокие тени, подвижной, искаженной зеркальной копии отряда всадников, находившегося на полпути к лагерю. Лишь легкие всплески песка отмечали дорогу несостоявшихся карателей. Их число значительно убавилось. Те кто пали, остались погребенными в чужой и враждебной пустоши. Второй эмиссар постарался, чтобы их тел никогда не обнаружили. Отряд Азгейма не испытывал трудности в ориентации на местности, вопреки однообразному ландшафту и коварным ветрам пустыни, а даже напротив. Не наткнуться на огромный походный лагерь было трудно, если знать нужное направление, да не забывать держать голову прямо. Ренегат предоставил эту формальную обязанность своим спутникам.
Сам он благополучно сгорбился, и от спины коня его отделяло не больше четырех ладоней. С самого старта их обратного пути, Азгейм , по большей части молчал, втискивая свои команды в короткие, пояснительные жесты. Всем воинам было смутно понятно – их временного командира тревожат подступившие обстоятельства, вынуждавшие группу мужей торопиться, подгоняя коней. Коллективная, бессознательная догадка заключала в себе половину правды, ни больше, ни меньше.
- Джайкс! – Скакавшая по левую руку от него, безукоризненно исполнительная гончая поспешила поравняться со вторым эмиссаром. Ренегат, после того как его скромный план созрел в скурпулезном раздумье, равномерно, со всех сторон нарастив свою массу, оценил его и решил не откладывать его до прибытия в лагерь.

- Джайкс –Азгейм приказал придержать коней своей компании хорошо знакомым её членам жестом, он нуждался в полной уверенности, что гончая услышит и уяснит все, что скажет маг. Удерживая взгляд на втором, а быть может, единственном живом телохранителе, он продолжил говорить, сместившись к большей фамильярности. – Твоя связь с.. патриархом. Ты можешь послать сообщение в обратную сторону? Раз настроение от полезной идеи чуть улучшилось, жесткому настрою всегда следовало подтаять, насколько позволяет ситуация. Второй эмиссар, как и в прошлом, всегда железно соблюдал этот закон для себя.

- Да, господин. И я уже известил нашего повелителя, что мы возвращаемся – Просипела гончая типичным, подпитым голосом наемника, умело поддерживая свой маскарад.
- Спрашивай в следующий раз, прежде чем делать подобное. А теперь слушай, у меня есть к тебе поручение. – В прямом столкновении взглядов, Азгейм пытался понять, что примерно ощущает в данный момент его сподручный. Нетерпение, спокойствие, или и вправду ничего?
– Патриарх приказал мне явиться к нему. Важное дело, и вышло, что я не могу от него оторваться. Однако – В медленно накаляющейся плите, которую представляла собой пустыня, остаточный жар быстро таял ночью, сдуваемый ветром. Уже сейчас можно было почувствовать холодок. Остывший пот жадно вытягивал тепло из лица и продолжал щипать кожу. Маг вытерся рукавом, сняв с щек и подбородка налипший песок.
– Про тебя он ничего не говорил, значит, ты свободен от его приказов, и продолжаешь слушаться меня -. Поистине трудно читать по лицу, являвшему собой не более чем скорлупу для обмана, поэтому второй эмиссар не стал углубляться в дело своей попытки, понять вечно покорного телохранителя. Глаза мага продолжали висеть на Джайксе, выжидательно, но Джайкс молчал и выглядел так, будто смотрел в пустоту, а не в своего нынешнего хозяина, хоть и меньшего, чем Ауранг.

- Отправляйся в лагерь, вынюхивай, высматривай, действуй по своему усмотрению, но найди то место, куда рыцари утащили Ноэми. Ни в коем случае не предпринимай никаких действий, действуй предельно осторожно. – Пауза, следующим глубоким вдохом, вобравшим горячий воздух, маг сделал свое горло неприятно сухим - В случае чего, действуй по обстоятельствам, но только если нет большого риска.
- Да, господин эмиссар.
- Скачи в лагерь иным маршрутом. Все что выведаешь, передай мне. – Чуть погодя, второй эмиссар добавил
- Я рассчитываю на тебя. И не уведомляй о своих действиях патриарха, о них доложу я сам. Все уяснил?

На сей раз Джайкс ограничился кивком. Глядя, как он исчезает за барханами под фырканье коня, Азгейм подумал, как странно, что между ним, Джайксом и Ноэми столь сильны различия. Первый гораздо больше походил на послушного и замкнутого громилу.
Отряд продолжал следовать своему пути, как ни в чем не бывало, а под копытами их скакунов облачками взлетали щепоти песка.

Подозрительность мага, что всегда начеку, незамедлительно ткнула его мыслью - Задачи у них также, должно быть, разные, как цели, разный подход. Они чужды тебе, потому, реально полагаться на них не стоит. – Рассудительно и с толикой горчинки, как всегда – А разве я им доверяю? Нет, не хватало стать слишком зависимыми от них. Вот только, хотя бы частично, но полагаться на них придется – Лента раздумья Азгейма вершилась, подобно прошлым похожим мыслям, тупиковым вопросом, выводом, который пришел сам собой, днями позже его преображения. Вторую неделю он не мог преступить через него и найти ответ, а исчезать сам собой вопрос и не думал – Одиночка, манящий хищников одним своим существованием, не живет долго без опоры, как олень без стада, но как найти выход, если одна опора была отброшена, а новой нет и не будет?



Yeshimal delendam esse


Сообщение отредактировал Giks - Четверг, 2012-04-26, 9:14:23
 
RorschachДата: Воскресенье, 2012-04-29, 10:14:34 | Сообщение # 74
Темный Апостол
Группа: Пользователи
Репутация: 2237
Статус: Offline
    Сандро и Раст
    [Лагерь священного воинства; вечер]
    [9-ое июня 1001-ого года]


Апостолы шагали через лагерь, направляясь к шатру инквизитора. Множество людей в спешке сновало по лагерю, командиры выкрикивали приказы стройным шеренгам солдат, изо всех сил напрягая луженую глотку, а где-то в дали не стихал железный грохот. Со стороны могло показаться, что снаружи царит хаос, но острый глаз без труда заметил бы во всем этом тщательно отлаженный механизм, где каждый человек, будь то марширующий рыцарь в исцарапанных доспехах или грязный слуга, тщательно исполняет свои обязанности. Воинство, подобно спящему гиганту, наконец, пробуждалось ото сна.

День клонился к закату, и удушающая жара начала спадать. Горячий воздух уже не обжигал легкие, но все еще был полон удушливого смрада и запаха сотен немытых тел. Стараясь дышать как можно реже, инквизитор наконец обратился к своему брату:

- Касательно грядущих переговоров с твоими дружками из Селефаиса. Я сомневаюсь, что от них будет хоть какой-то прок. Завтра начнется штурм, и у нас нет времени на разговоры с язычниками.

Раст устало кивнул.

- Идти действительно бесполезно. Вчера они показали, что ничерта не знают и дать ничего не могут. Видимо, тот, кто послал мертвеца - или он сам - слишком жалок, чтобы представлять интересы Селефаиса, а не свои собственные. - Маг замолчал, как бы пробуя сказанное на вкус. Солдаты вокруг маршировали, взбивая сапогами пыль, которой предстояло смешаться их собственной кровью.

- Тогда забудем об этом. – Подвел итог инквизитор, и они продолжили путь.

Убранство шатра Филиппа каким-то образом сразу бросалось в глаза, хотя ничего особенного в нём не было. Именно это отсутствие и выделялось. Не было ни хрустальных ваз с шелковыми коврами, ни декоративного оружия или ещё чего – словом, всей той яркой ерунды, к которой так привыкает глаз в покоях бесконечных вельмож, аристократов и прочих, прочих… А здесь- ни дать ни взять, монашеская келья, только размером больше.

Сам шатер был выполнен из толстой, грубой ткани, которая неплохо защищает от шума снаружи и не позволяет другим услышать происходящее внутри. «Предусмотрительно» – отметил про себя Раст.
Его брат прошел до заваленного множеством папок и бумаг стола и сел в стоявшее рядом кресло с темно-красной обвивкой. Немного расчистив место перед собой, Филипп жестом пригласил Скрипача сесть напротив.

Раст уселся в кресло, которое при этом жалобно скрипнуло. Выжидающе посмотрел в глаза брата, обрамленные сеточками морщин.

- Давай уже разливай. - Буркнул маг, отводя взгляд.

Филипп молча достал будто уже давно заготовленную бутылку жженого вина и молча разлил по двум появившимся из ящика стола чашам. Тёмно-коричневая жидкость навевала мысли об огромных особняках аристократии южных королевств, никак не сочетающиеся с окружающей братьев пылью и грязью похода.

Выпили - простейший образ мгновенного отрезвления был у Раста уже наготове.

- Чем ты занимался до... этого? - Спросил Раст немного некстати, разрывая затянувшееся молчание.

Филипп лишь развел руками в стороны. И даже не усмехнулся, как часто делал на людях.

- Я инквизитор, Раст. Чем я, по-твоему, мог заниматься? Отлавливал еретиков, язычников и противников церкви, выбивал из них признания, защищал установленный порядок. – Пригубив напиток, апостол добавил. – И теперь, похоже, стал одним из тех, против кого когда-то боролся. Я даже нахожу это…забавным. Знаешь, - Филипп откинулся на спинку кресла и сложил ладони перед собой. – Вся эта работа, какой бы правильной и возвышенной она не казалась, давно прогнила. Мы просто цепные псы, разгрызающие любого, на кого укажет перст наших господ. А уж еретик он или нет – дело десятое.

Раст залпом осушил чашу. Повертел её в руках, глядя, как причудливо переливается свет в каплях напитка. Задумчиво протянул:

- И, видимо, годами тебя такое положение устраивало. Почему ты сейчас отказываешься от всего и идёшь за Седной? На что надеешься?

Апостол ответил не сразу. С начала он подумал рассказать об опальном положении внутри инквизиции и желании конклава избавиться от него, но отбросил эту мысль. Скрипачу ни к чему это знать, по крайней мере, пока.

– Седна хочет вернуть в наш мир Аруму. – Наконец отозвался инквизитор. – Реформировать созданную им же веру и принести людям истину. – Сквозь окутанный полумраком шатер, Раст на мгновение увидел недобрые огоньки, загоревшиеся в глазах его брата. – Невежественных и слабых нужно тащить к свету, какова бы ни была цена. При этом не важно, сколькие из них будут плакать, и истекать кровью по пути. – Инквизитор расцепил руки и подался чуть вперед, стремясь поймать взгляд Скрипача. - Но скажи мне, почему ты с нами? К чему стремишься?

Филипп даже не допускал мысли, что Раст действует из братской солидарности. Для подобного они слишком мало знали друг друга. Для себя инквизитор уяснил лишь одного – его брат амбициозен, даже слишком. А амбиция – мать гордыни.

Раст отвел взгляд и продолжил рассматривать пустую чашу, Он поморщился, как от зубной боли, решая, стоит ли ему говорить правду.

- Того же, что и ты. За свою жизнь я ничего хорошего не сделал. Сражался и работал честно, но не на тех покровителей. Консульт по определению не может быть больше, чем пешкой. - Маг поставил рюмку на стол, посмотрел в глаза Филиппа. - Истинная Церковь может сделать больше. Она может по-настоящему повлиять на судьбы людей. Мы можем.

"Ну что ж, по крайней мере, не совсем ложь. Ты потакаешь своему тщеславию, и ничего необычного в этом нет. Достаточно идеалистично и в то же время грязно, чтобы казаться истиной. Только вот чего ты хочешь на самом деле, а, Раст? Признайся, ведь всё, что тебе нужно - власть" - размышлял маг про себя, неотрывно глядя в глаза брату сквозь мистический полумрак. "Но там, под холодным светом звёзд, даже власть не стоит ничего" - пришли откуда-то слова. Откуда-то глубже, чем стоит заглядывать.

– Да, мы можем многого достичь, но непоколебимая вера, Раст, сколь чиста, столь и слепа. Я был бы дураком, если бы всецело доверял Седне. Даже её кокетство - это просто маска, попытка пустить пыль в глаза. Она без сожаления переступит даже через своих апостолов, если это потребуется для возвращения её дорожавшего брата. Но должен признать, она хороша. – Закончив говорить, Филипп взял свою чашу и залпом осушил её.

Напиток обжигал его нутро, вместе с тем принося слабое успокоение, которого ему так не хватало. Но призрак покровителя страданий продолжал витать где-то в глубине разума инквизитора, и от него нельзя было избавиться.

Лицо апостола, скрытое белым капюшоном исказила едва различимая гримаса страха. Эта тварь заберет его. Ему не скрыться.

- Я сам решу, как умереть, нелюдь, а не ты. – Почти не разжимая губ, прошептал себе под нос Филипп.
Утерев губы слабо подрагивающей рукой, он поднялся из кресла и направился к стоявшему в углу сундуку. Взяв в руки связку ключей, он начал перебирать её, пока не нашел нужный ему ключ. Повернув его в замке, он отпер сундук и извлек из него простую на вид железную шкатулку. Наконец, он извлек из неё небольшой кристаллик и несколько секунд перекатывал его между пальцами.

Ученые мужи называли такие кристаллы Уденами, но инквизитору было достаточно просто знать свойства этой безделицы. Попав в жидкость, будь то чаша с вином или даже слюна, он быстро растворялся, а принявшая его жертва начинала биться в сильных судорогах и задыхалась за какие-то жалкие мгновения.

Он сунул кристалл в небольшой разрез своего капюшона, что бы успеть дотянутся до него ртом. По крайней мере, это будет быстрее и лучше, чем агония в когтях чудовища, медленно сдирающего с тебя кожу лоскут за лоскутом.

Раст поморщился, поджав губы в некоем подобии ухмылки: ему всё было ясно без объяснений. Невидимый фронт оставляет след на своих бойцах.

- Думаешь, успеешь сбежать за завесу мрака? Ответственность, брат, на тебе лежит ответственность. Эти люди, – Скрипач неопределенно кивнул в сторону выхода из шатра – эти люди – никто без пастыря. Если там, куда ты столь легкомысленно собираешься себя отправить, твой разум, твоё Я ещё будет живым – как ты будешь себя чувствовать? – Несмотря на серьёзные интонации, в голосе мага было что-то от улыбки щеголя-картежника, вскрывающего беспроигрышную комбинацию.

- У меня не очень большой выбор, Раст. – Пытаясь скрыть раздражение, сказал Филипп. – Я не собираюсь уходить вот так, но если мне не удастся избавиться от нелюдя, то я хочу умереть быстро, потому что ОН не подарит мне такой возможности. Ты не видел этого демона, но видел его я, как и его жертв, чьи внутренности были размазаны тонким слоем по стенам грязных палаток, освежеванные тела, подвешенные под потолок и горы плоти, в которых лишь частично угадывались люди. А что касается паствы, то её поведет Седна, как и было изначально.

Раст плеснул себе в чашу ещё жженого вина и с явным удовольствием закинул ноги на стол.

- Из того, что я знаю о ядах, - музыкант, блаженно прикрыв глаза, сделал крупный глоток, – и моих догадок об этих тварях, легко предположить, что яд тебе не поможет. Вернее, не станет ЕМУ преградой. Задержать действие яда на самом деле невероятно легко. Вопрос только в том, насколько далеко простираются пределы ЕГО могущества. Полагайся на клинок, брат.

- На клинок?! – Филипп истерически расхохотался, на мгновение ошарашив Раста. – Клинком эту тварь не сразить. Он едва не убил Седну, сестру самого Арумы! Вся её сила не смогла остановить этого нелюдя, так с чего бы это должна сделать какая-то железка? - Он тихо выдохнул, пытаясь вернуть самоконтроль и успокоиться. – Раст, брат мой. Как уже было сказано, я не собираюсь сдаваться и отступать, но всегда нужно иметь запасной вариант, и чем их будет больше, тем лучше.

Музыкант, раздумывая, покачал головой.

- Вообще-то, я предлагал это как вариант самоубийства. Обратить остановку сердца вследствие введения металла в мышечные ткани не под силу даже этой твари, - маг еле заметно усмехнулся. Ещё раз глотнул, смакуя напиток. - Но раз уж ты поднял эту тему, нам необходимо устранить его. Жаль, что у меня нет под рукой библиотеки Консульта... особенно материалов, изъятых у отступников. Было бы неплохо поговорить с Азгеймом, - в глазах Раста что-то блеснуло, но тут же наваждение исчезло. - Может, он знает больше.
- Раст, этой твари хватит проворства отсечь мне обе руки еще до того, как я выхвачу оружие.

Скрипач залпом допил напиток и поставил чашу на стол. Взгляд его посерьёзнел.

- Но сейчас мы не можем устранить Сиороса. Значит, нужно его использовать. Тогда его действия будут хотя бы немного предсказуемы.

- Да…- Осторожно начал Филипп. – Я и Седна заключили с ним маленькую сделку. Он обещал помочь нам в грядущих событиях, но я сомневаюсь, что словно нелюдя стоит хоть чего-то. – В любом случае, нам надо завершить некоторые приготовления к грядущему дню. – Голос инквизитора обрел видимую твердость, не оставив и следа от панических ноток, звучавших в нем еще несколько мгновений назад. Филиппа выдавало лишь сильно побледневшее лицо, где словно темные, опухшие черви, змеились кровеносные сосуды. – Как ты уже знаешь, А’Рэль созывает своих полководцев и представителей инквизиции, но вряд ли меня там будет ждать похвала за верную службу, скорее десяток отравленных кинжалов, нацеленных мне в сердце. – Филипп наконец вернулся в свое кресло, но более не притронулся к чаше. - Я пошлю туда одного из своих помощников, который сообщит об отравлении, вынудившем его достопочтенного господина остаться в своем шатре, в окружении лекарей. Я же прибегну к старому фокусу – изменю свой облик, слившись с множеством солдат и наемников, а затем мы отправимся прямиком к Седне.

Маг, налив себе очередную порцию, поднялся с кресла и стал расхаживать по шатру туда-сюда, время от времени отпивая из чаши.

- Не нравится мне это. Пойдёт ненадолго, только чтобы сразу не послали за тобой на поиски. Ведь мир сегодня не заканчивается, - остановившись, Скрипач ненадолго замолчал. - Но лучше ничего у нас всё равно нет. - Заключил маг и немедленно выпил.

- У меня вызывают опасения планы Седны, - продолжил Раст после того, как поставил рюмку на стол, раздумывая, налить ли ещё. - В ближайшее врем...

- Господин! - Полог шатра приподнялся, и внутрь вместе с лучами закатного солнца ворвался грохочущий голос стражника, приглушенный закрытым шлемом. - Тут гонец пришел, говорит, послание для мэтра лекаря.

Братья переглянулись.

- Сюда. - Сухо сказал Филипп.

Стражник, конечно же, не впуская гонца внутрь, сам вошёл в шатер и отдал Расту неаккуратный лист бумаги с размазанными чернилами. Откланявшись, вышел. Маг развернул бумагу, и, быстро пробежав глазами текст, поджег её магическим огнём.

- Назар передаёт, что захватил важного пленника, - заговорил Скрипач, когда от послания остался лишь пепел. – Но он ранен. «Лорд» просит меня о помощи. Навряд ли наш бездыханный приятель стал бы так беспокоиться о незначительной персоне, не находишь?

-Не забывай о том, кому он служит, Раст. Но знаешь, для ловушки этот план слишком очевиден и нелеп. Даже для неотесанного наемника. - Произнеся это, Филипп замолчал, словно собирался с мыслями. Раст хотел было обратиться к нему, но брат небрежно дернул рукой, не дав скрипачу сказать и слово.

- Его важный пленник – это кто-то из спутников Азгейма, или же он сам. – Наконец произнес инквизитор.

– Если Роэму хватило мозгов стравить нас тогда в пустыне, то он наверняка послал и своих людей, что бы те добили оставшихся. Видимо эмиссар столкнулся с ними в пустыне, по пути назад в лагерь. Хочешь отправиться к нему и все узнать?

- Да. Мы можем узнать многое… если всё пройдёт как нужно. Для ловушки действительно грубо, но не стоит отбрасывать предосторожности – я возьму с собой людей, – с этими словами Раст, отрезвив себя и инквизитора простейшим образом (а ведь и не заметил, как начал напиваться), повернулся к выходу. - На всякий случай я пришлю к тебе одного из магов. Встретимся у Седны, брат.

- Береги себя. – Произнес Филипп вслед уходящему брату.

Наконец, он остался один, окруженный гнетущей тишиной. Теперь ему оставалось решить несколько вопросов и разыграть маленький спектакль. От мысли вновь встретится с мертвым копейщиком, Филипп внутренне содрогнулся, но выбора у него не было. Ему нужны были ответы.

- Б..Барей. Ты слышишь меня?

Филипп готовился услышать насмешливый хохот копейщика, невыносимый гул или хотя бы шепот, но была только тишина и едва различимый звон.

- Барей. – Сказал он более твердо. – Ответь мне. Сейчас. – И вновь - ничего.

- Барей! – Неожиданно закричал Филипп и вскочил с кресла. В его глазах, словно тлеющие угли, полыхала плохо сдерживаемая ярость.

- Д..да, наставник? – Тихое хихиканье зазвучало где-то в глубине разума Филиппа и вонзилось в его череп, словно раскаленная игла.

- Ауранг созывает своих доверенных лиц. Что он задумал? – Наконец выдавил из себя инквизитор. Все попытки сосредоточиться пошли прахом - этот противоестественный голос буквально выворачивал его на изнанку. Только теперь, вслушавшись, Филипп уловил слабое эхо, звучавшее десятком разных голосов. Многих из них он узнал – трудно забыть голос того, кто без устали вопит, будучи прикованным к пыточному креслу.

- А как ты думаешь, Филипп? Они собрались отлучить тебя от Церкви, лишить всех привилегий, а затем…Содрать с тебя кожу! – От неожиданного вскрика мертвеца, инквизитор на секунду оглох и едва не рухнул на пол. Пытаясь устоять, он смахнул со стола откупоренную бутылку и наваленные бумаги, и наконец, ухватился за стол обоими руками.

Наконец отпустив стол и отдышавшись, Филипп заковылял к выходу из шатра и жестом подозвал к себе одного из караульных.

- Притащи сюда одного из тех дезертиров и постарайся не шуметь. – Филипп говорил тихо и его голос напомнил воину шипение гремучей змеи.

Страж вернулся довольно скоро и приволок в шатер обернутое в тряпье тело. Поймав вопросительный взгляд инквизитора, он буркнул:

- Мерзавца прикончили совсем недавно, если вы об этом.

- Хорошо. – Кивнул Филипп и указал рукой на кровать. – Положи его туда. Мне еще потребуется от тебя небольшая услуга…Марх. Ты ведь Марх, верно?

Смахнув пот со лба, страж кивнул.

Из шатра их вышли вдвоем: Марх, несший на плече остро заточенную алебарду и воин в крепких кожаных доспехах, усиленных металлическими пластинами. Ворот его брони был вздернут вверх, и один из углов был слегка вспучен, будто делавший этот доспех мастер совершил какую-то досадную ошибку. Череп воина обрамляли немного неряшливые и плохо подстриженные черные волосы, а пухлые губы были искривлены в самодовольной усмешке. За спиной он нес длинный сверток, а в ножнах на боку, в такт движениям, покачивался полуторный меч.

Положив руку на плечо Мареха и почти не разжимая губ, солдат проговорил:

- Поторопись. Не гоже заставлять ждать нашего владыку. – Сказав это, он обернулся к одному из магов Раста, и заговорщицки подмигнув, кивнул головой.

- Нам пора.

    Раст
    [Лагерь священного воинства; вечер]
    [9-ое июня 1001-ого года]


- Так, Ахкэль, берёшь своих парней и идёшь за мной. Ты – тоже за мной. Вы четверо – знаете, что делать.
Бегом к Сандро. – Раст хлопнул в ладони, и, закрыв куфией лицо, зашагал вперёд. Десяток солдат, бряцая доспехами, поспешили следом. Рядом шёл маг с неразлучной папиросой в зубах.

- Значит так, - обратился к нему Раст. – Сначала «запустишь» внутрь иллюзию, посмотрим, вылетит ли наружу арбалетный болт или что похуже. Потом, если всё пойдёт гладко и я буду внутри, будешь прощупывать всё вокруг. Навряд ли это ловушка, но сюрпризов нам не нужно.

Через двадцать минут все уже были около шатра лорда Асада. «Вход» иллюзии прошёл без происшествий, солдаты быстро построили круговое оцепление, не забывая следить и за двумя часовыми, которые всё-таки не могли скрыть растерянности.

Раст в сопровождении двоих воинов Церкви вошёл внутрь.


Сообщение отредактировал Rorschach - Суббота, 2012-10-13, 6:08:45
 
ИнтелДата: Вторник, 2012-05-08, 9:57:27 | Сообщение # 75
Ordo Rolepleus
Группа: Проверенные
Сообщений: 16
Репутация: 1703
Статус: Offline
    Мортарион, Исаль.
    [Селефаис. Иноземный квартал. Штаб войск Кайма.]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Желтоглазый зашёл в белую комнату. На диване лежал однорукий калека, его золотые волосы потеряли свой блеск и ухоженность, глаза помутнели, лицо осунулось. Новой одеждой был явно домашний халат, один рукав которого безвольно свешивался. Искатель окинул настороженным взглядом пришельца.

«Похоже подготовка прошла успешно». Некромант вспомнил, как для большей податливости пришлось подкорректировать черты характера мага; ценой этому послужило несколько убитых животных."

    Люций.
    [Пустыня. Лагерь Воинства]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Бывшие пленники выбрались из катакомб за дозорной линией и отправились к лагерю воинства. Изможденные люди скорее неслись к своим друзьям и безопасности. Совсем скоро они смешались с толпой, вернулись к своим группам и растворились. Одинокая тень выскользнула из-под одеяний мага и начала скользить среди теней снующих людей.

    Мортарион, Исаль.
    [Селефаис. Иноземный квартал. Штаб войск Кайма.]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


- Здравствуй, Исаль. Ты должен меня помнить по катакомбам и таверне. Месту, где всё началось. Ты прибыл за кассумом. Прошёл месяц и ты лежишь в другом городе, без руки и особых перспектив. – Ихримсу сбросил платок с лица; взору предстала неаппетитная картина гниющего мяса, которые, впрочем, быстро, сменилось, пусть и синеватой, но кожей. – Нас наверху было двое. Один пошёл с тобой на сотрудничество, другой убегал. Он же тогда обратился к тебе в твоих мыслях в катакомбах. Ты помнишь это?
- Да. – Было слышно, что голос Искателя потерял былую бравурность.
- Не хочу даже спрашивать, через что тебе пришлось пройти у демонов. А то и у Висельника. Но это не отменяет факта – ты побывал в закрытых, для почти всех наземников, местах и это меняет мировоззрение. Ты ведь не в курсе последних новостей?

Исаль замялся, облизал губы и помотал головой. Казалось, события последнего месяца сбили с него спесь и заставили думать.

- Пойдём. Стоит познакомить тебя с де Вассой. Там же мы проясним тебе ситуацию. К несчастью, времени нет – по всем донесениям завтра грядёт штурм. И не волнуйся. Смысла губить тебя - нам точно нет.

    Люций.
    [Пустыня. Лагерь Воинства]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Каждый луч солнца был опасен для тени, но неумолимый разведчик скользил сквозь ряды людей к своим целям. Несколько раз маги замечали нечто необычно, но не придавали значения своим подозрениям. Слишком многое творилось последние дни в лагере.

Первый раз тень прошла в роскошный снаружи и аскетичный изнутри шатёр духовного наставника. Не проходя далеко, тень резкими движениями оставила послание косыми буквами мёртвого языка на полу шатра, после чего вновь растворилась среди лагеря.

    Исаль, Маира, Мортарион.
    [Селефаис. Иноземный квартал. Штаб войск Кайма]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Игра длилась уже с час. Подле доски находилось большинство фигур и двое игроков. В отдалении, в полглаза за доской следил маг алебастра; гораздо больше его захватили новости.

- Шах и мат. – Пальцы, отдающие неприятным ароматом гнили, передвинули ладью в угол доски. Игра до последнего момента шла в пользу де Вассы, пока, она не отвлеклась на одного из своих призраков и не упустила из вида пешку, сломавшую всю атаку. Игрок белыми встал, замерев в ожидающей позе.

Вещь слетала с неё одна за другой, обнажая приобретающее цвета оливок тело. Взгляд сочетал смущение, желание и затаённый страх; рубцы на лице покраснели вместе с лёгким румянцем на щеках. Она опустилась на колени, задрав голову. Было видно, как пульсируют кровь под её кожей.
Мужчина провёл омертвевшей кистью по её нежному телу, которое ответило ему дрожью. Он плавно наклонил её голову, ответил на взгляд, и, задержавшись лишь на секунду, резким ударом вскрыл ей горло. Во все стороны брызнуло красным.

Сзади с грохотом рухнул поднос; фрукты разлетелись во все стороны, катясь по лужам вина и крови.

Женщина упала на роскошный ковёр, ярко-красная кровь рывками била из неё. Пальцы судорожно цепляли ворс, руки и ноги бились об пол. Совсем скоро конвульсии прекратились.
Мужчина поднял мертвую женщину, уложил её на стол и, развернувшись, направился к магу. В воздухе повеяло холодом. Мертвец остановился, поднял руки и заговорил:

- Всё в порядке, Исаль. Всё в порядке. Не бойся смерти. Смерть - это форма расплаты с космосом за чудесную роскошь побыть живым. Тем более всякая душа лишь вернётся в своё свободное состояние. Прекрасное состояние без тела. – Мертвяк скинул с себя тряпки, открыв до пояса гниющую плоть. – Неприятное зрелище, правда? Нормальная реакция на противоестественность. Если человек видит урода, больного или неадекватного, то нормальная реакция здорового инстинкта - отвращение. Объект потенциально опасен. Можно заразиться или нарваться на неприятности. Следовательно, нужно соблюдать дистанцию и быть настороже. Отсюда - чувство брезгливости, настороженности, отвращения, враждебности. Это – абсолютно нормально и оправдано миллионами лет процветания вида. Смерть всегда опасна и неумолима. – Мертвец сел на место Маиры за шахматной доской. - Смерть нельзя обмануть, но можно подружиться с ней. Это верный друг. - Он, неспешно, начал расставлять фигуры по местам. - Не бойся друзей. Они могут тебя лишь предать. Не бойся врагов. Они могут тебя лишь убить. Бойся равнодушных. Только с их молчаливого одобрения совершаются и убийства, и предательства. – Мертвец улыбнулся.

- К чему всё это? – Исаль недоверчиво помотал головой, задержав взгляд на теле Маиры де Вассы. Истинный маг, глава отступников лежала на столе с перерубленным горлом.

- Тому, кто жив и брошен в темный склеп,
Видны края расписанной гробницы:
И Солнца челн, богов подземных лица,
И строй земли: в полях маис и хлеб,

Быки идут, жнет серп, бьет колос цеп,
В реке плоты, спит зверь, вьют гнезда птицы, -
Так видит он из складок плащаницы
И смену дней, и ход людских судеб.

Без радости, без слез, без сожаленья
Следить людей непрасные волненья,
Без темных дум, без мысли "почему?",

Вне бытия, вне воли, вне желанья,
Вкусив покой, неведомый тому,
Кому земля — священный край изгнанья.

Кому земля — священный край изгнанья,
Того простор полей не веселит,
Но каждый шаг, но каждый миг таит
Иных миров в себе напоминанья.

В душе встают неясные мерцанья,
Как будто он на камнях древних плит
Хотел прочесть священный алфавит
И позабыл понятий начертанья.

И бродит он в пыли земных дорог -
Отступник жрец, себя забывший бог,
Следя в вещах знакомые узоры.

Он тот, кому погибель не дана,
Кто, встретив смерть, в смущенье клонит взоры,
Кто видит сны и помнит имена.


- А если без стихов?

- Я родился далеко на восток отсюда около семи тысяч лет назад, или шести тысяч до сошествия Арумы, как принято считать в землях патриархата. В те времена, Ихримсу, изначально жившие только у воды, начали активно проникать вглубь материка. Наше общество тогда было жёстко регламентировано – были жрецы, воины, общинники, но к моему рождению рамки уже достаточно размылись. Был наследником одной из боковых ветвей храмовой аристократии. Ты ведь должен знать, что у нас не сложилось религии в привычном для людей смысле. Уместнее это назвать мировоззрением. В нём сочетались изначальные культы, вкрапления суеверий, азы наук, вкрапления преданий об Амахэме и многое другое. Но речь не об этом. В ходе войн, а также интриг между кланами, я оказался на улице молодым и с образованием, но без денег, положения. Последним шагом врагов моей рода было бы пресечь его - пришлось бежать. Ихримсу тогда строили большой флот. Считали, что пришло время изучить мир, посылались многочисленные пешие и морские экспедиции во все концы света. Я записался на один из кораблей матросом, ускользнул от убийц и отправился в новый свет. Нам пришлось пройти через многое, даже встречать огромных морских чудищ, которые и тогда считались устаревшей легендой. Представь себе огромного, как скала, склизкого кальмара, что питается мясом и рыбой, вроде китов. Он с лёгкостью утягивал на дно корабли. Помню, однажды на моих глазах он справился с драконом. Тварь рвалась, плевалась огнём, била крыльями, но всё это не помогло ей. Хотя, она и смогла почти достать из воды этого спрута. – Жёлтоглазый рассмеялся. - Это было уже у берегов Эсарны. Да, Искатель. Ещё тогда мы смогли преодолеть Бушующий океан и магические аномалии. Там же мы разделились. Часть на кораблях отправилась оплыть Эсарну с севера и юга. Часть поплыла назад. Я был с теми, кто по суше пошёл через весь материк. Это путешествие заняло у нас больше пяти лет. – Некромант откинулся в кресле. - Как-то раз мы увидели, как драконы атакуют чьё-то поселение и получают отпор. Мы поспешили туда и по итогам этого нашли разорённую деревню. Деревня, не больше, на развалинах крепости. Обследование этих мест открыло нам две великих тайны. Первая – драконарис. Ты должен был слышать об этом. Не потухает на воде, не сбивается воздухом. Способен плавить сталь. Знатный ответ слагателям и их стальным пехотным «коробкам». Одно время лишь его хватало, чтобы загнать их в горы. И, заметь! – Ихримсу ударил кулаком по столу. - Нам тогда не нужна была магия. Она была уделом этих пришельцев-ауров. Но это не главное. Мы увидел одного из элохим. Язык беден, чтобы передать всю их красоту и разум. Не понимаю до сих пор, как можно было предать их идею Обетованного града. Он был уже стар даже по меркам их лет, как сам утверждал. Полгода из тех пяти лет мы провели с ним, тогда же я узнал о нашей магии. Не знаю, как до этого дошёл Колдовской Легион, но я получил азы своих знаний от элохим. Та самая теория, что дала мне шансы овладеть мастерством по сказкам и байкам оставшимся в памяти людей. За время путешествия, также я видел всех трёх праотцев драконьего рода – Глодающего Кости, Затмевающего Солнце и Пожирателя Звёзд. Надеюсь, мир никогда больше не столкнётся с этими горами ненависти. Так вот, перейдя Эсарну, мы вновь сели на корабли. Часть наших соплеменников осталась, основав там колонию. Я поплыл с остальными. За морем мы достигли того, что сейчас зовётся Западными островами. В моё время это был длинный полуостров. Мы заложили на нём ряд поселений, а флот оправился дальше на восток, вокруг Ойкумены. В итоге назад вернулось порядка десятка кораблей из выходивших двух сотен. Фундамент одного из них сейчас служит нынешнему Ашк-Адару. – Мертвец хрустнул пальцами. – К моменту моей смерти это были полноценные города. Я занял достаточно высокое место в иерархии тех областей поскольку, как понимаешь, образование всегда спасает. Тот мой жизненный путь окончился в долгой, но проигрышной осаде. Город был взят, жители обращены в рабов или перебиты. У меня был выбор, или сгореть заживо, или попасть в плен, долго умирать, чтоб после из тебя слили кровь. – Жёлтоглазый затянулся стоявшим рядом кальяном и с шумом выпустил цветной дым. – Я выбрал мучительную, но быструю смерть.

- Кто такие ауры? Что было дальше? – алебастровый искатель увлёкся рассказом.
- Намали. – Жёлтоглазый вновь затянулся. – Так кончилась моя жизнь. Я думаю, тебя интересуют подробности о посмертии. Ведь знаю я не только о своём, но и о людском. И не только людском. Всему своё время. Настанет день, и это я открою тебе. Возможно. Вернулся я, то есть стал ревенантом – как это стоило бы сделать в научной среде, не так уж давно. Двести лет как эти глаза, смотрят на мир. Двести лет как я живу чужие жизни как актёр. Я сменил множество профессий. Бывал солдатом, архитектором, шлюхой в борделе, музыкантом, крестьянином; обучался в императорском университете. Обходил всю Ойкумену и видел тело Арумы, или то что выдают за него. Даже контактировал с деймосами Алебастрового консульта. Или, думаешь, кто поделился с ними некоторой информацией?
- Слишком много для одной личности. – Со скепсисом заметил Исаль.

- Но так было. У нас было достаточно плодотворное сотрудничество с одной из групп деймосов на юге. Ты должен был слышать о труде Хэрркела и Танцора. Всё шло позитивно для обеих сторон, пока истинный маг Танцор и деймос Хэрркел не были ликвидированы террорами. Как позже я выяснил по приказу какого-то кворума. Вроде так назывался тот полуофициальный совет при магистре. Кажется, группа старых пердунов от магии решила, что опасно давать Энли такие связи. Жажда власти сильнее, чем интересы общества. В течение года члены того «эскадрона смерти» из терроров погибли в разных «несчастных» случаях. Кто-то уснул и утонул в ванне, кто-то упал с обрыва, кто-то угорел, один откушал с пищей толчёный кассум. Я обрубил все концы. Что поделать - человек слаб, ложь всесильна, а жизнь коротка.
- Увлекательно. – Исаль прижал к груди культю.

- Крайне. Казалось, только я нашёл себе вменяемых союзников, как чужая злая воля меня этого лишила. И ничего с этим не сделаешь. – Жёлтоглазый отложил кальян и подошёл к телу Маиры. – Я стал пытаться смотреть глубже. Проблемы государств, церквей, консультов, торговых домов. Всё это безумно интересно и не менее опасно. Тогда я впервые стал замечать странности в истории. – Некромант накрыл мёртвую магичку покрывалом. – Исчезающие изобретатели, не вовремя ушедшие войска, внезапно умершие маги и короли. И все без малейших предпосылок. Последний поход арумистов. Энли ведь ничего не говорил тебе на эту тему?

- А что он должен был мне сказать?

- Хотя бы рассказать о предпосылках войны. Видя бессмысленный конфликт, несправедливость и несуразицу, не спеши объяснять это глупостью, в первую очередь попробуй объяснить это подлой расчётливостью. По миру расползлась болезнь. Это не описать, но почувствовать можно. Если конечно ты как-то с этим связан, например, являешься некромантом. – Мортарион негромко рассмеялся. - Далеко-далеко. В том, что называют Неназываемым или в том, что называют Истоком, а может и где-то ещё появилось нечто чужое. Что-то грядёт. Что-то пугающее владык мира сего, а также владык уже умерших. Ясно лишь, что мир будет совсем иным, если будет. А на фоне этого разворачивается война. Неожиданно, намалийский слагатель вернулся из-за моря, мимоходом уничтожил северные государства, обернулся патриархом арумистов, распалил консерваторов и объявил войну язычников. Кайм, узнав подноготную патриарха, резко сворачивает свою экспансию, беспокоившую южные княжества вплоть почти до создания альянса под эгидой церкви, и пытается договориться с падишахом о тайном альянсе. Это ему удается, как он думает. А что? Шикарный гамбит – разбить объединённую армию южан об войска язычников, потеряв лишь пятнадцать тысяч войск. Как позже выяснилось – попутно он пытается вместе со своими клинками как-то «решить» проблему с ролью Роу и его консульта. Да-да. Похоже, благородную династию гнетёт, что одна из «ножек его трона» пытается им руководить. Предательства мага уровня Маиры ему лишь в плюс,а язычники и арумаисты зачистят следы. Думаю, он не просчитается, ведь язычники сдали уже два крупных город и не ставят на оборону этого. Ни джихада, ни войск тут нет. Эти формирования больше похожи на заградительный отряд. Как лицо, приближенное к управлению этим городом, могу сказать, о том, что здесь готовится гекатомба. Игрок хочет достать из рукава крупный козырь и им смахнуть с доски всех вражеских ферзей и пешек, пытающихся играть в шахматы. – Палач прервался, опустошая кубок с водой. – Это похоже на шахматы с кучей игроков или на игру карты. Сам посмотри, Исаль, - торговые города западных островов впервые вмешались открыто в серьёзный конфликт. Язычники тянут с началом войны, оживились жители подземелий. Все пять крупных консультов зашевелились. Серебряный влез вслед за Каймом, отправив магов за артефактами и в воинство, Рубиновый резко начал верить в байки и полез за полулегендарными предметами, Бронзовый плетёт свои интриги в Йешимале. Про Алебастровый отдельный разговор – Энли выслал людей, включая тебя, на поиски информации, артефактов, вроде того кассума, и влиятельных союзников. Старик догадывался о чём-то. Но не усмотрел предательства. Организация терроров во главе с Маррой уже много лет зачищали консульт на предмет слишком лояльных элементов среди истинных или слишком опасных прецедентов сотрудничества, вроде моего. Магистр пригрел на груди змею. Терроры тщательно затирали все следы. Их агент в Веррисе Раст Ваалтер казнил верного Энли мага Арридена, что хотел донести Энли. Менее недели назад заговорщики напали на магистра - Энли успел убить нескольких, включая Марру, но что толку? Да, Исаль, старого Алебастрового консульта больше нет. Идеалы выброшены на свалку из-за жажды власти, потенциально лояльные старым порядкам элементы уничтожаются. И всё равно они уже раскололись из-за жажды власти. Появились ведь вакантные места, как место главы терроров, за которое началась борьба. Скоро мест будет ещё больше. Кто-то аккуратно вывел консульт из игры – бросил самолюбивым собакам игрушечную кость. И для подтверждения своих слов я могу позвать свидетелей – Хэрркел, Танцор, Арриден, магистр Энли. – С каждым словом некроманта вокруг вставали призраки убитых магов. – Задавай свои вопросы. Мертвые ответят.

    Люций.
    [Пустыня. Лагерь Воинства]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


Второй целью были шатры за воинством. Вокруг них колоннами уходили в небо осадные башни, раскинулись тараны, валялись осадные лестницы. Тень прокралась мимо увлечённых своими планами людей и, просочившись через полог, попала в закрытую ото всех часть шатра. Здесь работал человек, на которого указали пленники. Пожилой обритый мужчина, в рясе больше подходящей монаху и с него, возможно, и снятой. Тень беззвучно оказались у него за спиной, окинула взглядом стол, задержавшись на гроссбухе, которому было суждено скоро отправиться в огонь, и с силой ударила заострённой тьмой, метя в шейные позвонки.

    Исаль, Маира, Мортарион.
    [Селефаис. Иноземный квартал. Штаб войск Кайма]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


- Всё это слишком странно. Кто-то… – недоверчиво протянул Исаль.

- Кто-то. Я бы не исключал, что идеи власти были вброшены извне или удачно культивировались. Наш мир уже давно песочница для крайне опасных сущностей. Мне трудно объяснить что они, но убивают от этого не хуже. Аналогом можно было бы назвать покровителей у иманим, но они гораздо сильнее даже магистров. Боюсь, совсем скоро ты встретишь с одним из них. Не доверяй им.

- А зачем тебе я?

- Кисмет. Мы опять встретились и опять можем заключить соглашение. Мне нет нужды тебя убивать, а без моей помощи тебя быстро утянет на дно водоворот событий. Я предлагаю тебе свою помощь, а также помощь де Вассы, при любом развитии событий. Захочешь ты захватить власть, захочешь отомстить, захочешь восстановить консульт в прежнем виде, а может, захочешь создать свой. Отступникам, вроде нас, терять нечего. С твоей же стороны, мы рассчитываем на примирение с силами консульта в воинстве. И даже на сотрудничество, всё равно маги де Вассы вряд ли вновь оденутся в серебро, а значит и помощь во время штурма. Ни нам, ни вам не нужны никакие религиозные фанатики, никакие высшие силы. Мы можем переиграть ситуацию.

- Слишком патетично. И это всё слишком красиво. Слишком взаимосвязано. К тому же Маира мертва. Только что ты убил её и мертвецу её не заменить.

- Это исправимо. Помни - это реальный мир. В этом мире существуют организации, которые стремятся управлять всеми живыми. В этом мире существуют призраки мертвых, которые превратились в порождения злобы, гнева и бессилия. В этом мире живые люди обрекают на вечные мучения невинные души своей жестокостью, ненавистью или обычным равнодушием. В этом мире существуют люди, которые хотят использовать тебя. Впрочем, здесь так же найдутся и те, кто с радостью убьют. Это мир, который мы создаем и, который просто не может быть другим. И здесь ты никогда не знаешь, что происходит у тебя за спиной. Впрочем, иногда этого действительно лучше не знать. – Некромант наклонился к телу Маиры и еле слышно что-то шепнул. – А пока, вот пример моих предложений. Ведь образец есть образец, но никто не купит дом если я покажу камень от него.

На глазах мага мертвое тело начало двигаться. Раздался тихий стон, и оно село. Магичка, медленно, неуверенно подвигала конечностями, точно делала это впервые.

- С возвращением, Маира. – Желтоглазый склонился, предлагая ей руку. Магичка спустилась, прикрываясь полотном, села на диван. - Путешествие оттуда, Исаль, никогда не бывает простым. Это одна из тех причин, почему человек ничего не запомнит. В свете последних событий её…ммм, назовём это – рассеянность, стала опасна для нашего общего дела. И лучше дать ей «отдохнуть». – Некромант сделал ударение на последнем слове.

    Исаль, Люций, Маира, Мортарион, сир Глау.
    [Селефаис. Иноземный квартал. Штаб войск Кайма]
    [10-ое июня 1001-ого года; день]


- Основная проблема для наиболее плодотворного сотрудничества – в воинстве. Террор, рекомый Ваалтер и другие потенциальные ставленники Кворума. – Некромант, отдавая духами, спускался по лестнице, поддерживая под руку Маиру. Голубые глаза стали ясными, почти перестали цепляться за несуществующих призраков, голос вновь обрёл мелодичным. Следов от удара на шее не было, но вот шрамы на лице остались. – Маг решил использовать идеалы Алебастра как своё знамя. По сути же, он, не моргнув глазом, сольёт магов ради интересов своего брата и его сектантов. Ваалтер выбрался из горящего Верриса с помощью запрещённой магии и смерти истинного мага Эсвея. Глава магов алебастра в воинстве деймос Симас, я думаю, ты и его знаешь, попытался замести следы. Но Маира вытащила его из петли. Глупая попытка разузнать о расколе, всё равно его бы не повесили. – Магичка обворожительно улыбнулась. - Он втирался в доверие, спася её от убийц, а после предал, оправдав, будто нашёл своего сводного брата. Вместе с ним они в воинстве создали религиозную секту. Сейчас он пытается захватить власть над силами консульта в воинстве. Планирует покушение на патриарха, а после избавится от магов, чьими руками это сделает. Чую, старик Симас должен умереть ради его амбиций. И для мага, владеющего запретными образами, не будет проблемой внушить ему перед смертью, что сказать. Человеку совсем снесло голову, раз он хочет подмять под себя такую власть. Он даже предлагал мне помочь ему с этим.

- И что же ты?

- Предательство никогда нельзя одобрять. Его можно принять и использовать, но не забывать и не прощать. Исаль, судьба твоего консульта висит на волоске. Как и наша. Просто постарайся не дать силам бывшего Алебастрового консульта влезть в бой. Действуем вместе. Грядёт буря, которая раскидает нас как щепки, если действовать порознь. – Некромант прервался и отвлёкся на собрата.

- Исаль… – протянул Люций. Ихримсу снова был в своей памятной, трофейной броне – Давно не виделись, рад что такой маг в нашей команде. Кассума уже нет, но надеюсь наш договор в силе.

- Да, в силе. И что же вы предлагаете? Я не могу просто так войти в воинство и отогнать его, точно шелудивую собаку, от магов.

- Открой людям правду, захвати власть, действуй личным примером, войди в доверие к Симасу – сейчас там не так много известных личностей. Смутное время даёт шанс выдвинуться всем. – Разговор был прерван посыльным. Маира сорвала печать, пробежала лист глазами, и тот вспыхнул у неё в руках, взлетая вверх пеплом. Её мелодичный голос раздался в палатах. – Мортарион, войска вышли из квартала прокажённых и готовятся к войсковой операции на его территории. Как на земле, так и под ней. Он не выскользнет. Если только тот стражник, Хасан аль-Хусим, не соврал о местах появления демона.

- Прекрасно. – бросил Люций. – Моя тень побывала в лагере. Как ты и просил, я доставил послание.

- Отлично. Исаль, будь пока при Маире, так безопаснее ей и тебе. А после этой операции мы найдём способ доставить тебя в лагерь.. И будь так добр, как маг воды, посмотри течения в этом городе, в частности меня интересуют воды под Хеле-Ксераш. Что-то нехорошее творится там. Хотелось бы знать где там на стены оседает много воды. – Некромант, окружённые маэглици, улыбнулся, как мог. Одними глазами.


Сообщение отредактировал Интел - Среда, 2012-05-09, 1:13:44
 
Форум » Ролевые игры » Свободные ролевые игры » Часть 6. Белый Город
Страница 5 из 8«12345678»
Поиск:

Copyright dawnofwar.org.ru© 2010
Используются технологии uCoz